Ник тем временем, царапая ложечкой карамелизованную поверхность чизкейка, принялся рассказывать о том, какая Кимми замечательная.
Эта невероятная девушка начинала утро с гимнастики и обливания прохладной водой. Ник уже четвертую неделю присоединяется к ней и теперь чувствует себя намного лучше, ну прямо-таки куда бодрее!
Кимми гораздо, гораздо более организованна, чем Джасси.
— О чем это ты? — уныло спросила Джастина.
Разумеется, она могла постоять за себя. Пусть и в словесной стычке. Но сейчас у нее стремительно портилось настроение. Не помешал бы хороший кусок шоколадного торта, в крайнем случае — просто дружеская поддержка. Если бы тут оказалась Мэгги, то они на пару с Джастиной могли бы высмеять восторженные излияния Ника. Мэгги не было. Мэгги находилась дома и в данную минуту наверняка занималась тем, что отмывала противень от запеченной на нем рыбы под соусом из белого вина и сливок.
— Она умудряется поддерживать порядок в доме и при этом никогда не опаздывает на занятия, — пояснил Ник.
— Ах, занятия… Да, разумеется.
Кимми работает инструктором по фитнесу в одном из спортивно-оздоровительных центров Эдинбурга. О, как она помогает женщинам преобразиться! Стать красивыми, подтянутыми, чаще улыбающимися… Кимми и сама в прекрасной форме.
— Не могу припомнить, чтобы я когда-нибудь жаловалась тебе на свою форму, — пробормотала Джастина.
— Ну, может, это потому, что у тебя ее попросту нет? — широко улыбнулся Ник.
— Прости, что?
— Это всего лишь шутка. Я имел в виду комплект спортивной одежды.
— Безумно смешно.
— Но, Джас, если серьезно… Твоя осанка могла бы быть и получше. Если хочешь, я дам тебе визитную карточку Кимми…
— Зачем? — поразилась Джастина. — На кой черт мне ее визитка?
— Ну… Ты могла бы походить к ней на занятия. Пилатес… степ… Очень помогает. Правда.
Джастина решила: встреча затянулась. Нужно прекращать ее, пока она окончательно не превратилась в театр абсурда. Она уже сделала то, зачем встречалась в этом кафе с бывшим другом: забрала свои вещи. Хорошего понемножку — пора завязывать.
Она уточнила напоследок, поднимаясь:
— А твоя… э-э-э… подруга… Она сделает мне скидку?
— Скидку? — оторопел Ник. — С какой это стати?
— Как твоей бывшей девушке, — едко заметила Джастина. — Как-никак Кимми должна быть мне благодарна.
— Благодарна?! Это за что же?..
— Это ведь благодаря нашим с тобой отношениям ты можешь оценить мисс Кимберли по достоинству.
— Вот это наглость! — усмехнулся Ник. — Все-таки возьми визитку: сможешь позвонить Кимми и попросить ее о занятиях… полностью бесплатных. Ведь твоя услуга… хм… бесценна.
Джастина криво улыбнулась, подумав: а ведь встреча начиналась вполне невинно. Наверное, должен быть какой-то закон, согласно которому бывшие любовники не имеют права встречаться какое-то время после разрыва. Сколько же должно пройти времени, интересно? Месяц, три месяца? Полгода? Или даже год?..
И почему люди, которые проводили часы и дни в постели, получая удовольствие от тепла друг друга, впоследствии получают похожее удовольствие от стрел и колючек, выпускаемых в адрес другого?
— Всего хорошего тебе, Ник, — вежливо попрощалась она, застегивая пуговичку у горла. Подумала — стоит ли передать привет Кимми? — и решила, что, пожалуй, не нужно этого делать. А теперь она поедет домой и хорошенько выспится.
Ник в задумчивости смотрел на нее.
От чизкейка отломилась карамельная веточка и приземлилась туда же, где уже уютно примостилась петрушка. Ник не замечал этого, по-прежнему продолжая сидеть с задранной над блюдцем вилкой…
— Знаешь, — неторопливо произнес он, наконец-то раскрыв рот для сокрушительного удара, — в сущности, ты не такой уж и плохой человек. Да, немного вяловата в постели… но и это не страшно. Вот главное, что отличает Кимми от тебя: у нее есть цель в жизни, есть стабильное занятие. И у меня есть цель. А у тебя — нет…
Кажется, теперь она не поедет прямиком домой.
Теперь, пожалуй, она вернется к Мэгги — наверняка у подружки еще осталась порция-другая рыбы… а заодно и бутылочка хорошего вина.
Теперь она вернется к Мэгги и с чувством, с толком, с расстановкой напьется…
3
Мэгги, разумеется, не на шутку встревожилась.
Еще бы: несколько часов назад Джастина, будучи в полном здравии и бодром расположении духа, уехала от нее домой. А теперь вдруг вернулась — мало того что на ночь глядя (само по себе это не было проблемой), так еще и мрачнее тучи.
— Проходи-проходи. То есть заходи снова. Что-нибудь случилось? Что это за коробка у тебя в руках?
— Ну как же… Это ведь мои вещи, — сообщила Джастина и всхлипнула.
— Вещи. Просто замечательно. Откуда?
— Я встретилась с Ником.
— А отменить это важное событие было никак нельзя?
— Наверное, можно, — помедлив, призналась Джастина. — Все равно это не привело ни к чему хорошему.
— О чем ты говоришь? Вы поссорились?
Джастина рассмеялась: в этом смехе отчетливо прозвучала горечь.
— Ну да. Само собой. Мэгги, очнись: мы ведь расстались. Как мы могли поссориться еще больше, чем уже навыясняли отношения?
— Хм… Да, действительно, — пробормотала Мэгги.
Джастина прошла вслед за ней на просторную, ярко освещенную кухню.
— Но ты права, — она небрежно задвинула ногой картонку в угол, — ничего хорошего из нашей встречи все равно не вышло. Я не собиралась его обижать. Это он наговорил мне гадостей… Ты представляешь, он…
Мэгги, решительно расправив худенькие плечи, сделала самую правильную в данной ситуации вещь.
— Стоп! — громко сказала она. — Я слышать ничего не желаю! Вещи эти отнесешь домой, если они оказались так уж нужны тебе. А что касается Ника — я больше не желаю слышать это имя. И, знаешь, производных от него тоже изволь отныне не упоминать.
— Но… как же так? — растерянно пробормотала Джастина.
— А вот так. Детка, ты когда-нибудь читала таблоиды? Ну разные новости и сплетни из жизни звезд? Может, под этими сплетнями иногда даже скрывается и совершенно реальная информация.
— К чему такое вступление? — Джастина сморщила курносый нос.
— А вот к чему, милая. Когда ты переворачиваешь последнюю страницу, ты делаешь это окончательно. Ты не перечитываешь этот бульварный листок, ты отправляешь его в мусорное ведро. И отправляешься дальше — жить своей жизнью. Своей, а не чьей-то чужой, не надуманной. Все, что Ник мог наговорить тебе про тебя же, настоящей Джастины Доннел не касается! Это прошлый роман, и остался он там, где ему и полагается быть, — в прошлом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
