Читаем без скачивания Дышу тобой - Ясмина Сапфир

С минуту силки удерживали нас, хотя Лена решительно пыталась разодрать их когтями ящерицы. А я просто затаилась. Возникло стойкое ощущение, что мы давно не одни. Кто-то наблюдает, исследует, ждет, что сделаем дальше. И только поэтому не спешит появляться. От этой мысли на душе стало муторно. Захотелось снова поцеловаться с ларром, попробовать вкус его губ, ощутить запах малины и земляники. Да бог с ним! Пусть пьет дыхание! Непохоже, чтобы мне от этого стало хуже. Напротив, складывалось ощущение, что принц напитал меня энергий, силами, магией…

Лена продолжала полосовать когтями невидимую сеть, я обхватила себя руками и оцепенела. Спустя несколько секунд вокруг появились люди. Ах нет, видимо, не совсем.

Нет, внешне они вполне походили на людей. Одна голова, две руки, две ноги. Нормальный цвет кожи, в противовес слишком бледной у ларров. Выражения лиц не хищное, скорее исполненное темного удовольствия. В основном смуглые, брюнеты, высокие и худощавые, или попросту тощие, местные жители напоминали некий один народ, с явными отличительными чертами. Раскосыми глазами, в основном темно-карими, изредка коричневыми и еще реже – совсем черными. Длинными тонкими руками и пальцами. Не то чтобы аристократичными, скорее просто несоразмерными по отношению к остальному телу.

Толпа, существ под шестьдесят, если верить моему беглому подсчету, состояла из мужчин и женщин, примерно в равных пропорциях. Складывалось впечатление, что многие пришли парами – как на выставку или в цирк.

Одевались тут тоже однотипно. Мужчины – в рубашки, камзолы, брюки, сапоги. Женщины – не только в платья, как я почему-то ожидала. Некоторые носили юбки-брюки. Однако ног никто не оголял. Зато декольте выглядели как подносы с аппетитными плодами.

Было бы что показывать! Местные дамочки могли похвастаться вторым размером в лучшем случае.

Цвета здесь любили яркие. Алые, сиреневые, голубые, зеленые. Причем, как мужчины, так и женщины. От пестрой толпы рябило в глазах, от нахальных лиц и сальных глаз подташнивало. Больше всего на свете мне хотелось сейчас вновь очутиться в объятиях ларра. Что имеем, не храним, потерявши – плачем. Чувствую тут и наплачемся…

– А ну пропустите! Это моя добыча! – послышался сквозь толпу резкий оклик, напомнив мультик про Маугли. Жаль «огненного цветка» нет под рукой. Существа послушно расступились.

Нам навстречу неспешно вышел остроносый мужчина с волосами черными, как смоль, забранными в низкий пучок и необычными для местных глазами – бледно-серыми, будто выцветшими. Персиковому оттенку кожи незнакомца позавидовали бы многие земные красавицы.

Черный бархатный камзол, брюки из плотной ткани и белая шелковая рубашка не выбивались из местной моды.

Мужчина подошел, довольно ухмыльнулся и принялся разглядывать нас, как лошадей на базаре. Мда-а-а. Ларры смотрели совсем не так. Они скорее любовались, ласкали взглядом – вот именно так, ласкали.

Лена издала звук, похожий на рычание, но незнакомец словно и не заметил. Толпа загудела.

«Последние гарги тут появлялись тысячу лет назад…»

«А может это не гарги?»

«Это гарги?!»

«Посмотрите. Все сходится. Тела ящериц, крылья летучих мышей, лица красивых женщин».

«Гарги ведь ушли в какой-то другой мир?»

Шепотки и негромкие возгласы пробежались по толпе как шелест листьев в лесу и стихли почти одновременно. Наш неведомый ловец остался доволен. Взмахнул рукой, и мы опять взмыли в воздух.

Мы понеслись по улицам поселения. На первый взгляд они казались безлюдными, но вскоре стало ясно – местные опять «шифруются». Повсюду слышались шепотки, приглушенные разговоры, я почти осязаемо ощущала на себе взгляды. Сальные, любопытные и недобрые.

Мда… Называется пришли к людям. Спаслись от ларров. Тут впору ларрам нас выручать. Если, конечно, они не обиделись. Я бы на их месте точно надулась как индюк.

Девушек нашли, спасли, подобрали, а те очухались – и бежать. Э-эх… Генетическая память подвела.

Прямо как в Университете. Одногруппник-хулиган ка-ак шваркнет пенопластом по стеклу. Я шарахнулась – и чуть не сбила с ног препода.

Ладно, он оказался не обидчивым. Поставил двойку на экзамене, но на пересдаче сжалился – одарил честной пятеркой.

Пока я так размышляла, мы миновали несколько улиц и вырулили к той части поселения, что выходила на скалу. Вблизи горный склон выглядел еще более монументальным. Гладкий, полупрозрачный, как застывшая слюда, он чем-то напоминал нацеленное в небо ружье.

Дом, к которому мы стремились, выделялся сразу. Огромная приземистая постройка, состоящая из трех частей. Словно здание поделили на три небольших корпуса, с отдельными входами, под козырьками из темного стекла.

Мы прежним макаром пролетели остаток дороги и зависли над землей, пока остроносый возился с замком и распахивал двери настежь. Предусмотрительно, ничего не скажешь. Лена снова прорычала нечто вроде матерного ругательства. Я посмотрела на подругу. Она пожала плечами. Мол, ну а что? Все равно местные не поймут, так хоть эмоции выплесну наружу. Мужчина, действительно, на «комплимент» не среагировал. Вошел в темный холл здания, и мы двинулись следом.

Первое помещение выглядело обычной гостиной. Бежевые стены, кожаные диваны и кресла с грубовато вытесанными из дерева спинками, пара стульев и громоздкий круглый стол.

Из стрельчатых окон сюда врывались пучки света, рассыпаясь на коричневом паркетном полу причудливыми бликами.

Мы пролетели мимо неспешно, пока мужчина отворял следующие двери. Я заметила, что ключей у остроносого не было. Дверь открывалась нажатием какого-то устройства, похожего на отвертку с несколькими концами.

Следующее помещение походило на научную лабораторию. Столы с банками-склянками, мензурки, шкафы, заставленные книгами и сосудами с разного цвета жидкостями. Все это напоминало вотчину какого-нибудь алхимика.

Впечатление усиливали пестрые растворы, что бурлили в соединенных стеклянными трубками колбах, переливались, текли и булькали. На окне светились радужными бликами высокие кристаллы.

Здесь сильно пахло йодом и чем-то ядреным, вроде спирта с уксусом.

Лена поморщилась. Впрочем, лабораторию мы пролетели мгновенно. Остроносый распахнул очередные двери и… я сглотнула.

Перед нами тянулись ряды клеток с разными животными… Ах нет… с женщинами. Белая волчица встряхнулась и… превратилась в спортивную блондинку с пронзительными серыми глазами, исполненными грусти.

Сирин с темным опереньем и белым хохолком смотрела на нас жалостливым взглядом ярко-оранжевых глаз на женском лице. Небольшая бронзовая драконица превратилась в обнаженную шатенку с длинными, каштановыми волосами, кукольным личиком и ладной фигуркой. Все они встречали нас с такими лицами, словно говорили: А вот и новые жертвы.

Лена взглянула так, что стало ясно – сдаваться она не намерена. Да и я не собиралась тут «прохлаждаться». В конце концов, гарги мы или не гарги? Что бы это ни значило в устах местных. Мужчина открыл пустую клетку. Слава здешним богам, хотя бы двухместную. Наши невидимые силки влетели внутрь, со скрипом подвинув какую-то посудину на полу и… пропали.

Мужчина удовлетворенно окинул взглядом свой зоопарк, довольно ухмыльнулся и захлопнул клетку. Ни слова не говоря, крутанулся на пятках и вышел из помещения.

Первое, что я почувствовала – паническую атаку. Захотелось грызть прутья, полосовать их когтями, как недавно Лена – невидимые силки. А еще кричать. Так громко, чтобы у всех, кто поблизости, лопнули перепонки.

Но прежде чем истерика набрала обороты, справа послышался низкий, грудной голос волчицы:

– Во-первых, нажмите на рычаг, слева, на уровне глаз.

Я огляделась. Клетка казалась пустой, но рычаг обнаружился. Нечто вроде рукояти ножа, встроенной в сочленение прутьев. Я осторожно нажала. Задняя, каменная стена клетки уехала в сторону и нам открылась небольшая уборная. Ну, по крайней мере, не кошачий туалет и на том спасибо. В углу уборной обнаружился еще и душ. Мы с Леной переглянулись.

– Что это за гад такой? – спросила приятельница у волчицы.

– Он нечто вроде коллекционера, ценителя редкостей. Только собирает не вещи.

– Экзотических существ? – догадалась я.

– Ага. А еще обменивается с другими поселениями. Вот Арлиту, – она кивнула в сторону драконицы. – Выменял у соседа на вторую волчицу. Только та была обычная, серая. Мы даже толком и познакомиться-то не успели. Так что не будем повторять ошибок прошлого. Меня зовут Мистия, пернатую – Лакоста. Мы зовем ее Лаки.

– Лена, Арина, – представила нас приятельница.

– Хм. Необычные имена, не здешние, – удивилась волчица.

Мы с Леной переглянулись и зашлись истеричным хохотом. Да уж. Куда необычней! На Земле Лены и Арины в каждом дворе, в каждой школе, в каждой фирме десятками. И ни одной Лакосты, Арлиты, Мистии.

Волчица терпеливо дождалась, пока успокоимся. И даже не стала расспрашивать – что же так насмешило дев с чудными именами. Видимо, приняла нашу реакцию за истерику.