Константин шёл первым и когда центральный двор академии остался позади, куратор свернул на боковую тропинку. Тут не трудно было догадаться, что их ожидает очередной замкнутый мир. В конце тропинки появился ветхий сарайчик означавший, что внутри расположен портал, который их и забросит в нужное место. Открыв дверь сарайчика, Константин сделал шаг и исчез в портале.
Следом за куратором в магический переход шагнул Деймос, а за ним и Энио. Едва они оказались в замкнутом мире, Деймос и Энио сразу почувствовали гнетущую обстановку. Мир-тюрьма высасывал из них магические силы. Вот только в отличии от первого раза, теперь они точно знали, что с ними происходит.
В тот момент когда тебе известно, что происходит вокруг , страх покидает твой разум. Страх питается неизвестностью, ведь именно она делает его практически всемогущим. Достаточно убрать неизвестность и страх перестаёт тобой управлять. Правда подобный способ не для всех применим. Обычный человек увидев монстра скорее всего станет его добычей, ведь он понятия не имеет как ему противостоять.
А вот у магов к этому совершенно другой подход. Неизвестность их тоже пугает, но стоит им определить противника и они начинают выполнять свою работу. Поэтому то, что работает у одних, совершенно не подходит другим. Деймоса радовал тот факт, что он не относится к обычным людям и когда он устранял неизвестность, то знал, что нужно делать дальше.
Он и Энио ещё слишком мало знали и умели из тех знаний, которыми обладал Константин, но даже этих умений было достаточно, чтобы загнать страх под плинтус, откуда он боялся высунуть нос. Мир в котором они оказались чем-то напоминал мир Варгуса, когда они в первый раз оказались в подобном месте. Хотя в мире Варгуса такой плотный туман отсутствовал.
Константин продолжал движение по едва заметной тропинке и чтобы не отстать от него и не заблудиться, Деймос и Энио практически прилипли к нему. Туман был настолько плотным, что видимость не распространялась дальше вытянутой руки. Деймос старался не терять из вида чёрный плащ куратора, который так и норовил исчезнуть в тумане. Он не мог одновременно следить за куратором и Энио, поэтому взял её за руку и таким образом они втроём двигались сквозь плотный как кисель туман.
Они шли и шли сквозь белую завесу, но вот сколько времени это у них отняло Деймос не знал. Чем дольше они находились в замкнутом мире, тем больше они теряли сил. Если вспомнить объяснение Варгуса, то мир не может забрать все магические силы, а только лишь половину. По началу всё вроде шло именно по этому плану, но Энио начала уставать, а главное и сам Деймос тоже стал испытывать небывалое изнеможение.
В отличии от напарницы он мог задействовать первоисточник и именно это позволяло ему двигаться в том же темпе, что и раньше. Неожиданно Энио споткнулась и едва не упала. От падения её спас Деймос, он держал её за руку и когда Энио споткнулась он подхватил её и забросил на плечо. Возможно это смотрелось не так элегантно как должно было быть, но сейчас об этикете он думал меньше всего.
Деймос не хотел потерять из вида спину куратора, а это в таком плотном тумане сделать было довольно легко. Силуэт Константина исчез лишь на мгновение, но Деймос успел его нагнать несмотря на Энио, которая безвольно лежала на его плече. Теперь он на собственной шкуре почувствовал, что значит усложнение в программе тренировок. Хотя ему и было тяжело, но первоисточник продолжал его подпитывать, чего нельзя было сказать об Энио.
Она находилась на грани потери сознания и уже никак не реагировала на слова, которыми пытался привести её в чувство Деймос. В отличии от него у высокородных магические частицы находятся в крови и когда мир начинает высасывать эту силу он практически обескровливает её тело. Деймос физически начал чувствовать как Энио начала холодеть.
– Константин, она умирает, нам нужно остановиться, – тяжело произнёс Деймос.
Куратор хотя и не ответил на слова Деймоса, но шаг сбавил, что позволило студентам его нагнать. Затем Константин сделав ещё несколько шагов остановился. Плотность тумана начала снижаться и видимость стала увеличиваться. Куратор по прежнему стоял к ним спиной и не произносил ни единого слова. Деймос осторожно опустил на землю Энио, которая пыталась оправиться от первого шока.
– Я не думала, что этот мир будет настолько жёстоким, – произнесла она пытаясь подняться на ноги.
– Может тебе не стоит торопиться и ещё немного полежать, пока ты окончательно не придёшь в себя, – предложил Деймос.
– Я бы этого не делал, – подал голос Константин, по-прежнему к ним не оборачиваясь. – Чем больше площадь с землёй, которую он контролирует тем больше сил вы будете терять, – добавил он.
– Кто этот «он»? – спросил Деймос, помогая Энио подняться с земли.
Куратор опять проигнорировал этот вопрос и продолжил молча стоять наблюдая за тем как перед ним расступается туман. Он действительно рассеивался довольно быстро, открывая взорам пришлых всё больше тайн. Молочная пелена отступала до тех пор, пока не открыла Деймосу его самый большой страх испытанный им в детстве. Константин стоя буквально в двух шагах от них внимательно наблюдал как из тумана появляется обелиск возведённый сущностями.
В душе Деймоса мгновенно зашевелился детский страх о котором он уже успел позабыть. Ему казалось, что прошедшие годы навсегда его излечили от этого состояния, но увидев обелиск он понял, что сильно в этом ошибался.
– У меня заключён договор с Сумрачной обителью о том, что я смогу выбраться из этого мира если сломаю «Печать угнетения», – произнёс куратор, поворачиваясь к студентам.
В этот момент Деймос вспомнил все подробности встречи с сущностями, которые ему казалось, что он уже навсегда забыл. Лицо куратора на миг изменилось открыв истинный облик, который он до этого момента умудрялся скрывать. Предательство самый страшный удар, который может испытать человек, но Деймос не зря ел свой хлеб и не собирался попадать под влияние сущности.
– Хорошая попытка, но ты не наш куратор, – произнёс Деймос. – От тебя разит гниением, а такое возможно только в том случае, если поглощение сущностью произошло как минимум неделю назад. Но самое главное, ты забыл создать на плечах знак Сумрачной обители. Ты контролируешь поглощённое тело, но одежда должна быть настоящей, а у тебя её нет и ты вынужден использовать иллюзию.
– А ты действительно наблюдательный, вот только это вряд ли вам поможет. «Печать угнетения» одно из самых сильных заклинаний, но похоже ваш наставник немного заплутал в моём мире. Такое может произойти с каждым, но в данных обстоятельствах это исключительно ваша большая проблема. Как я понимаю никто из вас ещё не может самостоятельно накладывать печать, а это значит, что у меня просто прекрасный день.
– Не понимаю чему ты так радуешься? – удивился Деймос. – Если у тебя есть договор с обителью, то его нужно выполнять во всех подробностях, иначе он не будет считаться действительным.
– В каждом договоре имеются нюансы о которых многие просто забывают, – ответила сущность. – Во-первых, «Печать угнетения» можно сломать двумя способами. Первый, это убить того кто активировал заклинание. Второй вариант, когда тот, кто его применил сам и отменит заклинание. В данный момент печать не активна из-за того, что никто из вас не знает как использовать это заклинание, а тот, кто вас сюда привёл сам в итоге и сгинул в тумане.
– Зря ты недооцениваешь нашего наставника, – произнесла Энио, закрывая глаза стальной маской.
– Юношеский максимализм всегда меня забавлял, поэтому вы и не можете полностью осознать в какой ситуации оказались. Дело в том, что этот мир действительно является моей тюрьмой. Вот только нюанс в том, что хищник не представляет угрозы исключительно для тех, кто находится за её пределами. Но в данном случае вы нарушили это условие и оказались внутри клетки.
Тебя юноша я убью первым, а её оставлю в качестве обмена на мою свободу. Человек по своей сути слаб и мало кто может наблюдать за страданием красивой женщины. Можете не сомневаться, я уж постараюсь чтобы сердце вашего наставника дрогнуло.
