Его перебил донесшийся откуда-то из-за двери глухой удар, сопровождаемый звоном битого стекла.
– А, сука! Ментяра, падло! – истерически завопив, парни выхватили из-под одежды пистолеты.
Однако их опередили два оглушительных хлопка «макарова». Роняя из рук оружие, парни безвольными манекенами покатились вниз по ступенькам. Не теряя времени, Стас спрыгнул на площадку и, проверив карманы охранников, у одного из них нашел связку ключей. Подобрать ключи к замкам не составило труда, и несколько секунд спустя Крячко, пролетев прихожую, оказался в гостиной. Его взгляд схватил Гурова, недвижимо стоящего перед раскрытой дверью в другую комнату. Лицо Льва посерело и исказилось гримасой крайнего напряжения душевных сил.
Теперь Стас и сам вдруг почувствовал, что атмосфера комнаты насыщена чем-то беспредельно угрожающим, как бы потусторонним. У него появилось ощущение того, что сию же минуту под ногами образуется пустота и он рухнет в самую жуткую и кошмарную бездну. У него перехватило дыхание, по телу забегали холодные мурашки. Он понимал, что обязан немедленно заглянуть в ту комнату и сделать все возможное, чтобы это леденящее душу безумие немедленно прекратилось. Но не было сил заставить себя сделать в ту сторону хотя бы шаг.
Ему на мгновение вспомнилось, как когда-то в далеком детстве он с компанией своих пятилетних сверстников, играя на старом кладбище, наткнулся на склеп, вскрытый бродягами, судя по всему, надеявшимися найти в нем золотые украшения. Напуганные дети, подталкивая друг друга, так и не решились подойти и заглянуть в мрачный, разверстый зев склепа, о котором по деревне ходили самые страшные слухи. Но сейчас в любое мгновение мог погибнуть его друг. Зажмурясь и стиснув зубы, Стас торпедой ринулся вперед, сбив Гурова на пол.
Тот, сделав тяжелый вздох, издал мучительный стон и, непослушной рукой достав из кармана «штайр», не глядя, несколько раз подряд выстрелил в глубь страшной комнаты. Раздался звон битого стекла, что-то зажужжало электросваркой и громко хлопнуло... Ужас тяжким, косматым зверем, навалившийся на обоих оперов, тут же бесследно растаял. Чувствуя себя совершенно разбитым, ощущая нестерпимую головную боль, Стас с трудом поднялся на ноги. Держась за виски, поднялся на ноги и Гуров. Его зрачки все еще были расширены, то ли от пережитого ужаса, то ли от такой же головной боли. Утерев с лица струящийся холодный пот, Лев снова вскинул руку и выстрелил еще раз, после чего пистолет сухо клацнул бойком – в обойме кончились патроны.
– Стас, стреляй по тем двум компьютерам... немедленно! – прерывающимся голосом крикнул он.
Крячко, уже несколько пришедший в себя, выхватил «макаров» и, подскочив к входу в страшную комнату, опорожнил остаток обоймы в системные блоки и мониторы, на экранах которых мелькали какие-то графики и диаграммы. В комнате запахло горелой изоляцией. Перед компьютером, распластавшись на столе, лежал нескладный, сухощавый человек с ежиком седоватых волос на голове и желтой проплешиной на затылке. Несостоявшийся «бог» виртуального зла был мертв.
– Скорпион, ужаливший сам себя... – лаконично прокомментировал Гуров, подойдя к нему и проверив пульс на шее.
Он поднял и перевернул «гуру» лицом вверх. Взглянув на мертвеца, Стас с отвращением плюнул.
– Ну и рожа! – лаконично оценил он. – Настоящий Вий!
И в самом деле, желчное, преждевременно сморщившееся и обрюзгшее лицо «бога», и без того малопривлекательное, было искажено столь явным ужасом и одновременно запредельной злобой, что Гуров, не выдержав, накрыл его валявшимся на полу пиджаком. В этот момент со стороны прихожей донесся хлопок, что-то громко загудело и затрещало.
– Лева, – выглянув в гостиную, крикнул Стас, – горит прихожая! Надо срочно смываться, иначе как бы не загорелось и здесь!
Словно в ответ на его слова, в разных углах квартиры вспучились шипящие клубки пламени, быстро охватывая пол, стены и потолок.
– Быстро на лоджию, иначе заживо сгорим!
Опера, из последних сил цепляясь ослабевшими руками за фал, с неимоверным трудом взобрались на крышу. Подняв за собой конец с крюком, Гуров с размаху ударил им в раму соседней лоджии. Соскользнув с ее деревянного переплета, крюк высадил стекло. Почти тут же послышалась брань, и рослый мужчина в тельняшке выглянул из лоджии, видимо, думая, что это кто-то бросил камнем снизу.
– Эй, слышишь меня? – задыхаясь от усталости, окликнул его Гуров. – Срочно вызывай пожарных и спасай вещи – у соседа горит квартира!
Тот, увидев дым и прокомментировав это соленым морским словечком, спешно исчез в глубине квартиры. Когда Лев и Станислав спускались вниз по пожарной лестнице, вдали послышался рев пожарных сирен.
...Неделю спустя поправившиеся от крайнего нервного истощения, причину которого медицинские светила санатория, где подлечились опера, так и не смогли определить, Гуров и Крячко сидели в кабинете своего приятеля и начальника генерал-лейтенанта Орлова. Тот, по такому случаю достав из своего сейфа бутылку хорошего коньяку, торжественно объявил:
– Рад и горжусь тем, что возглавляю ведомство, в котором служат такие замечательные мужики и лучшие на свете опера. За вас, друзья!
Когда рюмки опорожнились, Петр добавил:
– Буду ходатайствовать о награждении вас «Орденом мужества». То, что вы предотвратили, заслуживает и более высокой награды. Вчера смотрел новости и на тот случай, если вы их не видели, записал для вас на видео.
Он заправил в видеоблок телевизора кассету. На экране появилось изображение диктора, сообщающего последние новости. Быстро перемотав ленту, Петр нажал на кнопку пульта.
– Вот с этого места послушайте... – кивнул он в сторону экрана.
– ...Теперь новость, претендующая на роль сенсации, которая к нам поступила менее минуты назад. Безусловно, данная информация нуждается в серьезной проверке, но, как стало известно от американских военных, в последних числах октября наша планета вновь оказалась на грани ядерного апокалипсиса. По неизвестным пока причинам, спутники американской противоракетной обороны вдруг передали на землю сигнал о том, что на территории России произведен массовый пуск ракет стратегического назначения. Американское военное ведомство немедленно отдало приказ об отражении возможной ядерной атаки на территорию США и срочной подготовке к контратаке всех стратегических ядерных сил, в том числе морского и воздушного базирования. Но всего несколько минут спустя обнаружилось, что никаких ракет, летящих в сторону Америки, нет и в помине. Произошел непонятный сбой в работе электроники. Ученые бьют тревогу: человечество стало заложником бездушных машин, ошибка которых может всем нам обойтись слишком дорого...
Неожиданно издал заливистую трель телефон на столе Орлова. Петр поднял трубку и, выслушав говорившего, сердито возразил:
– Да они только-только оклемались! Неделю были на лечении. Ну и что? А-а-а... САМ... Гм-гм... Ладно, попробую, – он положил трубку и, задушевно глядя на приятелей, извиняющимся тоном выдохнул: – Тут вот такое дело, мужики...
