Читаем без скачивания ПСС. т.9 Неуловимая Фламини - Картер Браун

— А как вы думаете, почему Анна вдруг решила нарушить вашу договоренность?

— Ей-богу не знаю. — Темные глаза Дафны стали задумчивыми. — Я была абсолютно уверена, что она смирилась и готова идти до конца. Так было до тех пор, пока мы не добрались до мотеля. Однако в первый же вечер Анна отправила меня в кино — сказала, что хочет немного побыть одна. Ей, дескать, нужно сделать кое-какие звонки. А когда я вернулась, объявила, что передумала и никуда не поедет. Она уже успела заказать мне в мотеле отдельный номер и хотела, чтобы я немедленно перебралась в него. Пообещала, что, как только ей удастся благополучно ускользнуть от погони, она тут же даст мне знать. Почему она передумала, я не знаю.

Анна никогда ничего не объясняет. Я засыпала ее вопросами, но она не ответила ни на один. Все произошло очень быстро — не прошло и десяти минут, как я зарегистрировалась и оказалась в своем номере. Вы только подумайте — Анна даже не поленилась упаковать мои вещи!

— Вы уверены, что слышали именно ее голос по телефону? Что это она позвонила, чтобы сказать, что скрывается в коттедже?

— Знаете, сейчас я уже ни в чем не уверена! — растерянно сказала Дафна.

— Да, мне знакомо это чувство, — кивнул я. — Но что заставило вас явиться ко мне?

Мне показалось, что девушка что-то уж слишком долго медлит, прежде чем ответить на этот, в сущности, простой вопрос. После всего, что случилось, мне очень хотелось докопаться до правды.

— Может, все же решитесь назвать меня по имени? — дружелюбно сказал я.

— Почему бы и нет? — Дафна с усилием улыбнулась. — Но с этим отвратительным мистером О’Нилом я на это не пойду никогда!

— У меня есть предчувствие, что мы с вами, Дафна, никогда не станем близкими друзьями, — сказал я тихо. — Но ведь это же не причина, чтобы не доставить друг другу маленькую радость прямо сейчас.

Ее черные как ночь глаза не отрывались от моего лица, только взгляд этот был безрадостным.

— Возможно, вы и правы, — наконец выдавила она.

Обитые кожей двери внезапно распахнулись, и мы увидели застывшего на пороге О’Нила.

— Мистер Барнаби хочет видеть вас немедленно! — объявил он подавленно.

Мы последовали за ним в просторную восьмиугольную комнату, и у меня мгновенно закружилась голова: из окон во всю стену с высоты открывалась поразительная панорама — ведь дом находился на самой вершине горы. Спиной к нам стоял какой-то человек, и мы не могли видеть его лица. Он пристально вглядывался во что-то внизу. Наконец человек медленно обернулся. Это был небольшого роста, худощавый субъект с бронзовым от загара лицом и гладко выбритой головой. На вид ему было около пятидесяти. И, судя по выражению пронзительных серых глаз, спрятанных за мохнатыми бровями, этому человеку было самое место здесь, в Иглс-Рок[4].

— Мисс Вудроу и мистер Холман, — тем же приглушенным голосом представил нас О’Нил.

Заложив руки за спину и покачиваясь на каблуках, худощавый субъект внимательно изучал нас своими глубоко посаженными хищными глазами.

— Похоже, у нас с вами одни и те же проблемы, господа, — наконец проговорил он приятным высоким голосом. — Так где же сейчас наша неуловимая Анна Фламини?

— Лично мне это неизвестно, — холодно заявила Дафна. — И я уверена, что ей пока лучше отсутствовать.

Он снисходительно улыбнулся.

— Скажите, милая леди, вам не приходило в голову, что на свете есть люди гораздо хуже меня и именно в их руки она могла попасть? Причем вы бы об этом даже не узнали? Вот так-то, дорогая мисс Вудроу. — Не дожидаясь ответа, он продолжал: — О’Нил ознакомил меня с вашим, мистер Холман, предположением, что в это дело вмешался кто-то третий. Вы имели в виду какое-то определенное лицо?

— Нет, — честно признался я. — И если говорить откровенно, мне кажется, что вы или Винс Манатти гораздо быстрее смогли бы вычислить его.

— Не представляю. — Он покачал головой. — Лучше спросите Манатти.

— Хорошо, — пожал я плечами. — Я так и сделаю.

— До свидания, мистер Холман. — Он повернулся к нам спиной и неторопливо направился к окну, из которого любовался прекрасной панорамой.

— Прощайте, мистер Барнаби, — ответил я.

— Ну и манеры у вас, мистер Барнаби! — вдруг взорвалась Дафна. — Могли бы и со мной попрощаться!

— Я могу вам объяснить это, мисс Вудроу, — негромко сказал Барнаби, не оборачиваясь. — К чему мне прощаться с вами; если вы никуда не уходите? Вы останетесь здесь, со мной. В качестве гостьи, разумеется.

— Рик? — Она повернулась ко мне, и я увидел широко раскрытые, молящие о помощи глаза.

— Ничего страшного с вами не случится, дорогая мисс Вудроу, — терпеливо сказал Барнаби. — Вспомните-ка старую пословицу о синице в руках! Я не исключаю, что вы по-прежнему работаете на мисс Фламини и поэтому намеренно водите всех нас за нос. Не хочу быть глупцом и позволить вам так просто ускользнуть из моих рук, чтобы вы тут же побежали с докладом прямехонько к самой мисс Фламини. Так что пока суд да дело, вы побудете в моем доме.

— Я немедленно покину ваш дом вместе с мистером Холманом, — решительно заявила Дафна.

— Послушайте, моя дорогая, даже Форт-Нокс — ничто по сравнению с моим домом, — горделиво заявил Барнаби. — О’Нил проводит вас в апартаменты для гостей, а потом договорится, чтобы вам прислуживала отдельная горничная.

Дафна вновь кинулась ко мне.

— Рик?

— Очень сожалею, Дафна, — ответил я, отводя глаза. — Но если мистер Барнаби настаивает, что я могу поделать?

— Подонок! — горько прошептала девушка. — Трусливый, гнусный подонок!

— Пожалуйста, сюда, мисс Вудроу. — О’Нил предупредительно распахнул перед ней дверь, и я заметил слабую усмешку на его лице.

Когда двери за ними закрылись, Барнаби отошел от окна, в которое не отрываясь смотрел все это время, и холодно взглянул на меня.

— Разве мы не простились с вами, мистер Холман?

— Не мы, — подчеркнул я, — только вы. Я хотел сказать, что у меня появилась новая идея. Существует еще одно объяснение исчезновения Анны — в этом случае вмешательство кого-то третьего отпадает. Может же такое случиться, что вы добрались до этой самой Фламини. И теперь у вас нет необходимости соблюдать свою часть сделки с Манатти?

Он осторожно погладил чисто выбритую щеку.

— Я всегда был уверен, что моя репутация говорит сама за себя, мистер Холман.

— Знаете, — перебил я его, — пока что я не услышал ничего, что опровергло бы мою теорию.

Его губы скривились.

— Вы играете с огнем, мистер Холман, оскорбляя меня в моем собственном доме!

— Если в этом похищении замешан кто-то еще, — невозмутимо продолжил я, — то не исключена возможность, что его знает только сама Анна Фламини. Допускаю, что у него нет никаких дел ни с вами, ни с Манатти.

— Не совсем понимаю вас, — пробормотал Барнаби.

— Может быть, тут замешан ее любовник, так сказать, «мужчина ее жизни», — предположил я. — Человек, которого мы еще не знаем, решивший избавить ее от уготованной ей участи.

— Интересная мысль, мистер Холман, — усмехнулся он. — А вы сами-то верите в историю о преданном до гроба юном Лохинваре, прискакавшем на белом коне, чтобы вырвать из рук злодея печальную красавицу? По-моему, в наши дни такие истории не случаются, как думаете? Это ведь своего рода анахронизм, вы не находите?

— Такой же анахронизм, как история о миллионере, желающем любой ценой добыть женщину своей мечты, — заявил я. — Уверен, однако, что вы не считаете себя анахронизмом.

— Не испытывайте моего терпения, Холман, — прорычал он. — Я согласен с некоторой натяжкой, что в вашей теории что-то есть. Но не больше. А пока что вся эта история становится уже несколько утомительной. И передайте Манатти, что, если он не отыщет Анну Фламини в течение сорока восьми часов, наша сделка автоматически аннулируется.

Он снова повернулся ко мне спиной и с сердитым видом уставился в окно. Сообразив, что разговор окончен, я направился к выходу.

У лифта меня ожидал Лонни с выражением откровенной скуки на лице.

— О’Нил велел мне отвезти вас обратно к коттеджу, там вы пересядете в свою машину, — объявил он. — Досадно, конечно, но тут командует он.

Минут через сорок охранник О’Нила высадил меня у дверей коттеджа. За время пути мы обменялись с ним лишь парой слов. Из этого я сделал вывод, что Лонни либо тупая недоразвитая скотина, либо ему приказали помалкивать. В любом случае, мне было на это наплевать. Я выбрался из машины и подошел к нему.

— Спасибо, что подбросил, — поблагодарил я парня.

— Погоди, мы еще не расстаемся. — Он смущенно улыбнулся, и тут я увидел направленное на м’еня дуло револьвера. — Почему бы нам не пройти в дом, Холман?

— Что за шутки, дьявол меня побери?!