ж знаешь, я всегда плачу.
И, оставив девушку разрываться между алчностью и страхом оказаться опасным свидетелем, подошел к Аблемарлу.
— Вы ей доверяете, виконт? — вполголоса спросил граф.
— Сейчас — да, пока она надеется заработать. Да и потом, кому она о нас расскажет? Контрразведке? Там ее выжмут досуха, да и повесят, как воровку. Рваному? С тем же результатом. Нет, мы ее шанс. Может быть единственный шанс вырваться из этого болота, разбогатеть. Рискуя? Так на Острове воры и так до смерти рядом с виселицей ходят. Лучше скажите, есть ли идеи, как выкручиваться будем?
— Давайте присядем. — Граф указал на ту же телегу. Очевидно, близость дома местного атамана его ничуть не смущала. — Задача не слишком сложная. Хотя наш правильный мужик наверняка уже сосчитал, что половина — это меньше, чем целое, и делиться не собирается вовсе. Но если мы сможем проникнуть в мой дом, планы этого честного джентльмена станут нам безразличны. Как и планы других джентльменов, что очертя голову ищут нас сейчас по всему городу. Беда в том, что снимать защиту, поставленную слугой, даже для хозяина дело долгое. А там поблизости наверняка уже засада расположилась.
— Почему поблизости, а не в самом доме?
— Потому что защита так устроена — если она поставлена, а в доме посторонние, хозяин это сразу узнаёт. Так что внутри никого нет и не будет. Поблизости… рядом с парадным входом засаде есть где спрятаться, а вот около черного… хм… а что, есть вариант! — Аблемарл задорно щелкнул пальцами. — Оторваться, пожалуй… да, это мы сможем. Но как внутрь моего собственного дома попасть? Есть идеи?
И двое «прожжённых грабителей» погрузились в тягостное молчание.
— Вообще-то, — начал де Сент-Пуант, — есть вариант.
И внимательно посмотрел на стоявшую в стороне соучастницу. Потом перевел взгляд на Аблемарла.
— А кто конкретно в отсутствие э-э… хозяина ставит защиту?
— Мой дворецкий Сэм, старый преданный слуга.
— Женат?
— Вдовец, а что?
— Ну так слушайте. Элис, подойди…
Глава 25
Сэм возвращался с рынка, держа в руках две бутылки вина — хозяин давно уже приучил его именно к этому благородному напитку. Сзади мальчишка-слуга из лавки кряхтя тащил сумки с едой, но Сэм не обращал на его страдания никакого внимания. Сэм размышлял о своей судьбе.
Прошло три дня, как куда-то пропал граф. А вчера рано утром в дом вошли четверо мужчин, показали грозную бумагу из Лунной палаты, после чего устроили тщательный обыск. Культурно, надо признать, без грозных криков и швыряния вещей на пол. Но осмотрели всю мебель, залезли во все ящики и, казалось, во все щели, о некоторых из которых, как выяснилось, сам Сэм даже и не подозревал.
И спокойно ушли, посоветовав домочадцам молчать о произошедшем. Без криков и угроз, но кто на Острове посмеет проигнорировать советы людей из Лунной палаты?
Обошлось? Сэм мысленно осенил себя знаком Спасителя. Ага, как же. Не было еще случая, чтобы после подобных визитов благородные господа не оказывались в казематах той самой палаты. И тогда они считали себя счастливчиками, если теряли только состояние.
А уж каково приходилось слугам?! Впрочем, тут все просто — попал на допрос — умоляй о заклятии правды, под которым рассказывай все, что знаешь и о чем только догадываешься. Или соглашайся со всем, что тебе говорят, даже не раздумывая, было такое или нет. Господам из Лунной палаты виднее. Тогда есть шанс избежать пыток.
Как, например, удалось камердинеру барона Бечмора, который под присягой клялся, что его господин сожительствовал с самим врагом рода человеческого, превращаясь для утех нечистого в женщину рогатую с четырьмя грудями, поросшими густой черной шерстью. А не донес о том грехе лишь потому, что наложил на него господин заклятье немоты и подчинения. А снял то заклятие святой отец, окармляющий Лунную палату и идущий по пути очищения.
После таких показаний барон прилюдно был посажен на кол, где умирал целых три дня, Сэм сам ходил смотреть и даже выиграл у приятеля шиллинг, угадав, что третий восход солнца отступник переживет. Да, здорово он тогда догадался кинуть в негодяя камнем. Все уже решили, что тот в пекло отправился, ан нет. Камень попал прямо в глаз, и казненный в последний раз застонал.
Да! А камердинер тот жив и здоров! Никто, правда, не знает, откуда у него взялись деньги на новенький дом, построенный на окраине. Скорее всего, приворовывал помаленьку, пользуясь тем, что хозяин был богат и слугам своим доверял сверх всякой меры. Прямо как граф Аблемарл.
Жаль, что граф не столь богат, хотя и не беден, совсем не беден. И где прячет свои сбережения, Сэм успел подглядеть. Так что пару дней еще подождать, да и достать из заветного тайника, который так и не был найден при обыске, пригоршню-другую золотых монет. Не все, иначе господа из Лунной палаты расстроятся, а ему, Сэму, то есть, и этого на жизнь хватит.
Построит такой же домик, заведет себе девку веселую, резвую, как покойная жена в юности. Вон как эту, например!
В Сэма буквально влетела девица, да так, что обе бутылки, которыми тот собирался сегодня насладиться, разбились. Рука сама схватила плутовку за волосы.
— Стоять!
— Ой, дедушка, отпустите! Больно!
Осмотрел добычу. Девка молодая, ладная, все, что нужно, выпирает. Хм, дедушка… скажет тоже… я тебе покажу дедушку!
— Куда прешь! Ты знаешь, сколько это, — он кивком указал на осколки, — стоит?
— Да пару пенсов, я заплачу! — И девица запустила руку в вырез платья на соблазнительной груди.
Ну нет, этим ты не отделаешься.
— Какие пару пенсов? Это вино стоит по гинее за бутылку! Сама заплатишь, или к судье пойдем? У него дороже будет.
— Сколько?! Да где-ж я… да как же… да откуда…
— Мое какое дело? Нанесла ущерб — плати. Впрочем… — Продолжая держать девушку за волосы, свободной рукой Сэм погладил ее по щеке. Девушка очаровательно покраснела и бросила взгляд на прохожих. Помогут?
Как же. У всех свои дела, а старик в своем праве, сам должен решить, в каком виде требовать компенсации. Не нравится? Обращайся действительно в суд, уж там-то тебе справедливость отмерят. Полной ложкой.
— Тебя как звать-то?
— Элис…
— Красивое имя… Алиса, Аля, Элечка Ну что, Элисочка, договоримся?
— К-как?
— Обыкновенно. — Сэм ухмыльнулся. — Или две гинеи, или неделю ночуешь у меня. Выбирай.
Лицо девушки стало пунцовым. Ну просто прелесть.
— Я согласна, только мне же собраться надо, вещи там сложить, ну, вы же понимаете.
А глазки-то загорелись! Хе-хе, милая, решила наобещать, да и скрыться? Серьезно?
