отмечать.
128
А тебе страдать придётся:
боль испытывать такую,
словно каждый раз ступаешь
ты по лезвию ножа.
Хочешь выстрадать всё это,
помогу тогда – решайся!" –
"Да!" – промолвила принцесса,
только голос задрожал.
129
"Знай, – предупредила ведьма, –
обретя черты иные
и переселившись к людям,
будешь ты страдать вдвойне,
ведь не сможешь стать русалкой
вновь и к сёстрам возвратиться
и, на дно опять спустившись,
с ними жить на глубине!
130
Ну, а если сердце принца
переполнить не удастся,
так, чтоб стала ты дороже,
чем родители, ему;
если помыслами всеми,
как и всей своей любовью,
принц с тобою не сроднится
и, вдобавок ко всему,
131
обвенчаться не захочет,
как положено, с тобою
и не даст тебе пред БОГОМ
вечной верности обет, –
то души для жизни вечной,
о которой ты мечтаешь
и к которой так стремишься,
не достанется тебе!
132
Если ж свадьбу он сыграет,
взяв себе другую в жёны,
этот принц достопочтенный –
тут тебе совсем беда:
у тебя наутро сердце
разорвётся – белой пеной,
что по морю носят волны,
станешь раз и навсегда!" –
133
"Я желаю неотступно!" –
ей ответила принцесса,
только девочка при этом
стала бледная как смерть. –
"Но учти: тебе придётся
оплатить мою услугу –
о цене я не торгуюсь,
попрошу уразуметь!
134
У тебя чудесный голос –
он настолько необычен,
что, владея им, и принца
ты б легко пленить смогла.
Но тебе придётся голос
мне отдать в обмен на зелье:
чтоб подействовал напиток,
нужно, чтоб я кровь дала!" –
135
"Если голос заберёшь ты, –
тут воскликнула принцесса, –
что ж тогда я буду делать?
С чем тогда останусь я?" –
"Есть ещё твоя фигура, –
возразила бойко ведьма, –
и парящая походка,
и глаза – не устоять!
136
Говорить твой взгляд сумеет
и без слов, коль будет надо!
Или, может быть, решиться
не готова ты пока?!
Выбирай сама, принцесса:
я язык тебе отрежу,
но за это ты получишь
зелья крепкого бокал!"
137
"Быть по-твоему!" – сказала
ей отважная принцесса.
Ведьма сразу же достала
подходящий котелок
и начистила до блеска,
взяв клубок мурен ползучих;
грудь ножом себе проткнула –
и пошёл в посуду сок,
138
чёрный-чёрный и тягучий.
Сок забулькал, нагреваясь,
и причудливые тени
заклубились над котлом.
Ведьма ложкой всё мешала
и чего-то добавляла,
постоянно колдовала…
Время между тем текло.
139
Час прошёл – напиток крепкий
для русалочки сварился.
Зелье выглядело, словно
это чистая вода.
"Получай!" – сказала ведьма
и отрезала принцессе
вслед за тем язык – бедняжка
замолчала навсегда.
140
"Если вдруг тебя полипы
на пути обратном схватят –
ты же будешь пробираться
через мой подводный лес –
сбрызни зельем окаянных:
и одной довольно капли,
чтобы щупальца обмякли
и никто к тебе не лез."
141
Но ни капли по дороге
не пришлось терять принцессе,
ведь шарахались полипы,
расступаясь перед ней –
так пугал подводных чудищ
тот магический напиток,
что в руке её светился,
словно звёзды в вышине.
142
И принцесса миновала
лес и топь без приключений,
и водоворотов стену –
на дыхании одном,
но, дворец отца завидев,
от предчувствий горьких сжалась:
он лежал во тьме кромешной –
бал закончился давно.
143
Все уснуть уже успели.
Никого будить не стала,
лишь пробравшись в сад тихонько,
по цветочку сорвала
с клумб сестёр своих принцесса –
поцелуи разослала
всем своим родным и близким –
и от дома поплыла.
144
Путь знакомый одолела,
успевая до рассвета,
и, на мраморных ступенях
примостившись под луной,
обжигающие капли
залпом выпила принцесса…
И в глазах её от боли
стало вмиг черным-черно!
145
Словно меч, как бритва острый,
плоть её рассёк на части –
и принцесса чувств лишилась
и забылась, как во сне.
А когда она очнулась –
в небесах сияло солнце
и, с улыбкой, изумлённый,
наклонился принц над ней!
146
Тут русалочка смутилась,
не выдерживая взгляда,
и в смущении от принца
отвела глаза тогда.
Боль пронизывала тело,
но заметила принцесса:
хвост её исчез – и ноги
вместо рыбьего хвоста!
147
Были ноги так изящны,
как бывают у красавиц –
"как точёные" обычно
про такие говорят.
Наготу она прикрыла
поскорее волосами –
скрыли волосы принцессу,
как лучистый водопад.
148
"Кто же ты? Откуда родом?" –
принц спросил её, – ответом
был ему очей бездонных
взгляд, наполненный мольбой.
Протянув принцессе руку,
принц повёл её в покои,
и плыла она как лебедь,
хороша была собой.
149
Только каждый шаг принцессы
острой болью отзывался –
как ей ведьма предсказала,
так на деле и сбылось.
Как по иглам, как по стёклам,
каждый раз она ступала –
выносить страданья эти
сердце, лишь любя, могло.
150
И в роскошные наряды
из муара и муслина
во дворце её одели,
восхищеньям повод дав.
Но немой была принцесса –
никогда уж не вернутся
больше к ней ни петь способность,
ни обычной речи дар.
151
Спели вечером певицы
королевскому семейству
и всеобщим одобреньем
песнь была награждена.
Пригорюнилась принцесса,
ибо ясно понимала,
что куда прекрасней голос
отдала, увы, она.
152
Танцовщицы вышли следом
и под музыку пустились
перед публикой почтенной
грациозно танцевать.
Тут русалочка взмахнула,
словно крыльями, руками
и, на цыпочки поднявшись
и любовь свою призвав,
153
поплыла легко над сценой
так, что ахнули невольно
все, кому принцессы танец
тот увидеть довелось;
а глаза её сияли
и при этом говорили
больше, чем в словах напева
уместиться бы смогло.
154
Все пришли в восторг от танца.
Принц настолько восхитился,
что, охвачен чувством нежным,
вслед за этим повелел,
чтоб она всё время рядом
с ним была, и МОЙ НАЙДЁНЫШ
он прозвал её – и очень
бессловесную жалел.
155
Принц ещё распорядился,
чтоб на бархатных подушках
постелили бы принцессе
по соседству за стеной;
и мужской костюм ей сшили,
чтоб на конные прогулки
выезжать ей вместе с принцем,
а не ждать его одной.
156
И они скакали часто
и полями, и лесами,
а повсюду пели птицы,
и кругом была весна.
И в заоблачные выси,
в горы вместе забирались –
боль в ногах превозмогая ,
всюду с ним была она.
157
После длительных прогулок
ноги пламенем горели,
и по мраморным ступеням
шла тайком она к воде:
там воды морской прохлада
постепенно боль снимала –
так принцесса проводила
ночь за ночью, без людей.
158
Не могла она не думать
о своих родных и близких,
что печалятся, наверно,
там, в далёкой глубине.
Но однажды ночью сёстры,
увидав
