«Марк, сядь, прижми ладонь к земле».
Я послушно сел. Прижал. Выпустил стихию…
«Делай, что хотел», — Хали к чему-то приготовилась.
Вот я ощутил форму копья. Это пока просто образ, но, если я попробую вытянуть его из породы, вот тогда-то и придётся туго. Ещё эта тварь с щупальцами насосалась моей силы…
Помощники, блин.
Неожиданно от ангела, от её незримой сущности, потекла энергия. Я уже ощущал подобное, когда она трансформировала меч в моей руке, едва не превратив его в плеть.
«Ангельская трансформация оружия», — так тогда сказал Белиар.
«Да, это она», — сказала Хали, — «Но я могу отключиться…»
Образ копья вдруг не просто вышел, а вылетел в руку идеально сформированным оружием. Мне показалось, или от него даже исходит свечение?
Одновременно тело рвануло в сторону, снова отдавшись технике Скорпионов. Опасности нет, а реакция есть. Именно то, что нужно!
Ко мне метнулось грузное тело, совсем с другой стороны, и я насадил склизкую тварь на копьё, добавил кулаком по зубам. Мягкая, рыхлая, только зубы твёрдые. Копьё протыкало их, как подтаявшее масло.
Я не рисковал бить оружием наотмашь, используя точные протыкающие удары. Камень — это не дерево и не металл, одно неверное движение, и расколется.
Но если бить аккуратными тычками, вполне выдерживает. Главное, держать дистанцию, и не пытаться скидывать тварей размашистыми движениями — каменное древко так и грозило переломиться.
Только сунул-вынул, сунул-вынул…
В какой-то момент я захохотал. Уж Белиар бы нашёл, что сказать про эту технику.
— А, дерьмо нулячье! — я в очередной раз заехал кулаком по морде твари, когда она, насадившись на копьё, доехала по древку до меня.
Хали создала идеально острый наконечник, и вскоре вражеское окружение начало редеть. Противники не обладали особым интеллектом, и прыгали в атаку без особой хитрости.
Правда, до куцего разума амфибий вскоре дошло, что надо бы перехватить само копьё.
Острые зубы сомкнулись на каменном древке, ещё одна тварь набросилась на копьё, едва не отхватив мне пальцы.
Ума у них действительно было не много: едва твари додумались атаковать моё оружие, как начали делать это абсолютно все. И догадаться в это время напасть на меня со спины уже не смогли.
Когда копьё хрустнуло, и пара тварей унеслись с обломками, я добил третью, сомкнувшую зубы на моей руке. Хрупкий череп легко проломился.
Послышался стук обломков — беглецы побросали моё оружие вдали, будто думали, что я за ним побегу. А потом они ринулись меня добить. Тут я уже особо не церемонился, вогнал оба кулака прямо в пасти прыгнувшим тварям.
Острые зубы вспороли в некоторых местах доспех, но животным от этого было уже ни холодно, ни жарко: их сердца пару раз трепыхнулись в моих ладонях. Когда я злился, иногда мог творить чудеса.
— Хали? — спросил я, тяжело опускаясь на пол.
Молчит… Ладно, пусть спит.
Я был весь измазан в этой слизи, зубы амфибий прокусили доспех в некоторых местах, а последние мои удары добавили серьёзных порезов на руках.
Всё же это какой-то яд, я чувствовал его действие. В грудь стали влетать светляки, проясняя сознание.
К счастью, в пещере было много воды: лужи и ручьи встречались на каждом шагу. Я дополз до ближайшего, и плюхнулся, разогнав каких-то недоразвитых мальков. Наверняка родственники этих полумягких зубастиков.
Гоняя стихию воды по крови, и пытаясь неумело выжечь заразу огнём, я не сразу услышал какой-то гул. А когда прислушался, у меня мурашки побежали по телу.
Этот звук я теперь узнаю из тысячи. Пусть слабый, но точной такой же я слышал и в Проклятых горах, и совсем недавно, в Шмелином Лесу…
Глава 3. Секреты пещеры
— Хали, ты слышишь это?
Ангел пока молчала.
Я ещё раз прогнал стихию по крови, определяя, насколько выдавил яд из организма. Жить можно…
Усевшись прямо в луже, я вглядывался в кромешную темноту — звук шёл откуда-то из глубины. Естественно, сканером стихии я даже могу не пытаться рассмотреть. Хотя, получалось же у меня в приступах страха или злости заглядывать так далеко?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я бросил тончайший луч на сколько смог, прямо до потемнения в глазах. Нет, пещера очень длинная, уходит постепенно вниз.
Гул повторился.
Всё моё нутро сжалось в предчувствии: сейчас задрожит земля, и сквозь Инфериор, пробивая дорогу к небесам, понесётся этот самый Ревун — червь, пронзающий миры.
Апеп. Да, это был именно этот звук, его рёв. Только очень слабый.
«Я здесь, Марк».
— Хорошо, — я кивнул, — А то мне тут страшно. Сижу, боюсь.
«Я всегда ценила твоё чувство юмора».
— Можешь подсветить?
Хали сначала не поняла моего вопроса, и я напомнил ей, как в Вольфграде у вождя она создала огненные крылья.
«Это немного… другая магия. Хотя…»
И спустя несколько секунд моя голова засветилась, как лампочка. Я зашипел, зажмурившись. Хали помучилась с настройками, и через несколько секунд ровный свет опустился куда-то на уровень груди, кидая вперёд рассеянный луч.
Но, после кромешной темноты, этого вполне хватало, чтобы хоть чуть-чуть смотреть. Если бы у меня не было стихий, стало бы ещё страшнее: мне всё время казалось, что за границей света маячат громадные тени.
Усмехнувшись, я встал из лужи. Огляделся.
Двигаться обратно?
А смысл? У выхода из пещеры, под водой, дежурит та тварь, у которой даже меру не посмотришь.
Вперёд?
Вот же дерьмо нулячье, мне очень интересно, что там, но ещё я очень хочу жить.
«Марк, если тут действительно вылезет Апеп, то никто из нас не выживет».
— Белиар говорил, что есть и мелкие.
«Да? За всё время своей службы таких не встречала».
Я всё же принял решение двигаться вперёд. Но, судя по всему, идти мне придётся долго.
— С чего бы демону обманывать?
«Вполне возможно, что мелочь миры не пронзает. Поэтому он и видел мелких, а к нам они не прорывались».
— Логично.
Пока я двигался вперёд, на меня ещё пару раз напали. Свет неплохо отпугивал тварей, но недолго — вскоре они всё равно решились на атаку.
Я ведь до этого не видел их воочию, только сканером. Они оказались ещё уродливее, чем я представлял себе. Какая-то помесь хвостатой лягушки с ящерицей, а склизкая кожа оказалась покрыта таким количеством бородавок, что мне стало противно прикасаться к ним.
«Марк, мне смотреть-то на них противно».
После первой битвы я вполне изучил повадки этих тварей и их слабые места. Да у них всё тело — слабое место, одни лишь зубы отличались остротой и твёрдостью.
Поэтому от ангела я силы или помощи в этот раз не просил. Справился с человеческой мерой, хоть и попался один монстр с зачатками стихии земли. Странное дело — ступень у него была небольшая, а магия была на приличном уровне.
Я перехватил его намерение атаковать меня пиками, и с силой бросил магию обратно, ударил своей мерой. Эффект был поразительный — мягкотелой амфибии разорвало череп.
— Это что, с каждым так можно? — я поражённо соскребал с себя ошмётки непонятной субстанции, борясь с приступом тошноты.
Чем на меня брызнуло, я старался не думать.
«Мне кажется, если только мера слабее, и нету силы духа».
— Кстати, про силу духа, — вспомнил я, — Мне нужно научиться скрывать меру.
«Меру или ступень?»
— Э-э-э… — я вспомнил про Безликую Полли из деревни Степных Соколов.
Седьмая ступень зверя, которая спускала себя гораздо ниже. Но ведь она так и оставалась во второй мере.
— А разве возможно скрыть меру?
«Возможно скрывать её присутствие, когда прячешься. Возможно не дать посмотреть более слабому ступень, показать себя человеком первым перстом, например. Но чтобы меру…»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я знал одну зверицу, — сказал я, показывая в мыслях ту самую Полли, — Она смогла обмануть человека.
