Вид останков Ларджента мелькнул перед глазами, и я поморщилась.
— Что представляет собой сыворотка «Прометей»?
Он скептически посмотрел на меня.
— Ты же знаешь, кем в греческой мифологии был Прометей[12].
Не могу поверить, что ты до сих пор не догадалась.
Ну и дела, он выставил меня полной идиоткой.
Арчер рассмеялся.
Я сердито уставилась на него.
— Прочитал мои мысли, да?
— Извини.
Он совсем не выглядел раскаявшимся.
— Ты сама это сказала. Прометею приписывают создание человечества. Подумай об этом. Что делает «Дедал»?
— Пытается создать идеальный вид, но мне это ничего не говорит.
Он покачал головой, потянувшись и постучав пальцем по моей руке выше локтя.
— Когда ты только мутировала, тебе ввели сыворотку. Это была первая версия сыворотки, которую создали в «Дедале», но они захотели нечто более совершенное и эффективное. «Прометей» — это то, что тестируется сейчас, и не только на людях, исцеленных Лаксенами.
— Я… — Сперва я не поняла, а потом вспомнила о тех пакетах в комнате, где больные пациенты получали препараты, созданные в «Дедале». — Они дают его больным людям, да?
Он кивнул.
— Значит, «Прометей» и есть «ЛГ-11»?
Когда он снова кивнул, я с трудом удержалась, чтобы не засыпать Арчера вопросами, продемонстрировав излишнее любопытство.
— Почему ты рассказываешь мне об этом?
Повернувшись к панели, Арчер снова запустил лифт. Бросив на меня долгий взгляд, он просто сказал:
— У нас есть общий друг, Кэти.
Глава 17
Кэти
Я с трудом дождалась, пока вернется Дэймон. Мы не злоупотребляли уединением в ванной, особенно зная теперь, чего от нас хотят. Кажется, прошла вечность, прежде чем я почувствовала знакомое покалывание, пробежавшее по моей шее. Выдержав пару минут, я бросилась в ванную и тихо постучала в дверь его камеры.
Он мгновенно оказался там.
— Скучала?
— Перейди в свою форму.
Я нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.
— Давай же скорее.
Он удивленно посмотрел на меня, но спустя секунду уже был похож на светящуюся комету.
Что случилось?
Я торопливо рассказала ему о жутком ребенке в коридоре, о том, что поведал о них Арчер и чем на самом деле являлся «Прометей», и о том, что Арчер признался, будто у нас есть общий друг.
Я не верю ничему из этого, но, с другой стороны, Арчер никому не говорил о том, что сумел узнать от меня или от тебя. Но если говорил, то по каким-то причинам неприятностей у нас пока не было.
Свет Дэймона запульсировал.
М-да, это становится все более странным.
Я и сама знаю.
Я облокотилась о раковину.
Если они решат подвергнуть воздействию сыворотки кого-то еще…
Я содрогнулась.
Может, на этот раз они просто подождут, пока этот человек мутирует сам.
Либо так, либо им выставят очень большой счет за уборку.
Ох. На самом деле…
Он поднял светящуюся руку. Теплые пальцы погладили мою щеку.
Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть.
Мне жаль, что тебе пришлось участвовать в этом.
Я сделала глубокий вдох.
Ты же знаешь, что случившееся с Ларджентом не твоя вина, правда?
Да. Знаю. Поверь мне, Котенок. Я не собираюсь брать на себя вину за то, в чем я не виноват.
Его вздох прошел сквозь меня.
А что касается Арчера…
Еще несколько минут мы обсуждали Арчера. Мы оба согласились с тем, что существовал большой шанс, что именно он и был одним из контактов Люка, но что-то не сходилось. У Арчера самого был доступ к «ЛГ-11», и он мог достать его для Люка без нашей помощи. Мы не могли доверять ему, и мы не собирались снова совершать ошибку, доверившись кому-то.
Но у меня была идея. Которой заинтересовался и Дэймон. Как только мы получим в руки «ЛГ-11», у нас будет один шанс сбежать, но только один. И если сравнение Истоков с хищниками не было преувеличением, они могли стать отвлекающим маневром, и мы получили бы драгоценное время для побега.
Хотя что бы мы ни придумали, риск был очень велик — 99 % шансов на провал. Но мы с Дэймоном оба чувствовали себя увереннее, больше полагаясь друг на друга, чем даже на Люка и, возможно, на Арчера. Нас уже столько раз пытались разъединить и уничтожить.
Дэймон принял свою человеческую форму и быстро поцеловал меня, после чего мы разошлись по своим комнатам. Это всегда было самым трудным — заставить себя отправиться каждый в свою кровать. Но мы абсолютно не хотели рисковать, так чтобы нас поймали в тот момент, когда мы были бы… друг в друге. Каждый раз, когда мы были вместе, казалось, что именно это сейчас и произойдет. К тому же мы не до конца верили, что они позволили бы нам находиться в комнатах друг друга — все воспринималось как тест.
Я направилась обратно к своей постели. Забравшись в нее, я подтянула колени к груди и положила на них подбородок. Эти тихие моменты бездействия были хуже всего. В мгновение ока все то, о чем я не хотела думать, заполнило голову, выталкивая действительно нужные мысли, на которых мне надо было бы сконцентрироваться.
Я действительно хотела, чтобы Дэймон увидел, что я могу сконцентрироваться и со всем справлюсь. Я не хотела, чтобы он волновался обо мне.
Закрыв глаза, я уткнулась головой в колени. И постаралась найти утешение в самом банальном из существующих: «даже в конце самого темного туннеля всегда будет свет», дополнив это еще одним изречением: «нет худа без добра».
Вот только долго ли я смогу утешаться этим.
Дэймон
Как ни странно, но команда «Дедала» на этот раз действительно подождала, пока мутация установится. Очередной новобранец был просто безумный. Вместо того чтобы направить нож в живот, он нанес себе удар в грудь, прямо под сердцем. Зрелище было еще то. И Кэт снова пришлось наблюдать это. У меня получилось исцелить этого идиота, что можно было бы расценить как успех. Вот только подобраться поближе к «ЛГ-11» я так и не смог. Чертовски обидно, потому что сыворотка была в шприце.
Мы с Кэт особо на помощь Люка не надеялись, но если нам все же удастся раздобыть сыворотку и вычислить того, будь то Арчер или нет, кто мог бы помочь нам, я собирался воспользоваться этим шансом. План Кэт подразумевал выпустить детей, и это пока оставалось лучшей идеей, но техническая сторона того, как мы это могли сделать, оставалась неясной. Не говоря уже о том, что мы понятия не имели о том, во что ввязываемся. К тому же в здании помимо сотрудников «Дедала» находились и невинные люди.
За те три дня, пока мы ждали, когда второй «подопытный кролик» продемонстрирует признаки изменения, меня попросили исцелить еще троих солдат и одно гражданское лицо — это была женщина, которая выглядела слишком нервной для человека, который соглашается на это добровольно, без принуждения. Она не наносила себе ран, ей просто ввели смертельную дозу какого-то препарата.
