— Пха-ха-ха-ха-ха! — засмеялась Аннигиляция, наблюдая за этой сценкой со стороны, но тут же захрипела, подавившись вкусностями, чем и воспользовались сидящие рядом девушки. — Кха! Нет! Моё! Мои пироженки!
Даже Шали, опасливо поглядывая на гору еды, увидев такую наглость с нашей стороны, отважилась и повторила попытку. Наградой ей стал небольшой кексик с глазурью.
— Воры! Мое! Хнык-хнык….!
— Кхем-Кхем… — напомнил о себе Николас, заставив нас немного пристыдиться. Устроили тут драку из-за вкусностей во время важного дипломатического заседания. Но как я быстро понял, важного мы ничего не пропустили. Николас говорил, что нам стоит попробовать привлечь на свою сторону Князей. Если не всех, то хотя бы некоторых.
— Именно для этого я и объявляю Созыв, — подытожил Глашатай все сказанное ранее.
— Созыв? Что это? — спросила Ретрисса.
— Переговоры. Одни большие общие переговоры, в ходе которых мы попробуем прийти к решению, которое удовлетворит все стороны. Максимилиан Готхард будет представлять Башню и Совет Двухсот. Длань Света Аргодрим был избран представлять интересы Несущих Свет. Кто будет представлять Князей, пока неизвестно. Также в качестве независимой стороны в созыве примет участие посланник Пустоты.
— Стоп! Почему я?! Я не переговорщик и точно не дипломат! И с чего ты взял, что Несущие смиренно примут это непонятное собрание?!
— У них нет выбора. Отец заручился поддержкой Пустоты и Вечности для осуществления своих планов и заплатил за это огромную цену.
— Со всем уважением, — заговорил кронцпринц. — Но даже если мы принудим Несущих сесть за стол переговоров, я очень сомневаюсь, что они просто так сдадутся и вернутся в свой мир. Это больше похоже на то, словно мы пытаемся тянуть время.
— Так и есть. Несущие не уступят, но когда Отец разрабатывал этот план, он учитывал немного другую ситуацию, — Глашатай на этом бросил на меня недвусмысленный взгляд, намекая, что именно я напортачил. Но вслух об этом распространяться не стал.
Дерьмо.
Кто же знал, что Башня должна была оставаться запечатанной, и что тут хранится Сердце Истинной Тьмы?!
— Этот план предусматривал возможность нанести по Несущим сокрушительный удар. Настолько мощный, что одна лишь мысль о том, что это возможно, заставит их отделаться малой кровью. Возможно, мы бы смогли договориться о том, что… к примеру, треть миров перейдет под их контроль.
— Это безумие! — воскликнул Ториг, треснув кулаком по столу. — Просто так отдать им сотни миров?!
— Это лучше, чем все, — возразила Ретрисса, но она и сама была от этого не в восторге.
— Все это уже не важно, — сказал Глашатай чуть тише, чем раньше, но это подействовало сильнее крика. Все замолчали. — Вайлор не завершил свою часть работы в срок и вряд ли успеет сделать это раньше, чем будет уничтожена Граница. Все, что нам остается — тянуть время и попытаться придумать новый план.
Глава 3. Тейос Третий
Собрание получилось и продуктивным, и бессмысленным одновременно. С одной стороны, Николас сказал нам, что надежда, пусть и небольшая, но все ещё существует. Но в тоже время он явно скрыл большую часть информации. К примеру, весь план победы над Несущими Свет сводился к использованию Сердца Истинной Тьмы, но об этом на собрании Николас не упоминал.
И я намеревался узнать, почему.
Сразу после долгой и не слишком информативной речи Глашатая началось обычное обсуждение, которое скорее вредило, чем приносило пользу. Чем больше я смотрел на спорящих, тем сильнее накатывало раздражение.
Кронпринц Жераль считал, что мы должны немедленно кинуть все ресурсы на то, чтобы воспользоваться перемирием и контратаковать Несущих Свет. Ретрисса и боги сходились на мнении, что мы должны укрепиться и продолжать обороняться.
Но обе эти стороны сходились на том, что словам Николаса и информации от Геры доверять нельзя. Все это очень похоже на хитрый трюк, устроенный, чтобы разделить наши силы.
Надо сказать, что это были вполне справедливые доводы. Но чутье подсказывало мне, что слова Глашатая — чистая правда. Именно поэтому моим решением, как временного руководителя, стало согласие с Ретриссой. В данный момент нарушать перемирие было бессмысленным, лучше использовать передышку для укрепления обороны.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Что-ж, — сказал тогда кронпринц. — Ваше решение — закон. Но сидя в обороне войну не выиграть.
Единственной хорошей новостью на этом собрании стало известие о том, что «Тейос Третий» — корабль, который должен будет помочь нам достичь Границы, почти готов. Если переводить на нашу временную линию, то на это требовалось ещё два дня.
После завершения совещания каждый из присутствующих отправился по своим делам, а мне нужно было поговорить с Глашатаем с глазу на глаз. Он словно предвидел это и, не говоря ни слова, положил руку мне на плечо, а в следующий миг мы оказались в тронном зале.
Охрана бурно отреагировала на появление двух людей, но тут же расслабилась, увидев меня.
— Парни, оставьте нас ненадолго, — попросил я, и подчиненные направились к выходу.
Глашатай тем временем подошел к ящику, в котором, как мы считали, хранилось Сердце Истинной Тьмы. Этот контейнер источал просто невероятное количество силы, заставляя всех, кто находился рядом, чувствовать себя некомфортно. Даже у меня по спине пробегал ледяной холодок.
— Сердце Истинной Тьмы и есть оружие, которое оставил для нас Отец, я прав? — прямо спросил я, заставив Глашатая отвлечься от контейнера.
— Его неверно называть оружием, но в какой-то мере ты прав. Именно оно наш единственный шанс завершить войну, и все же… мне бы не хотелось его применять.
— Почему?
— У любого поступка есть последствия, Максимилиан. А у использования Сердца они будут гораздо сильнее. Сердце Истинной Тьмы должно было стать не столько оружием, сколько сдерживающим фактором, который заставит Несущих отступить.
— Так что изменилось? Ты сказал, что это как-то связано с деятельностью Вайлора, но не сказал, как именно. Ты вообще сказал мало конкретики, — покачал я головой.
— Слишком много людей. Кому из них ты по-настоящему доверяешь, Максимилиан?
Этот вопрос заставил меня хорошо задуматься. Хотелось бы мне сказать, что всем, но это было бы ложью. Я не доверял очень многим.
— Лишь малой части, — ответил я честно.
— Людям вообще не стоит доверять. Ни одному из них. Несущие Свет не могут вернуть к жизни богов, по крайней мере, в исходном виде. Людей же они возвращают без проблем. Они вырывают их души из круговорота жизни вместе с их памятью. Даже если человек был тебе предан, то после перерождения он расскажет Истинному Пламени все, что знает.
— Но ведь Несущие и так знают, что Сердце Истинной Тьмы у нас, разве нет?
— Да, но на ваше счастье они уверены, что вы не понимаете ценность находки. И пусть так и будет дальше.
— Пока что я на самом деле не понимаю её ценность, — хмыкнул я, посмотрев на ящик. — Как мы можем использовать эту штуку против Несущих Свет?
— Мы — никак.
— Я не понимаю.
— Мы не можем использовать её против Несущих Свет, — повторил Николас, чем ещё больше меня запутал.
— Но ты же говорил…
— Сердце Истинной Тьмы сейчас для нас бесполезно, — он оторвался от контейнера и подошел прямо ко мне, задав совершенно неожиданный вопрос. — Ты знаешь, как был сотворен этот мир?
— Сотворен? Нет… Я понятия не имею, откуда взялись Мир Света и Мир Тьмы.
— Я не верно выразился. Ты знаешь, каким образом Отец сотворил тот мир, в котором мы живем?
— Ну… — я задумался. — Если вспомнить все то, что мне говорили… Он был Дланью, выкрал Световую бомбу, если так можно назвать ту штуку, и принес её сюда. Бомба убила Истинную Тьму и… — И тут у меня в голове что-то перещелкнуло. — Не было никакой бомбы… Он украл Сердце Истинного Пламени и принес его сюда!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На металлическом лице Николаса появилась едва заметная улыбка. После превращения его мимика стала крайне скудной.
