– Дорого, – согласился Ампер, – но я с непроверенным стволом в бой не пойду, ищите дурачка в другом месте, а если он клинит на пятом выстреле от перегрева, или еще что? Мне насрать, сколько завтра я спалю. Но от этого ствола будет зависеть моя жизнь, поэтому я возьму его в дело только в том случае, если буду гарантированно в нем уверен.
Градус в ответ только вскинул руки вверх, мол, сдаюсь.
Глава вторая. Крайние дни
Вечер коротали в баре. Похоже, это был центр жизни маленького стаба, сюда после девяти стеклось все население, кроме смены охраны и тех, кому в полночь заступать. Все столы были заняты задолго до этого времени, за стойкой не протолкнуться. Бар, рассчитанный на полсотни обитателей, принял почти в два раза больше, что неизбежно вело к стычкам. К счастью, те заканчивались быстро и бескровно, оружия у людей с собой не было, даже ножей, во всяком случае на виду. Рулил вышибала кваз, он был даже больше Амбала, выше того сантиметров на десять и весил не меньше ста семидесяти, причем двигался он среди столиков и людей с грацией профессионального танцора, стоило где-то начаться стычке, как кваз уже через десять секунд был на месте при, этом никого не сбив и не зацепив столик. И тут же драка прекращалась, против Чубаки никто не тянул, а умения применять нельзя, это приравнивается к применению оружия. Вот и разбегались «спорщики» по разным углам.
Вся команда Мушкета сидела за одним из самых больших столов. Пили в меру, хотя Ампер уже давно понял, что нормально в Улье напиться тяжело, пожалуй, только Юлмарт на его памяти был всегда нетрезв, и то это только потому, что у него были колоссальные запасы спиртного, и он бухал постоянно. Но тяжелой головой обычно страдали все, кто обильно пил, поэтому Мушкет внимательно следил, чтобы народ не налегал.
Тис обвел глазами присутствующих.
– Надо поговорить.
Он набулькал себе грамм пятьдесят чего-то зеленого из красивой высокой бутылки и залпом замахнул.
– Если тайно, то не выйдет, у нас тут есть один товарищ, слышит он все, – заметил Градус, мотнув головой в сторону Паука, тот и в самом деле напоминал арахнида в центре паутины, похоже, он слышал все, что происходило в баре.
– Не проблема, – заявил Амбал, – есть у меня особенность очень полезная, мало кто о ней знает. Можете говорить свободно, никто дальше трех метров от нас ни слова не услышит.
Ампер бросил взгляд на стол, за котором сидели люди Подрывника. Паук, внимательно прислушивающийся, озадаченно завертел головой.
– Работает, – согласился Градус. – Тис, ты что-то хотел сказать?
– Я думаю, уже все поняли, что это рейд в один конец? – Он сделал паузу и обвел всех взглядом, убеждаясь в правильности предположения. – Хорошо, – продолжил он, – назад вернуться Андрей с Мерсом и те, кто выживут из команды Подрывника. Остальные по любому останутся там.
– Короче, – прогудел Амбал, – что предлагаешь? Или ты просто так потрындеть решил?
– Мы потеряли Шквала, а он был очень нужен, – продолжил Тис. – Я предлагаю начать первыми.
– Не пойдет, – покачал головой Мушкет. – Пока я не буду до конца уверен в их намерениях, мы не станем стрелять. Мы не муры.
Тис озадаченно посмотрел на командира, видимо, подобное сравнение в его голову не приходило, и что поступить так, значит, приравнять себя к самой мерзкой касте Улья.
– Не вариант, – наконец, согласился он. – Остается ждать, готовиться и пережить их удар.
– Прикалываешься? – поинтересовался Хоббит. – Пережить их удар? Там, в группе, нет никого, кто провел бы в Стиксе меньше пяти лет. Двое из них ходили на скреббера дважды и вернулись. Они отлично спаянная команда, и если мы отдадим им право первого удара, нас прихлопнут.
– Значит, напасть первыми нельзя, ждать удара нельзя, – задумчиво сказала Рина, ни к кому не обращаясь. – Что остается?
– Остается вовремя отвалить в сторону, – предложил Ампер. – Допустим, мы дойдем до точки «Б», но нас не кончат там, поскольку им нужно вернуться в точку «А». Одним это сделать тяжело, значит, они нас начнут валить на обратной дороге, когда будут окончательно уверены, что смогу дойти самостоятельно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Ты не учитываешь, что там ветераны, – напомнил Ходок, – и если мы нужны, чтобы торить дорогу, то обратно они уже пойдут по готовой тропе.
– Пат, – мрачно заметил Тис. – Как просчитать точку невозврата?
– Паук нам поможет, – неожиданно для всех заявила Рина.
– Не понял? – одновременно выкрикнули Градус, Агент и Хоббит.
– Он запал на меня, я уже давно заметила, и не даю поводов думать, что может быть иначе. Но если он поймет, что может быть и по-другому, он захочет меня спасти.
Ампер просек фишку быстрее всех.
– Хочешь пофлиртовать немного, вызвать мою ревность, поиграв с ним, давая тебе возможность заручиться небольшим шансом, что он вытащит тебя из-под удара, а ты предупредишь нас?
– Так себе расклад, – скептически заявила Смуглянка, – без гарантии. И дело даже не в тебе, Рина, твой хахаль эту игру не потянет. Понимаешь, откровенный флирт скрыть не удастся, мы все будем на виду ближайшие недели, выйдет конфликт, поскольку Ампер не сможет оставить без внимания твое поведение. Разборка между ним и Пауком? Я ставлю на лысого все, что мне должны за эту авантюру и то, что у меня есть, а это немало. Точно также, как поставила бы против Тиса, если бы он схлестнулся с твоим мужем. Не вариант. При самом худшем раскладе Паук убьет Ампера, и это не принесет нам ничего хорошего, не говоря уж о тебе, если ты, конечно, не задумала от него избавиться.
Рина мгновенно преобразилась, еще секунду назад она сидела задумчивая, спокойная, а теперь на ее милом лице появился оскал волчицы, а в глазах полыхала ярость. Сидевший рядом с ней Градус отшатнулся.
– Запомни, – процедила сквозь зубы блондинка, – еще одна такая мысль вслух, и тебя ничто и никто не спасет, я сверну твою короткую шею и буду вертеть ее до того момента, пока голова не окажется у меня в руках.
Смуглянка вздрогнула, чутье подсказало этой крепкой смелой женщине, которая прожила в Улье больше трех лет, что сидящая напротив нее девушка не шутит, и более того, она выполнит свою угрозу, стоит ей допустить еще одну подобную вольность. За своего хахаля эта девка будет драться до последнего вздоха, и, скорее всего, это будет вздох ее врага.
Ампер положил ладонь на сжатый кулак Рины.
– Спокойно, милая, это была просто неудачная шутка. Я прекрасно знаю, что ты меня не предашь.
Рина выдохнула и слегка расслабилась.
– Это была неудачная шальная мысль, – виновато произнесла Смуглянка. – Но я не отказываюсь от всего сказанного до этого. У тебя не выйдет провести Паука.
– Согласен со Смуглянкой, – подал голос Мушкет. Он был спокоен, но его глаза смотрели на блондинку неодобрительно. – Рина, будь сдержанней. Я понимаю, что тебя задели эти слова, она еще просто плохо знает и тебя, и Ампера, и ваши отношения. Но я тоже думаю, что из твоей идеи не выйдет ничего путного.
– Другие идеи есть? – с вызовом спросила блондинка.
– Как ни странно, есть, – отозвался Ходок. – Предлагаю перестать толочь воду в ступе и реагировать по ситуации. Даже если нам в голову сию секунду придет гениальный план, через сутки-двое он превратится в ничто, поэтому нам надо наблюдать и ждать, мы уже пришли к выводу, что пока не доберемся до точки, нам не следует ждать удара в спину. А вот потом мы и будем думать.
– Согласен, – заканчивая дискуссию, поддержал Ходока Мушкет, – хватит. Давайте выпьем за нас, за то, чтобы мы стали командой, это залог нашего выживания. И Амбал, сними блокаду, а то наш бедный слухач скоро совсем изведется.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Погорелов покосился в сторону Паука, тот с беспокойством поглядывал в их сторону примерно раз в десять секунд.
Утром были стрельбы, Ампер остался доволен своим новым автоматом, АШК имел примерно схожие характеристики с его пятнашкой, разве что отдача была гораздо слабее, а безгильзовый боеприпас мощнее, точность тоже была на высоте, кто-то хорошо поработал над пристрелкой, и пришлось лишь немного поднастроить прибор наведения, сопряженный со шлемом. С двухсот метров Погорелов без проблем уложить десять выстрелов в центр мишени, все их можно было накрыть ладонью, и это при том, что он работал короткими очередями. Бронебойно-зажигательный боеприпас легко пробил стальной лист толщиной в пятнадцать миллиметров с двухсот метров. Толще мишени не нашлось, да и перевод таких ценных боеприпасов нежелателен.
