бравадой.
- Тебе ровным счётом ничего, а вот твои люди в живых останутся. Передай всем своим чтобы даже не прикасались к оружию.
- В живых? На скотской ферме? Разве это жизнь? Внешникам опять понадобилось хорошо прокачанное «мясо»? – Кастет тянул время хотя понимал, что выхода у него никакого нет.
- Зачем? Мы их к себе возьмём. А тебя ты извини действительно на «мясо». Просто ты настолько тупой что ни на что больше не годен.
- Кто вы? – Кастет непонятно на что надеясь тянул время.
- Я же говорю, что ты тупой. Налево посмотри. – Кастет глянул влево и непроизвольно выругался.
Между развалинами зданий машинотракторной станции стояли искусно замаскированные маскировочными сетями два транспорта внешников из стаба «Сосновый». Рядом с ними приткнулись два джипа его передового дозора. Ещё шесть внедорожников и три броневика вооружённых автоматическими пушками и противотанковыми ракетными комплексами вытянулись в неровную линию около различных зданий МТС. Сверху их видно не было и дежурный оператор квадрокоптера технику муров попросту прошляпил, а заодно сгубил свою жизнь и жизни всех, кто передвигался в этой колонне. В команде Кастета было два сенсора, но они оба ехали в джипах передового дозора и видимо уже мертвы.
До муров было более километра, но это было хуже некуда – автоматические орудия и противотанковые ракетные комплексы, стоящие в боевых модулях на таком расстоянии эффективнее всего. Справа от дороги раскинулось кочковатое поле, а за ним высился смешанный лес, но до первых деревьев было не меньше четырёх километров. Дёргаться оставшимся в живых бессмысленно – расстреляют как в тире.
- Давай Кастет. Не тяни кота за яйца. Пожалей своих людей. За каким им с тобой умирать?
- Дай мне подумать. – процедил сквозь зубы Кастет.
- Двадцати минут тебе хватит? А мы пока твои рефрижераторы приберём. Мы, знаешь ли, соскучились по копчёному мясу и колбасе. Ты же всё себе хапаешь и ни с кем не делишься, а бог Улья велел делиться, иначе гармония нарушается. – Мур заткнулся, а Кастет разговор продолжать не стал. Всё было ясно и так.
Двадцать минут — это очень много если делаешь обыденные вещи и крайне мало когда это последние минуты твоей жизни. Сдаваться живым мурам Кастет не собирался, но и сидеть внутри бронированного внедорожника смысла уже не видел, поэтому он откинул верхний люк и по пояс высунулся из него. Потом глядя на далёкий лес не торопясь, закурил чего не позволял себе уже более трёх лет, хотя пачку крайне редких и дорогих в других мирах сигарилл таскал с собой постоянно.
Время текло как песок сквозь пальцы и пора было заканчивать этот цирк. Кастет выбросил очередной окурок и повернулся в сторону развалин МТС. Вот для муров Квазимодо будет облом из обломов, когда он сам себе мозги вышибет. Впрочем, и для самого Квазимодо тоже – вон он стоит у правого транспорта наслаждается своим триумфом.
Один из даров Кастета назывался «острое зрение», и он на расстоянии в километр спокойно мог читать газету, а сейчас прекрасно видел всех, кто стоял у машин и броневиков. Рядом с левым транспортом внешников действительно стоял глава стаба «Сосновый» кваз Квазимодо, а около него пристроились два рейдера из передового дозора – сенсор Зоркий и клокстоппер Шило. Кастет пару раз встречался с Квазимодо в «Колизее» и ошибиться начальник службы безопасности «Минутки» не мог.
Кстати, Шило и Зоркий тоже пришли из «Колизея», а найм их стоил Кастету и Тихому очень немало. Сука! Подсунул всё-таки Квазимодо ему своих людей. Но каким образом так точно Квазимодо устроил на него засаду с таким большим количеством техники? Ведь Кастет выехал из стаба неожиданно для всех. Впрочем, это уже неважно. Сам обгадился, самому и отвечать. В данном случае в последний раз.
Сигарилла догорела. Кастету стреляться не хотелось, но под нож карманного хирурга Квазимодо ему не хотелось ещё больше. В это время его телохранитель Кирпич дёрнул Кастета за ноги и стащил начальника службы безопасности «Минутки» вниз.
«Неужели решили меня сдать?» мелькнула подленькая мыслишка, но Кирпич сунул ему в руку гарнитуру его рации, которую Кастет оставил, когда полез наверх – не хотелось в последние мгновения жизни слушать подколки муров, но оказалось, что это была вторая рация, настроенная на резервную частоту. Эту частоту всегда прослушивал его штатный радист и второй телохранитель по имени Сало.
- Кастет. Ты по нам не соскучился? Вас прямо нельзя одних оставить – вечно в какое-то говно вляпываетесь. Это у нас там никак Квазимодо? Да это прямо праздник какой-то. – только сейчас Кастет услышал отдалённый, но нарастающий с каждой секундой гул и почти сразу же в том месте, где стояли транспорты внешников один за другим с интервалом в несколько секунд раздались четыре мощных взрыва, а потом взрывы слились в целую очередь … взрывов неуправляемых авиационных снарядов, а рация не унималась.
- Кастет! Ты только мои птички не посшибай. Я знаю, что у тебя есть из чего. Поломаешь мои «вертушки» я тебе задницу надеру. Тем более что поводов и, помимо этого, вагон и маленькая тележка, но за подгон тушки Квазимодо ты заочно прощён. Сиди не дёргайся. Мы сами всё сделаем. – только сейчас до Кастета дошло что разговаривает с ним Боцман из отряда Лучника, а вот сбить невесть откуда взявшиеся вертолёты не смог бы, наверное, и суперпрофессионал. Стреляли пилоты вертолётов из-за леса, не приближаясь близко к колонне Кастета, а до муров им было ещё дальше, но эффективность их огня была очень высокой.
Транспорты и броневики Квазимодо превратились в чадно горевшие костры, а все, кто стоял рядом с ними в бездыханные трупы. Внедорожники раскидало взрывами как кегли. Какие-то из них перевернулись, какие-то раздолбало взрывами на запчасти. Потом справа в поле вдруг вспух фонтан взрыва и в разные стороны полетели куски человеческих тел. Видимо там сидела одна из засадных групп Квазимодо и их засёк сенсор, но чем муров с такой эффективностью отоварили и главное кто это сделал Кастет так и не понял. Ведь пилоты вертолётов стреляли совершенно в другом направлении.
Внезапно вертолёты перестали стрелять, но за транспортами где-то среди зданий машинотракторной станции один за другим с интервалом в пятнадцать-двадцать секунд раздались шесть очередных мощных взрыва и Кастету показалось что перед этими взрывами в воздухе промелькнули какие-то предметы. Наверное, это всё-таки был обман зрения, а вот подскочившие к колонне грузовиков стаба боевые машины десанта были материальнее
