Читаем без скачивания Только для личного ознакомления - Ян Флеминг

— Мистер Джеймс? — Хозяин кабинета едва заметно усмехнулся. — А я полковник… гм, скажем… э-э… Джонс.

Они обменялись рукопожатием.

— Проходите, садитесь. Комиссар очень сожалеет, что не смог встретить вас лично. Он сильно простыл, у него насморк — знаете, «дипломатическая» болезнь. — Полковник «Джонс» явно забавлялся. — Он решил взять сегодня выходной. И хотя меня самого ждет пара горящих дел, комиссар выбрал меня, чтобы провести с вами этот вынужденный выходной. — Полковник сделал паузу. — Понимаете, он просил меня провести с вами свободное время.

Бонд улыбнулся. Комиссар, конечно, был рад помочь, но он хотел сделать это так, чтобы в любом случае его ведомство выглядело непричастным. Бонд подумал, что комиссар, должно быть, очень осторожный и умный человек.

Продолжая улыбаться, Бонд сказал:

— Я все понял. Мои лондонские друзья предупредили, чтобы я по своему делу не беспокоил лично комиссара. Я его никогда не видел и никогда не был где-либо поблизости от вашей штаб-квартиры. А раз так, можно мне просто побеседовать с вами минут десять, просто поболтать о том о сем?

Полковник Джонс расхохотался.

— Конечно. Тем более что мне приказали сначала продекламировать вам эту маленькую речь, а затем переходить к делу. Надеюсь, вы понимаете, командер[6], что мы и вы, и я — собираемся совершить ряд тяжких уголовных преступлений, начиная с получения канадской охотничьей лицензии обманным путем и нарушения пограничного режима и кончая более серьезными вещами. Я пальцем но пошевелю, если вы влипнете. Поняли меня?

— То же самое имели в виду мои лондонские друзья. Когда я уйду отсюда, мы забудем друг друга, а если я кончу свои дни в Синг-Синге, это мои трудности. Договорились?

Полковник Джонс вынул из стола пухлую папку и открыл ее. Верхний листок был перечнем. Джонс поставил карандаш против первого пункта и оглядел Бонда с головы до ног. Оценивающе пробежав глазами по старенькому твидовому костюму Бонда в мелкую черно-белую клетку, белой рубашке и узкому черному галстуку, он сказал:

— Во-первых, одежда. — Вынув из папки листок, исписанный четким почерком, он пустил его Бонду через стол. — Это список нужных вам вещей и адрес большого комиссионного магазина здесь, в городе. Ничего экстравагантного, ничего броского. Поношенные рубашка цвета хаки и темно-коричневые джинсы, крепкие горные ботинки или сапоги. Учтите, это самая удобная обувь. Там же адрес аптеки, где продают ореховую настойку. Купите галлон и вымойтесь с головы до ног. Сейчас в горах все загорелые, а ведь вы не будете там маскироваться в десантном комбинезоне. Далее. Если попадетесь, то вы — англичанин, охотящийся в Канаде, который заблудился и по ошибке пересек границу. Теперь оружие. Пока вы ждали в приемной, я лично спустился вниз и положил винтовку в багажник вашего «плимута». Новая модель — «Сэвидж-99Ф» с оптическим прицелом Уэзерби: 0,6 х 62. Пятизарядный магазин. Двадцать патронов калибра 0,25 с повышенной начальной скоростью пули — 3000 футов в секунду. Из имеющихся в продаже карабин для крупной дичи самый легкий: всего шесть с половиной фунтов. Принадлежит одному моему другу, который будет рад получить его назад однажды, но и не будет особо сокрушаться, если винтовка не вернется к нему. Карабин пристрелян и бьет о'кэй на пятьсот ярдов. Лицензия на оружие. — Полковник пустил ее по столу к Бонду. — Выписана здесь, в городе, на ваше настоящее имя на случай, если проверят ваш паспорт. То же самое с лицензией на охоту. Разрешен отстрел только мелкой дичи: сов, ласок… Сезон охоты на красного зверя еще не начался. Вот ваши водительские права в обмен на временные, которые я вам оставлял в агентстве Герца. Рюкзак, компас — тоже подержанные — в багажнике вашей машины. О, кстати, — полковник Джонс поднял взгляд от списка, — у вас есть личное оружие?

— Да. «Вальтер ППК» в кобуре Бернса-Мартина[7].

— Прекрасно. Скажите мне его номер. У меня здесь чистый бланк лицензии. Если вы мне вернете ее потом, будет совсем отлично. Давайте вашу пушку, я сочиню ей биографию.

Бонд вынул пистолет и прочитал номер. Полковник Джонс заполнил бланк и пустил его по столу.

— Теперь карты. Это местная карта «Эссо». С ее помощью вы легко доберетесь до места. — Полковник встал и, обойдя стол, расстелил карту перед Бондом. — По шоссе № 17 вы поедете обратно в Монреаль, здесь повернете на 37-ю автостраду, переедете мост в Сент-Энн, а затем вновь пересечете реку по 7-му шоссе. После Пайк-Ривер повернете на 52-е шоссе к Стенбриджу. Там свернете направо к Фрелисбергу и здесь оставите машину в гараже. Повсюду отличные дороги, и весь путь займет у вас не более пяти часов, включая остановки. О'кэй? Только рассчитайте время так, чтобы приехать во Фрелисберг около трех ночи. Сторож гаража будет вполглаза спать и не обратит внимания, даже если перед ним окажется двухголовый китаец.

Полковник Джонс вернулся в свое кресло и достал из папки еще два листа. На первом был от руки начерчен план местности, второй был кадром аэрофотосъемки. Джонс многозначительно посмотрел на Бонда и сказал:

— Это единственные компрометирующие предметы, которые будут у вас, и я должен быть уверен, что вы уничтожите их при малейшей опасности. Здесь, — он подвинул к Бонду первый листок, — план старой тропы контрабандистов времен сухого закона. Сейчас ею не пользуются. Тем не менее, — полковник мрачно усмехнулся, — вы можете там встретить какую-нибудь шпану — воров, наркоманов, торговцев живым товаром, пересекающих границу навстречу вам. Учтите, эта публика привыкла сразу стрелять и даже не задает вопросов. Хотя, впрочем, в наши дни они путешествуют ниже Висконта. А раньше контрабандисты курсировали между Франклином и Фрелисбергом, чуть выше Дерби-Лайна. Держитесь предгорья, оставляя в стороне Франклин, и вы попадете в северные отроги Зеленых гор. Они сплошь покрыты вермонтской елью с примесью клена, там можно бродить месяцами и не встретить ни души. Вот здесь вы пересечете две автострады, обойдете Эносборо-Фоллс с запада и перевалите через горный кряж. Прямо за перевалом наминается та самая долина, куда вам надо. Крестиком помечено озеро — Эхо-Лейк. Судя по аэрофотосъемке, вам лучше спуститься к нему с востока. Запомнили маршрут?

— Сколько всего мне идти? Миль десять?

— От Фрелисберга — десять с половиной. Если не заблудитесь, дойдете за три часа. Около шести вы должны уже увидеть их логово. До рассвета останется еще час, чтобы преодолеть последний отрезок пути.

Полковник Джонс передал Бонду фотографию. Это был центральный кадр аэрофотосъемки, которую Бонд видел целиком в Лондоне. Снимок запечатлел ряд длинных низких строений из пиленого камня, крытых шифером. Можно было рассмотреть поблескивающие стекла изящных эркеров и крытый внутренний дворик — патио. От парадного убегала пыльная грунтовая дорога, по сторонам ее располагались гаражи и какие-то маленькие домики, по-видимому собачьи будки. Со стороны сада к дому примыкала мощенная камнем терраса с цветником по внешнему краю. Далее шла аккуратно подстриженная лужайка площадью два-три акра, спускающаяся к берегу маленького озера. Озеро скорее всего было искусственным — с одной стороны его ограждала каменная запруда. На лужайке и у начала дамбы виднелись группки сварной садовой мебели. Посередине дамбы можно было рассмотреть доску прыжкового трамплина и лесенку для выхода из воды. За озером лес вплотную подступал к берегу. Именно отсюда предлагал подкрасться полковник Джонс. На снимке людей не было видно, но на плитах патио виднелись алюминиевые стулья и столик, на котором стояли напитки. Бонд вспомнил, что на других кадрах аэрофотосъемки он видел теннисный корт в саду, а с другой стороны дома — аккуратные белые заборы и пасущихся лошадей. В целом Эхо-Лейк выглядел роскошным приютом миллионера, наслаждающегося уединением вдали от вероятных целей атомных бомбардировщиков и могущего себе позволить расходы на содержание племенной коневодческой фермы. Это место должно было во всех отношениях устраивать человека, десять лет варившегося в котле карибской политики и нуждающегося сейчас в передышке. Кстати, в случае чего под самым боком имелось озеро, где можно было отмыть руки от крови.

Полковник Джонс закрыл опустевшую папку и, порвав на мелкие кусочки перечень необходимого, бросил клочки в корзину для бумаг. Мужчины встали. Полковник проводил Бонда до двери и, протянув ему руку, сказал:

— Ну, кажется, все. Я бы многое дал, чтобы пойти с вами. Наш разговор напомнил мне парочку снайперских заданий в конце войны. Я служил тогда в восьмом корпусе под командованием Монти[8]. На левом фланге в Арденнах. Места там очень похожи на те, где придется работать вам, только деревья другие. Но вы знаете, каково на этой проклятой полицейской службе. Бумажная круговерть не дает вам вылезти из-за стола до самой пенсии. Ну прощайте, и удачи вам. Без сомнения, я прочту обо всем в газетах. — Он улыбнулся. — При любом исходе.