Так как силы хаоса не хотели привлечь внимания, они не смогли прорыть туннели прямо внутрь их убежищ, поэтому они выбирались из туннелей равноудаленных от стен гор, то есть ровно из центра долины.
Окружившие же это место ящеры непрерывно выпускали потоки пламени и прочих стихий, пытаясь задержать неумолимое наступление хаоса.
Но проблема была в том, что запасы энергии у дракониц были далеко не бесконечные, плюс у вторженцев были колдуны, которые вполне успешно защищались и от драконьего пламени, попутно накладывая защиту и на все войска.
Кроме того, бой на земле не был фишкой драконов. Их стихией было небо, но прямо сейчас они не могли так поступить.
Оценив положение вещей, Мелисса начала смещаться в сторону сражающихся, намереваясь пройтись выдохом вдоль линии фронта, чтобы облегчить давление, но не успела.
Каменный склон прямо под ней взорвался десятками камней и скал и если бы не инстинктивно вскинутый вильнувшей драконицей кроваво ледяной щит, то они бы уже рухнули вниз.
Но, как оказалось, взрыв был наименьшей из их проблем, ведь когда под ногам хаоситов взлетела сама земля, это было предзнаменованием лишь для чего-то воистину большего.
Не успели камни еще даже начать падать вниз, как из зловонной тьмы вверх рванула исполинская зеленая стена.
— Ра-а-а! — взревела Мелисса, делая отчаянный рывок в сторону, Каэду и Кэтсую с ужасающей силой вдавило в ее когти, но гигантские челюсти подземной твари прошлись мимо, лишь обдав их потоками гнилого ветра.
Перепонки драконицы мучительно застонали, пока она пыталась выровнять полет рядом с проносящимися мимо бесчисленными чешуйками зеленой твари.
Учитывая величину челюстей и продолжающееся вырываться на поверхность тело, размер монстра был значительно больше дракона. О чем говорить, если его укуса вполне хватало, чтобы поместить значительную часть ящера в пасти!
Наконец, хоть как-то стабилизировав полет, Мелисса развернулась, позволив шокированным пассажирам во всей красе посмотреть на то, что их чуть было не убило.
— Не может быть… — ахнула Кэтсуя, в ее голосе послышалась самая настоящая истерика. — Великий змей… Не может быть… Как же так! — с болью закричала она, смотря на то, что вырвалось, казалось, прямиком из ада.
Поле боя словно стало тише, когда Великий Змей закончил выбираться из-под земли. Его титанический хвост кольцо за кольцом ложился рядом с ним, попутно давя находящихся рядом культистов. Впрочем, не похоже, что их или его это хоть немного волновало.
Глядя же на морду одного из великих духов, Каэда с трудом подавила тошноту.
Гниль и болезни беспощадно прошлись по змею, изуродовав его чешую где только можно. Огромные фурункулы и воспаления, мутировавшие щупальца, растущие так часто, что в паре мест напоминали шерсть, нарывы и гнойники.
Возникало чувство, что каждая из болезней, что когда-либо была рождена мирозданием, посчитала своим святым долгом отметиться на этом «полотне».
Болезнь сильно прогрызла его плоть, заставив нижнюю челюсть обзавестись уродливой дырой, сквозь которую то и дело капала дымящаяся слюна и пена.
Кости черепа не единожды проглядывали через висящую, словно порванную ткань, шкуру.
Но хуже всего были глаза. Они скрылись в глубине деформировавшихся глазниц, из-за чего глубокая тень падала внутрь. А может это была клубящаяся ткань, застилающая взор Великого духа? Из глазниц непрерывным потоком стекало какая-то бурая, грязная жидкость, создавая ощущение, будто дух плачет кровавыми слезами.
Наконец голова змея вознеслась достаточно высоко, чтобы он без проблем оглядел поле боя.
Израненная пасть, хлюпнув истерзанной плотью, неестественно широко раскрылась, позволив разглядеть покрытый болезненно крупной сыпью язык.
Кэтсуми и Каэда в слепом ужасе забились в лапах драконицы, когда гибнущий мир сотряс наполненный непрерывным страданием вопль того, кого раньше звали Великим змеем.
Глава 3
Не успел еще дикий крик затихнуть, как изуродованное тело Змея пришло в движение. Наклонив голову назад, от чего часть его гнойников лопнула, он с силой распрямился, послав свой череп вперед.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Это не было в полной мере атакующим рывком.
О нет.
То, что раньше было Великим змеем использовало свою голову словно гигантский боевой шар на живом гибком шнуре.
Замершая от ужаса драконица даже не успела сдвинуться, как ей на спину с хрустом рухнула титаническая челюсть, разом переломав большую часть костей и позвоночника.
Самому же Змею явно было плевать, что острый гребень мертвой драконицы намертво застрял в его челюсти, когда он поднял голову и с силой послал ее в другую сторону.
Пытавшийся увернуться молодой дракон успел лишь пискнуть, как затылок дьявольского монстра размазал его по каменному склону.
Быстрее и быстрее, не жалея себя и других и оглашая воздух дикими воплями, Великий Змей вбивал в землю своей головой все живое и неживое.
Нередко он промахивался и тогда его тело с хлюпаньем и стоном разбрызгивало кровь и куски шкуры, которые с шипением начинали прожигать камень.
Но что бы не питало эту жуткую помесь великого духа и порождения хаоса, оно не позволяло ему умереть.
Лопнувшие и сломанные кости восстанавливались прямо на глазах, вырастали новые гнойники, а мясо регенерировало.
Отчаянно пытающемуся умереть существу не было разрешено получить то, чего он так желал.
Смотрящие сверху со слезами на глазах Каэда и Кэтсуми уже пришли в чувство, но ощущали они себя при этом ужасно.
Что бы не сделал хаос с этим существом, издеваясь, оно оставило ту связь, что связывала духов между собой. Да, она была не способна осквернять, но зато в полной мере транслировала ту боль и агонию, которая окутала Великого змея.
В это же время, окончательно сделавшая выводы Мелисса начала снижаться. Каэда и Кэтсуми ахнули, когда драконица перекинула их, схватив задними лапами, чтобы освободить передние.
Глубокий вдох и Мелисса с силой выдыхает непроглядно белый туман в особо плотную группу стоявших внизу колдунов. Вот только перед этим она с силой разорвала когтями себе лапы, оросив туман собственной же кровью.
Мгновение и рванувшееся еще быстрее ледяное дыхание дракона с оглушительным грохотом и яркой вспышкой проламывает возникшие в воздухе демонические печати.
Старейшина драконов — это нечто большее, чем просто гигантский зверь.
И в отличие от огненного дыхания, здесь не было шума или треска.
Просто все, чего коснулся туман, разом застыло, превратившись в промороженные и хрупкие куски льда.
Сила этой атаки была такова, что она начала расширяться в стороны, захватывая новые и новые площади, попутно пополняя число оригинальных ледяных статуй. Даже сам камень крошился и трескался под воздействием холода, которому не было места в этом мире.
Секунда и вот они уже у порядков драконов, которые воинственным ревом приветствовали возвращение своей старейшины.
— Приготовьтесь. — мрачный голос Мелиссы прозвучал прямо у них в головах, поэтому, когда когти разжались, это не стало для них сюрпризом.
Нечеловеческие тела с достоинством выдержали сокрушительную посадку, всего лишь оставив на ближайших камнях парочку следов ног.
Десантировавшись, Каэда быстро оглянулась, разглядывая штурмующую их пехоту хаоса. Кричащие десятками голосов и ртов порождения хаоса возвышались даже над хохочущими распухшими чемпионами. Еще же выше веяли проклятые знамена, украшенные черепами и еще каким-то мрачным чудом живыми, насаженными на колья людьми.
С высоты полета это трудно было понять, но сейчас она с замиранием сердца видела столь знакомые ей знаки.
«Теперь понятно, откуда они здесь взялись». — ведя достаточно опасную жизнь, Каэда прекрасно понимала важность клановых знаков в их сложном мире. Нападение на бойцов не того клана могло с легкостью привести к войне.
Именно поэтому знать нашивки самых больших и могущественных кланов было строго обязательно, даже если ты не воитель.
