подобное землетрясение невозможно сымитировать. Или начнешь уверять будто выключение света во всем вокзале дорого обойдется и ради шутки или забавы они никогда не позволили бы такого. Но ты просто поверил «Голосу»?
Отведя от нее взгляд, я вернул свое внимание к окружению.
Мне было нечего ей сказать. У меня были свои причины поверить тому голосу.
— Я немного покопалась в твоем телефоне, когда ты одолжил его. И, как думаешь, что я там увидела? — непринужденно поменяла она тему.
— Свою невоспитанность? — предположил я, впервые в своей жизни огрызнувшись на что-то подобное.
— Аха-ха-ха, — она искренне рассмеялась, услышав мой ответ. — Смотря на тебя, я не думала, что у тебя есть чувство юмора. — призналась она. — Ты выглядишь крайне неприглядным и тихим. Я думала, что, разговаривая с красивой девушкой ты будешь куда менее спокойным.
На ее слова я ничего не ответил. Не знаю, что на меня нашло, когда я решил ответить колкостью. Не так меня учили. Но, если уж совсем честно, то мне немного даже понравилось.
Иметь возможность говорить, что хочется — разве это не часть свободы?
— Впрочем, не важно. — отмахнулась она. — У тебя в телефоне нет ничего — он совершенно новый, будто ты купил его только что. Нет ни сообщений, ни фотографий, ни мессенджеров… — прищурилась Елена. — Ты ведь явно необычный человек, да?
— Домыслы, — не согласился я. — Выводы, сделанные, не имея полных данных. Я подчистил телефон чтобы девушка ничего не нашла. — слишком быстро ответил я.
Мне казалось, она зацепится за то, что этим я лишь подолью масла в огонь ревности девушки, но Елена почему-то ухмыльнулась, мол, не верит, и назвала совершенно другую причину.
— Без обид, красавчик, но ты не похож на того, кто может с кем-нибудь встречаться.
Ее слова были направленны на то, чтобы вывести меня из себя. Она хотела добиться хоть каких-нибудь эмоций? Или я неправильно прочитал ее намерения?
Я снова вернул на нее свой взгляд.
— Внешность важнее умений общаться.
— Не поспоришь — внешне ты не так уж и плох. Не очёсан слегка, но в остальном — не удивилась бы, если бы кто-то и обратил на тебя внимание. Только вот, ты одет слишком по-простому. Да и не поверю я, что человек вроде тебя может знать что-нибудь о любви или романтике. — ухмыльнулась она.
— Ты меня не знаешь. — не согласился я.
— Слышал про психоанализ? Его еще «Фрейдизмом» называют. Эта наука позволяет изучать человеческое «сознание» по его «бессознательному».
— Вот как?
В целом, я мог бы оспорить ее предположение. Я изучал психоанализ еще в детстве, но нашел его крайне ненадежным — слишком большая погрешность. По крайней мере, на первичный анализ нельзя в полной мере полагаться, и чтобы составить завершенную картину нужно достаточно длительное время наблюдать за целью.
Но девушка была права, что демонстрировало ее высокий интеллект, коим не каждый может похвастаться.
— Чтобы было понятно — мои действия были исключительно логичны, когда я заглянула в список твоих контактов и просмотрела сообщения, — сообщила Елена. — Ты уж очень внимательно за мной наблюдал, поэтому я оценила тебя как возможного врага. Я должна была убедиться, что ты не следишь за мной и не пытаешь похитить.
Другими словами, она специально привлекла ко мне внимание? Чтобы, в случае если будут поиски, люди вспомнили что она контактировала со мной, и так вышли на меня?
Неплохой ход.
Правда, меня гораздо больше впечатлило, что она успела проверить сообщения и контакты менее чем за десяток секунд, которые и держала мой телефон у себя в руках.
— Тебя так сильно задели слова об отсутствии девушки? — она снисходительно улыбнулась. — Не надо так обижаться. Сделать из тебя красавчика — дело пяти минут. Ну а социальные навыки можно и натренировать. Так что, не все потеряно! — подмигнула она мне.
Она что, надо мной подшучивает?
— Я бы тебе не доверился. — честно сказал я. — Ты не похожа на человека с хорошим вкусом.
— Ну и ладно, — пожала она плечами, и отошла в сторонку. — Мое дело предложить. Если останешься жив после того, что грядет, то можешь попросить меня в любое время. — она ухмыльнулась, наблюдая за моей реакцией, но ее улыбка скисла, когда она поняла, что мое лицо не изменилось. — Я, знаешь ли, очень хороший парикмахер! Это мое хобби.
На протяжении всего разговора она пыталась найти хоть намек на то, что я знаю о сложившейся ситуации. Вот только, я могу ее только разочаровать — я ничего не знаю. Мое спокойствие, которое она отмечала — это действительно черта моего характера, а не следствие каких-то знаний.
Мне лишь оставалось продолжать наблюдать за людьми вокруг, выделяя наиболее значимые фигуры. Они выделялись тем, что вокруг них стояли люди и следили за их реакцией.
И когда казалось, что все начали приходить в себя, один из тех, кто первым вышел на улицу забежал обратно.
— Мертвецы! — громко кричал взрослый мужчина весь вспотев от долгого бега. — На улице полно мертвецов! Целый город! — в ужасе кричал он.
Это был первый человек, который вернулся обратно. Из десятка тех, кто предпочел покинуть вокзал на всякий случай, никто так и не показался…
Такого не ожидал ни я, ни кто-либо еще.
Мертвецы? Какие мертвецы?
Не похоже, чтобы человек обманывал или шутил. Он действительно был напуган. Но гораздо большим свидетельством была его кровоточащая рука. От нее будто оторвали кусок плоти, и такое гримом точно не подделаешь.
Вот это уже гораздо больше вызывало страха.
— Какого черта ты несешь?!
И, конечно же, многие предпочли не верить даже если перед ними было прямое доказательство.
Отрицание действительности — это одна из наиболее проблемных сторон человеческого подсознания. Многие просто желают,
