Это было маленькое помещение с зарешеченными окнами. Меблировка состояла из кровати, стула и тумбочки. Завершало обстановку зеркало, висевшее на стене. Пол покрывал ковер, вытертый до дыр. Мамаша закрыла за собой дверь и посмотрела на мисс Блендиш, сидевшую на кровати. Глаза девушки округлились от страха. На девушке была лишь комбинация с широким декольте, заменявшая ей ночную рубашку. Мамаша уселась рядом, и кровать жалобно заскрипела, оседая под ее тяжестью.
— Мне нужно поговорить с тобой, — заявила она. — Ты знакома с этой штучкой? — она показала каучуковую дубинку.
Мисс Блендиш отрицательно покачала головой. Она только что очнулась от беспокойного сна, и ей казалось, что ночной кошмар продолжается.
— Это очень больно, — продолжала мамаша Гриссон и для наглядности слегка ударила дубинкой по колену девушки. Одеяло смягчило удар, но все же он оказался довольно чувствительным. Мисс Блендиш сразу же избавилась от сонливости. Выпрямившись на кровати, она сжала кулаки, ее глаза засверкали от гнева.
— Не вздумайте продолжать! — крикнула она.
Мамаша Гриссон засмеялась. Ее большие зубы были похожи на волчьи и придавали ей сходство с сыном.
— Что ты мне сделаешь? — она взяла оба кулачка мисс Блендиш в свою ручищу, не переставая смеяться.
Девушка тщетно пыталась вырваться.
— Не ошибись, красотка, — сказала мамаша. — Я хоть и старая женщина, но все же посильнее тебя. А начну я с того, что собью с тебя спесь, а после мы поговорим.
Док все еще сидел на ступеньке, когда подъехал «бьюик» и из него вылез Уоппи.
— Эдди еще не вернулся? — спросил он.
— Нет, а что произошло?
Не отвечая, Уоппи схватил бутылку и посмотрел на свет, есть ли там что-нибудь, потом с отвращением зашвырнул ее в угол веранды.
— Неужели здесь перевелась выпивка?
Док достал новую бутылку скотча и открыл ее.
— Что случилось, Уоппи?
— Я ничего не знаю. Мы приехали ночью к отелю, и Эдди с Флинном вошли внутрь. Я их ждал довольно долго, пока не заметил двух копов. Как мы и договаривались, я некоторое время ездил вокруг квартала, а когда снова подъехал, услышал выстрелы. Сразу набежало множество копов, и мне пришлось убираться оттуда как можно скорее.
— Кажется, наш друг Эдди попал в неприятную переделку.
Уоппи допил виски и пожал плечами.
— Он сумеет за себя постоять. Я не мог им ничем помочь. Он помолчал и прислушался. — Это еще что за шум?
Док с беспокойством посмотрел на потолок.
— Мне кажется, что это кричит малышка, — проговорил Уоппи и направился к лестнице. — Пойду посмотрю, что это с ней.
— Лучше не надо, с ней мамаша Гриссон.
Оба некоторое время слушали стенания мисс Блендиш, потом Уоппи скривился и включил радио. Джаз сразу же перекрыл все остальные звуки.
— Может быть, я иногда и бывал слишком жестоким, — сказал Уоппи, вытирая лицо платком. — Но бывают моменты, когда эта старая ведьма вызывает у меня желание задушить ее.
Док прикончил виски и налил себе еще порцию.
— Будет лучше, если она этого не услышит, — проворчал он.
Мамаша Гриссон, немного запыхавшаяся, села. Она посмотрела на скорчившуюся в кровати мисс Блендиш. Ее лицо было перекошено от боли, а побелевшие пальцы судорожно вцепились в покрывало.
— Теперь, я полагаю, можно и поговорить, — со вздохом облегчения произнесла мамаша. Ее слова заставили девушку забыть боль. Она смотрела на старуху, не веря своим ушам.
— Нет! — резко крикнула она.
Мамаша продолжала говорить. Мисс Блендиш выпрямилась, потом снова упала на подушку':
— Нет!..
Мамаша начала терять терпение.
— У тебя нет выбора, — рявкнула она. — Ты сделаешь то, что я тебе говорю. Если же нет, я снова воспользуюсь дубинкой.
— Нет!.. Нет!.. Нет!..
Мамаша встала и снова было взялась за свое грозное оружие, но вдруг передумала.
— А ведь и действительно, вдруг испорчу твою красоту. Но существует еще много других способов. Придется доку заняться твоим воспитанием. Мне нужно было подумать об этом раньше. Уж док сумеет с тобой справиться.
С этими словами она вышла, оставив мисс Блендиш рыдать на подушке.
Эдди в смятении смотрел на труп Хени, распростертый у его ног. Если сейчас появится полиция, у него не будет никаких шансов доказать свою невиновность. Осмотревшись и не обнаружив никаких признаков борьбы, Эдди вполне резонно предположил, что Хени был убит выстрелом в упор, когда открывал кому-то дверь. По небольшому пулевому отверстию Эдди определил, что стреляли из револьвера двадцать второго калибра… Оружие женщин…
Он дотронулся до руки трупа, она была еще теплая, а потом обыскал карманы, но не обнаружил ничего интересного. Эдди выглянул в коридор. Флинн по-прежнему маячил возле лестницы. Тогда он, немного подумав, вытер носовым платком ручку, закрыл дверь и пересек коридор. 243 номер был заперт на ключ. Он постучал. Флинн обернулся. Эдди постучал еще раз. Никакого ответа. Он прижал ухо к двери и услышал стук открываемого окна.
— Эй, там, внутри! — позвал он вполголоса. — Откройте!
В ответ тишину разорвал пронзительный крик. Судя по всему кричала женщина именно из номера 243. Похоже, она высунулась из окна и вопила во весь голос.
Эдди отскочил.
— Мы влипли! Скорее вниз! — крикнул он Флинну.
— Стой! — Флинн схватил Эдди за руку и перегнулся через перила. В холле появились двое полицейских с револьверами в руках. Не мешкая, они по лестнице помчались наверх.
Отель ожил. Отовсюду слышались возгласы, грохотали открываемые и закрываемые двери.
— На крышу! — прошипел Эдди. Откуда-то сзади доносился топот полицейских. Когда Эдди и Флинн бежали уже по последнему этажу, одна из дверей открылась и из нее высунулась голова мужчины. Флинн на бегу резко ударил его по голове, и мужчина под истерический женский вопль влетел обратно в комнату.
Дверь, ведущая на крышу, находилась в конце коридора. Она была заперта. Флинн дважды выстрелил в замок, и под тяжестью двух тел дверь поддалась. В поднявшейся суматохе выстрелы были почти не слышны. Запыхавшиеся, обессиленные, Эдди и Флинн выбрались на крышу. Светила луна, и они могли оглядеться. Окрестности отеля были им не знакомы. Они остановились в нерешительности, не зная, в какую сторону двинуться.
— Будет лучше, если мы разделимся, — решил Эдди. — Ты давай налево, а я пойду направо.
Флинну сразу не повезло. Он еще не успел спрятаться, когда на крыше возникли три силуэта. Не раздумывая, Флинн выстрелил. Один из преследователей упал. Флинн спрятался за дымоход.
Уцепившись за водосточную трубу, Эдди смотрел вниз. Там уже собралась толпа. С пронзительным воем сирен одна за другой подлетали полицейские машины. Из них выскакивали агенты и, расталкивая зевак, спешили к отелю. Пригнувшись, Эдди метнулся к другой стороне здания. Достигнув затемненного участка, он оглянулся. По крыше уже метались какие-то тени. Хлопнул выстрел, и одна из теней упала. Эдди на мгновение задумался. Никто из полицейских не бросился в его сторону. Все были заняты охотой на Флинна.
Эдди злорадно улыбнулся. Удачно он придумал разделиться. Он более внимательно обследовал крышу и нашел слуховое окно. Самое лучшее сейчас — это проникнуть в дом и затаиться, пока шум не уляжется. И в этот момент, когда Эдди считал, что худшее для него уже позади, из-за трубы появился полицейский. Какое-то время они удивленно смотрели друг на друга. Опомнившись, полицейский схватился за револьвер, но Эдди оказался быстрее. Он нанес противнику удар в лицо и вышиб оружие из рук. Полицейский пошатнулся. Эдди мог его убить, но побоялся, что звук выстрела услышат другие. Он бросился на полицейского и рукояткой револьвера попытался нанести еще один удар по голове. Но тот оказался на удивление жилистым и сильным и схватился за Эдди обеими руками. Они, сопя, молча боролись некоторое время. Эдди все же удалось оттолкнуть противника, и на сей раз рукоятка револьвера опустилась на голову копу. Тот свалился как бык на бойне.
Эдди, переведя дыхание, оглянулся. Крыша все больше оживала. Со стороны лестницы слышались возбужденные голоса. Эдди рванулся к слуховому окну и спрыгнул на чердак. Включив электрический фонарик, он быстро огляделся. Помещение, в котором он очутился, было полно старой мебели, ящиков и чемоданов. Дверь из него вела в неосвещенный мрачный коридор. Эдди осторожно прошел его и начал спускаться по лестнице. За стеной по-прежнему выли сирены, кричали и бегали люди. Опасаясь засады, он перегнулся через перила и почувствовал, как его прошибает холодный пот. Внизу стояли трое полицейских, собираясь подняться наверх. Ситуация становилась безвыходной. Эдди бросился к первой попавшейся двери. В комнате горел свет. Возле окна, наполовину высунувшись из него, стояла женщина. Эдди были видны только ее ноги и спина. Он машинально отметил, что у нее неплохая фигура. Закрыв дверь, он на цыпочках прошел по комнате и остановился за спиной женщины. Она почувствовала, что в комнате кто-то есть, и обернулась.
