Читаем без скачивания Дело о подмененном лице - Эрл Гарднер

– Разве это изменит вашу позицию?

– Возможно, – сказал Дейл.

– Почему?

После недолгого колебания Дейл ответил:

– Я не пойду на сделку ни с мошенником, ни с тем, кто его представляет.

Мейсон сказал:

– Я понимаю это так, что ваша компания в принципе приветствовала бы возвращение двадцати тысяч.

– Возможно.

Повернувшись к Селинде, адвокат спросил:

– Вы не возражаете, если я буду курить?

– Ничуть, – ответила она. – Я сама с удовольствием выкурю сигарету.

Мейсон дал ей прикурить и потом зажег свою сигарету. Чарлз Уитмор Дейл внимательно смотрел на него.

– Вы так и не сказали мне, мистер Мейсон, кого вы представляете.

– Я сказал вам, что представляю не Моора, – ответил адвокат.

– Если не Моора и не его сообщника, то как вы можете гарантировать возвращение денег?

– Я пока еще ничего не гарантирую, я только задаю вопросы.

– Что вас интересует?

– Пойдет ли ваша компания на некоторые уступки при условии возвращения двадцати тысяч долларов?

– Разумеется, моей компании хотелось бы получить свои собственные деньги, – сказал Дейл. – Думаю, что ради этого мы пошли бы на существенные уступки.

– Во-первых, мне нужны гарантии, – сказал Мейсон, – что Моора не арестуют до тех пор, пока он не явится по своей воле. Во-вторых, что ему разрешат судиться под той фамилией, которую он сам выберет.

– Насколько я понимаю, – заявил Дейл, – вы хотите, чтобы мы гарантировали неприкосновенность Моора только на основании вашего предположения о возврате денег?

Мейсон покачал головой:

– Вы будете иметь мое слово в обмен на ваше. На моем счете в банке примерно двадцать тысяч долларов. Когда эти деньги будут в моем распоряжении, я попрошу вас воздержаться на некоторое время от ареста Моора – скажем, недели на две.

– Я думаю, мы можем на это пойти, – неуверенно сказал Дейл.

– Насколько я понимаю, еще не выдан ордер на арест Моора? – спросил Мейсон.

– Я не уполномочен отвечать на этот вопрос, – осторожно сказал Дейл.

– Но вы можете дать мне определенные гарантии, что готовы пойти на уступки, дабы вернуть эти деньги?

– Да, – сказал Дейл, – мы готовы пойти навстречу вашей просьбе. Более того, сделаем все, что в наших силах, чтобы Моора отпустили на поруки при условии, конечно, если он вернет оставшиеся деньги. Кстати, мистер Мейсон, почему вы говорите: около двадцати тысяч долларов?

– Потому что мне неизвестно, сколько денег осталось у Моора.

Во взгляде Дейла появилось подозрение.

– Но первоначально ваше предложение касалось двадцати тысяч долларов.

– Это было не предложение, а только вопрос, и я сказал «приблизительно двадцать тысяч», – уточнил Мейсон.

– Ну, я тоже имел в виду эту сумму плюс-минус тысячу долларов.

– Предложение будет сделано позже, когда точно станет известно, какой суммой я располагаю. В настоящее время я могу говорить только о приблизительно двадцати тысячах.

– Хорошо, – сказал Дейл. – Моя позиция вам известна, мистер Мейсон.

Селинда Дейл сказала:

– Странно, что вы находитесь на одном корабле с нами, мистер Мейсон, уже четыре дня и только сейчас пришли к отцу с таким предложением.

Адвокат посмотрел на нее.

– Раньше я не знал, что ваш отец президент компании «Продактс Рифайнинг».

– Насколько мы понимаем, клиенты, которых вы представляете, находятся тоже на борту корабля? – невинным тоном спросила Селинда.

– Мне кажется, пока лучше избегать разговора о моих клиентах, – улыбнувшись, ответил Мейсон.

– Значит, ваш клиент не на корабле? – спросила Селинда.

– Вам следовало бы быть адвокатом, – сказал Мейсон.

– Но это не ответ на вопрос моей дочери, мистер Мейсон, – заметил Дейл.

Адвокат с улыбкой посмотрел на него:

– Да, не ответ.

Наступило молчание. Потом Дейл встал:

– Итак, мистер Мейсон, вам ясна моя позиция.

Адвокат тоже поднялся с кресла и посмотрел на собеседника.

– Хорошо, – сказал он. – Уточним все, чтобы не было никаких недоразумений. Не давайте от имени вашей компании таких обещаний, которые вы потом не сможете выполнить. Если мы с вами возьмемся за это дело, то я буду честно играть с вами и хочу, чтобы и вы так же честно играли со мной.

– Что вы имеете в виду? – холодно спросил Дейл.

– То, что ваш ревизор Кастер Д. Руни, кажется, не принимает интересы корпорации так близко к сердцу, как вы. Раз уж мы с вами пришли к соглашению, мне бы хотелось, чтобы он тоже придерживался его. По правде говоря, я постараюсь не дать ему нарушить нашу договоренность.

– Не беспокойтесь, – сказал Дейл. – Руни женат на сестре моей жены и обязан своим постом родству со мной.

– Я должен быть уверен, что с Руни не будет никаких недоразумений, – сказал Мейсон.

– Их не будет, – уверил его Дейл.

Когда Мейсон направился к двери, Селинда Дейл сказала:

– Тебе не кажется, отец, что было бы разумно ограничить мистера Мейсона каким-нибудь сроком? Определить время, в течение которого он должен сделать определенное предложение.

– Да, – согласился Дейл. – Давайте назначим какой-то срок, мистер Мейсон.

– К сожалению, это невозможно, – сказал Мейсон, улыбаясь Селинде Дейл. – Мне придется послать несколько радиограмм и получить на них ответы, прежде чем я смогу сделать предложение.

– Но это произойдет до того, как корабль пристанет к берегу? – спросил Дейл.

– Надеюсь, да, – ответил Мейсон, открывая дверь.

Переодевшись к обеду, Мейсон прошел в коктейль-бар и нашел там миссис Моор, сидевшую за угловым столиком.

– Вы не выпьете со мной коктейль, пока не подошли ваши муж и дочь? – спросил он громко, так чтобы все пассажиры слышали.

Она кивнула. Мейсон сел за ее столик.

– Что нового? – тихо спросила она.

– Делла говорила вам, что Дейл – президент компании «Продактс Рифайнинг»?

– Да. Она сказала, что вы собираетесь встретиться с ним, и я ждала здесь вас.

– Дейл хочет получить деньги, – сказал Мейсон, – и готов пообещать что угодно. Получив деньги, он даст сигнал своим директорам, и они примут на себя всю ответственность за надувательство и нарушение обещаний.

– Как мы можем это предотвратить? – спросила миссис Моор.

Мейсон сказал:

– Если деньги попадут в мои руки, я смогу так уладить дело, что не будет никакого надувательства. Поскольку я не представляю вашего мужа, у меня больше свободы.

– Селинда присутствовала при вашем разговоре?

– Да.

– Это плохо, – сказала миссис Моор. – Она смертельно ненавидит Бэлл.

– Главное для нас сейчас – действовать, – сказал Мейсон. – Узнайте, сколько денег осталось у вашего мужа, и добейтесь, чтобы он передал их мне. Можете сказать ему, что мы собираемся сделать, но не называйте моей фамилии.

– Вы не хотите разговаривать с ним?

– Да. Я вообще не хочу никакой связи с ним, буду встречаться только с вами.

– Как же вы получите деньги?

– Пусть он отдаст их вам, а вы передадите мне. Я не хочу знать, что они им присвоены. Пусть это будут деньги, которые вы передали мне для уплаты компании «Продактс Рифайнинг» на определенных условиях. Для меня это должны быть ваши собственные деньги. Вам понятно? Я не хочу знать, что они похищены у компании «Продактс Рифайнинг». Пусть это будут ваши деньги, переданные мне для выполнения одной сделки. Вы поняли?

– Кажется, да, – сказала миссис Моор. – Мистер Мейсон, за нами наблюдает Селинда Дейл.

Адвокат весело рассмеялся, взял свой бокал с коктейлем и поднял его, как бы предлагая миссис Моор тост.

– Не выдавайте своего волнения, – шепотом сказал он. – Ведите себя как обычно.

Она подняла свой бокал и с трудом улыбнулась.

– Вы уже обсуждали это дело с мужем? – спросил Мейсон.

– Нет.

– Он знает, что Дейл – президент компании «Продактс Рифайнинг»?

– Очевидно, нет. Во время прогулок по палубе Карл не избегал его, мы несколько раз проходили мимо мистера Дейла и Селинды. Зато муж избегает встреч с сиделкой. Мне кажется, он платит кому-то и его предупреждают, когда она появляется на палубе. В это время он сидит в каюте, а выходит, только когда ее нет.

– Что ж, президент концерна не обязан знать бухгалтера в лицо, но ваш муж должен был бы познакомиться со своим боссом хотя бы по фотографии.

– Возможно, Карл его и знает, – сказала миссис Моор, – но чувствует себя в безопасности под новой фамилией.

– Улыбайтесь, – сказал Мейсон. – Селинда следит за нами. Когда мы кончим разговор, окиньте взглядом комнату, потом как бы невзначай посмотрите на часы, встаньте и уйдите. И учтите, важно, чтобы вашего мужа не опознали теперь. Пока я не договорился с Дейлом, его руки развязаны. Стоит ему узнать, что растратчик находится на корабле и деньги с ним, он прикажет арестовать его, и тогда уж об уступках не может быть и речи.

– Значит, Карлу было бы лучше не иметь денег с собой? – спросила миссис Моор.