— Кирилл Кириллович… А вы когда-нибудь убивали?
Мужчина застыл на середине движения ложки от миски ко рту, вскинул на меня удивленный взгляд:
— Что?
— Вы когда-нибудь убивали? — уже глядя ему в глаза, повторила я.
— Нет, — он пожал плечами, сербнул супчика, и добавил: — Даже не просил/приказывал никогда.
— А как же колдун в маске?
— Я просто не стал останавливать Маркуса. Это разное, Милена, — поддерживать и становиться причиной, пусть и косвенной.
«Такой миленький щеночек, я прямо не могу. Ему повезло, что в его клане нет ритуала посвящения, основанного на первом убийстве. А то, как тебе тогда за него замуж выходить, если он еще мальчик».
Какие дивные законы, будто в каменном веке, право слово!
Я хмыкнула, а потом посмотрела на начальника серьезно и сказала то, что на самом деле должна была сказать уже давно:
— Спасибо.
— За то, что дожил до этого момента, никого не убив?
— За то, что искали меня. За то, что спасли меня. За то, что заботитесь, несмотря на то, что я постоянно на вас шиплю.
— Кто ты и куда ты дела мою Милену? — изобразив на лице священный ужас, мужчина отшатнулся так, что едва не завалился со стула прям на пол.
— Просто примите мою благодарность, пока я не передумала, — фыркнула я.
— А твоя благодарность случайно не включает в себя крепкий поцелуй? Нет? Жаль, жаль, — он бросил взгляд на часы, и поднялся из-за стола: — Отдыхай, набирайся сил, не ввязывайся в неприятности, пока меня нет.
После чего быстро поцеловал меня в макушку еще до того, как я успела открыть рот, и ушел, уже из прихожей громко добавив:
— Не жди меня на обед, но к ужину вернусь, дорогая.
Хлопнула дверь, я моргнула и таки закрыла открытый для значимого ответа рот. Моргнула еще раз и фыркнула:
— Будто уже успел на мне жениться, право слово!
«Ты пустила пса в дом, и даже позволила взобраться на кровать. Чего еще ты ожидала?» — нагло рассмеялась ведьма.
— Ничего я ему не позволяла!
«Ну и зря».
Я оглянулась на выход из кухни и качнула головой. И ничего не зря, все и так уже слишком далеко зашло. И стало слишком запутанным. Где-то здесь уже совсем близко грань, которую мне не следует пересекать, как бы сильно все это не сбивало ориентиры и не просило лишних шагов. У тебя есть цели, Милена. Иди к ним.
— Нужно вернуться в кровать, — я кивнула, в несколько глотков выпила уже не совсем горячий кофе и встала. — Может, поспать еще, как думаешь, это поможет?
По пути в комнату заперлась на все замки. От греха подальше.
«У нас все равно нет никаких ингредиентов или артефактов, которые могли бы помочь. Да и сейчас лишние влияния не особо в пользу, это ведь все тоже оказывает свое воздействие. Так что… Да, спокойствие как тела так и сознания будет очень кстати».
— Прекрасно, — откликнулась я, забираясь обратно под одеяло. — Не день, а мечта. Знаешь, за этот выходной я была бы даже готова его поцеловать. В щечку.
«Как мало стоят твои мечты».
— Ну, он же не исцелил меня чудесным способом от твоего присутствия в голове, — я хмыкнула. — Так что благодарственного чмока не заслужил.
«Я боюсь представить, что ему нужно сотворить, чтобы получить настоящую награду» — без доли сочувствия к тяжелой доле бедного несчастного оборотня хохотнула Варнава.
— Перестать быть тем, кто он есть? — я улеглась поудобнее и прикрыла глаза. — Что бы ты ни говорила, это не твоя с Мечеславом история, где «и жили они долго и счастливо».
«Не было у нас “долго и счастливо”, — я буквально душой ощутила, как она пожала плечами. — А теперь спи, нам ночью еще за оставшимися частями ритуала идти».
И я уснула, зарывшись в одеяло по самый нос, потому что тепло тоже очень способствует восстановлению.
Глава 23
Вечером на меня смотрели уставшие глаза человека, полностью убитого жизнью. Я чувствовала себя вполне неплохо, даже бодро, но взгляд... такого взгляда у меня не было даже на предыдущей работе.
Осталось немного, Милена. Найти один ингредиент, сварить зелье, воскресить ведьму. И забыть об этом, как о страшном сне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Кажется, теперь на слово «волшебно», как синоним «невероятно» у меня будет аллергия. Но это мелочи.
Перед выходом из подъезда, я на секунду замерла, прикрыв глаза. «Я в полной безопасности, каким бы путем она не была достигнута». И шагнула на улицу, не позволяя хоть какой-то нотке страха укорениться в душе. Мир всегда был опасен, даже без вражеских колдунов.
Мечеслав подкатил к моему подъезду на суперкаре. Понтовом, черно-красном, с этими забавными дверцами, открывающимися вверх. Вышел весь такой из себя красивый, увидел мою скептически приподнятую бровь и хмыкнул:
— Нет, я ее не угнал.
— Да мне плевать, где ты ее взял, — честно призналась я. — Просто... знаешь, это не самая лучшая машина для поездок за город.
Я, прямо не сходя с места, видела, как эта дорогущая красавица застряет на первой же выбоине где-нибудь на проселочной дороге.
— Цыц, дай перед любимой женщиной покрасоваться, — шикнул на меня упырь.
— А ты не думал, что твоя любимая женщина, в отличие от тебя, жила пять сотен лет назад, и чтобы ее впечатлить, все еще логичнее было бы приехать на какой-нибудь особо породистой лошади?
— Варнава достаточно быстро учится новому, — он широко улыбнулся.
"В контексте дебрей, в которых, вероятнее всего, расположен источник живой воды, я бы предпочла лошадь".
— Ха, что и требовалось доказать! — самодовольно хмыкнула я.
Вампир прищурился, и я посмотрела на него со справедливым подозрением:
— Мы не поедем прямо сейчас в салон покупать новую машину, даже и не думай.
— Вот, мы уже начинаем друг друга отлично понимать! — заулыбался Мечеслав.
Открыл передо мной дверцу и галантным жестом пригласил внутрь.
Я сбросила небольшой рюкзачок с плеча, забралась в машину и уложила его у своих ног. Ничего необычного, пара бутербродов в контейнере, бутылка воды, немного зелий — пить мне их Варнава запретила без крайней необходимости, но нынче в моей жизни крайняя необходимость может появиться в любой момент, так что... Ну и, конечно же, пустая фляжка для живой воды. Что бы это ни было.
Вампир задорно обогнул машину, устроился на водительском сидении и очаровательно улыбнулся, заводя мотор. Он выглядел отвратительно бодрым для того, кто лежал полумертвым в подвале безумного колдуна. Вспоминая его тогда и глядя на него сейчас, я не могла не удивляться столь быстрым метаморфозам. И, чего уж греха таить, откровенно завидовала.
— Что? — не выдержал моих разглядываний мужчина.
— Как вы, упыри, это делаете? — не стала юлить я.
— Ну во-первых, не упыри, а вампиры, — улыбнулся Мечеслав. — А во-вторых, что именно?
— Я тебя видела на пороге смерти. А сейчас ты просто огурец, кажется, еще немного — и запупыришься, — я прищурилась, разглядывая его еще внимательнее.
— Это такой оригинальный способ спросить, все ли у меня в порядке? — вампир рассмеялся, уводя машину с нормальных улиц в какие-то закоулки.
Здесь не было фонарей, и фары выхватывали куски каких-то обшарпанных домов и, внезапно, идеально выкрашенных, ровных декоративных заборчиков вокруг пустых клумб.
— Я и так вижу, что ты в порядке, — фыркнула я. — Это и раздражает.
— Не думал, что тебя будет раздражать мое доброе здравие, — вместо того, чтобы обидеться, продолжал улыбаться он. — После того как ты едва ли не на себе вытаскивала меня из плена.
— Люди вообще злые когда им плохо, а кому-то — хорошо, — проворчала я и отвернулась к окну.
Там мелькали какие-то размытые светлые пятна-отражения, фонарей все еще не было, зато появлялось все больше зелени, если я не ошибалась. И... это какие-то гаражи, что ли?
Вообще, на самом деле, я была рада, что он жив, здоров, орел. Потому что, несмотря на уверенность Варнавы поутру, лично я бы не поручилась, что он сегодня действительно появится и поведет меня в горы, а не будет еще долго восстанавливаться. И то, что вампиры такие живучие — это просто подарок. Но как же уныло было видеть его довольную моську, когда у самой все еще все ныло и было бы не против полежать денек-другой.
