Читаем без скачивания Перекрестки - Уильям Янг

— Я вижу также произведения Орсона Скотта Карда,[41] книжку Эммы Донохью,[42] которую давно хочу прочитать, и… Джоди Пиколт?[43] Ты и ее читаешь?

— В общем, нет. Эту книжку кто-то оставил в самолете, а я подобрал.

— Ого! Я смотрю, у тебя и классики много. Ее я люблю, как и Льюиса, Уильямса, Паркера и Макдональда, и детективы — для развлечения.

— Большинство этих старых книг я не читал, по крайней мере в последнее время, — признался Тони. — Я покупаю их время от времени в книжной лавке Пауэлла не столько потому, что мне хочется их прочитать, сколько для составления приличной библиотеки. Ты знаешь, кстати, что у Пауэлла есть удивительный зал настоящих раритетов?

— Эй, вы, парочка! — окликнул их Кларенс. — Давайте поскорее сделаем что надо и выберемся отсюда, а то жутковато. Прости, Тони, не хотел тебя обидеть.

Тони не обиделся и провел их в угол, противоположный тому, где был письменный стол. Там в полу был устроен сейф с обычной поворачивающейся ручкой. Крутя ручку по часовой стрелке и обратно, Мэгги набирала код: 9, 18, 10, 4 и 12. Со второй попытки ей удалось включить гидравлическое устройство, которое открыло сейф. Внутри находились стопки бумаг, пачки денег и разномастные коробки с разнообразным содержимым.

Мэгги достала из кармана пальто черный мешок для мусора.

— Что я должна отсюда взять? — спросила она. — Деньги?

— Увы, нет, — рассмеялся Тони. — Они пересчитаны, серийные номера зарегистрированы. Еще одна мера против ограбления.

— Да, ты и впрямь параноик. Но это впечатляет. Придумано здорово.

— Спасибо за комплимент. Кстати, может быть, Кларенсу лучше не наблюдать за тем, что ты делаешь? В случае чего он сможет правдиво откреститься от участия. И скажи ему, чтобы не открывал водопроводные краны в ванной или на кухне, — счетчик это зарегистрирует.

Мэгги послушно передала указания Кларенсу, и тот продолжил осмотр помещения.

— Итак, Мэгги, видишь большую пачку документов справа? Да, вот эту. Возьми сколько сможешь, только не перепутай порядок, в котором они сложены. Я должен найти один документ.

Мэгги достала пачку, положила ее на пол перед собой и прочла то, что было написано на верхнем листе:

— «Последняя воля и завещание». Это про котов?

— Да, дурацкая бумага, как я уже говорил. Сунь ее в свой мешок. — Тони вздохнул с облегчением, и неприятное ощущение под ложечкой исчезло. — Теперь возьми десяток скрепленных друг с другом листов, которые лежат сверху, и положи их на пол справа от себя.

— Опять «Последняя воля»! — прочла Мэгги. — Это столько завещаний?

— Да, вынужден признаться. У меня был довольно непостоянный характер. Перемены настроения и прочее.

— Хорошо, что я не знала тебя в то время, — пробурчала Мэгги. — Мы вряд ли подружились бы.

— Да, как это ни грустно. Должен сказать, что это была бы большая потеря для меня, Мэгги.

Мэгги растерянно помолчала, затем мягко спросила:

— Так что именно я ищу?

— Тебе не надо ничего искать. Просто переворачивай страницы, а я скажу, когда остановиться.

Они перелистали еще с дюжину завещаний, которые Мэгги складывала в пачку справа от себя.

— Стоп! — воскликнул Тони. Было похоже, что он нашел нужную бумагу. — Мэгги, теперь не читай, пожалуйста, смотри куда-нибудь в сторону, я прочту это сам.

— Вот так? — Мэгги боролась с искушением взглянуть на документ. — Тони, у меня есть особый ген любопытства, — простонала она. — Не мучай меня, пожалуйста.

— Ну, можешь взять фотографию, что лежит в сейфе слева, и рассматривать ее, пока я читаю. Может, так тебе будет легче.

Она взяла старую фотографию, покрытую защитной пленкой, и удивленно воскликнула:

— Тони, я уже видела этот снимок.

— Где ты могла его видеть? — недоуменно воскликнул он. — Это невозможно.

— Джейк показывал мне такую же фотографию пару дней назад, — объяснила Мэгги. — Только у него она была вся измятая и покоробленная. Тут вы с Джейком сняты вместе с родителями, верно?

— Ну да. — Тони был поражен, что у Джейка сохранилась копия фотографии.

— Джейк сказал, что это единственная фотография родителей, какая у него есть. Он держал ее в ботинке, чтобы не украли. Говорит, что это один из последних счастливых дней, проведенных с родными… Прости, Тони, я не хотела…

Проглотив наконец комок в горле, он тихо произнес:

— Все в порядке, Мэгги. Похоже, в этом мире осталось еще много сюрпризов. — Тут ему пришла в голову мысль. — Мэгги, а Джейк случайно не говорил тебе, над чем мы все так смеемся на этом снимке? Я никак не могу вспомнить.

— Да как же! — Мэгги и сама засмеялась. — Говорил-говорил. Вы смеялись, потому что… — Она запнулась. — Знаешь, Тони, пусть Джейк сам тебе расскажет. Мне кажется, это будет что-то особенное для вас обоих.

— Мэгги! — взмолился Тони. — Не мучай ты меня теперь. Пожалуйста, скажи мне.

— Эй, вы там! Скоро кончите валять дурака? — раздался голос Кларенса из соседней комнаты. — Пора уже отсюда убираться.

— За дело, Тони! — прошептала Мэгги. — Что мне делать дальше?

— Слава Богу, я нашел документ, который искал; он заверен у нотариуса и так далее. Похоже, остатки здравого смысла у меня еще сохранялись. Положи этот лист на самый верх пачки и верни ее всю в сейф на то же место, где она была. Отлично. А пачку, что справа, сунь в мусорный мешок. Пусть Кларенс отдаст всю эту макулатуру своему приятелю, чтобы тот искрошил ее в пыль.

Выполнив все, о чем ее попросили, Мэгги хотела было закрыть сейф, но Тони остановил ее:

— Подожди! Я хочу достать еще пару вещей. Поищи в левом углу на верхней полке конверт, на котором написано: «Тем, кого это касается». Возьми его и… дай мне подумать. Да, там же слева, на нижней полке, есть еще одна стопка документов. Вот-вот. Где-то в этой стопке должно быть письмо к Анджеле.

— К Анджеле?

— Да. Иногда у меня бывали моменты просветления. Я писал ей то, чего не мог сказать лично: просил прощения и так далее. Но я никогда не отсылал такие письма. Это последнее. Если что-то пойдет не так, отдай это письмо ей. Обещаешь?

Мэгги, казалось, была в нерешительности.

— Да, конечно, я обещаю… Но, Тони, все будет хорошо, ты сможешь сам сказать ей все это.

— Надеюсь, — пробормотал он с сомнением.

— Ну так что? Вы закончили? — сердито воззвал к ним Кларенс.

Тони быстро принял решение:

— Нет! Есть еще одно дело. Мэгги, видишь эту маленькую синюю коробочку на самом дне слева? Возьми ее тоже, но, пожалуйста, не открывай. Это личное. Никто не знает, что она здесь, но все равно я не хочу ее здесь оставлять.

— Конечно, Тони, — согласилась Мэгги и положила обтянутую сукном коробочку вместе с двумя письмами в свою сумку. — Мы закончили, — объявила она Кларенсу и вручила ему мусорный мешок.

Кларенс кивнул в знак того, что знает, как действовать дальше, и помог Мэгги закрыть сейф.

— Насчет света не беспокойтесь, — сказал Тони. — Лампочки подключены к датчикам движения и погаснут автоматически.

Вышли тем же путем, каким заходили, следя, чтобы все оставалось как было.

В автомобиле Мэгги нарушила молчание:

— И что теперь, Тони?

— Теперь в больницу, — твердо ответил он. — Займемся лечением.

18

Развилка

Я увидел тебя на развилке,Где расходится путь прямой;Я тогда не спросил, как тебя зовут, —Я был занят самим собой.

Я не видел, как ты упала,Сам не знаю, куда смотрел,И хоть я умел говорить о любви,Но, увы, любить не умел.

Я не мыслил тебя оставлять одну,Но ничем тебе не помог;Я стоял и ждал, отводя глаза,И ни слова сказать не мог.

Я хотел перейти дорогу —У меня не хватило сил.Только сделал вид, что тебя там нет,И почти себя убедил.

Золотая цепь, что досталась мнеИ сковала сердце мое,Беспощадней всего разделяет нас —Я не смею сорвать ее.

Где тот голос, что отзовется,Кто захочет руку подать?Обрету ли новое зренье,Чтоб в себе тебя увидать?

Кто спасет меня на развилке,Кто укажет истинный путь?Как собрать разбитую вдребезги душу,Чтобы правде в глаза взглянуть?..

19

Божий дар

Прощение — это аромат,

который фиалка дарит тому, кто ее растоптал.

Тони, как никогда прежде, ощущал полноту жизни, но вместе с тем начинал уставать. После того как он в промежутках между бурной деятельностью отдыхал или спал, не запоминая снов, он просыпался с ощущением, что кто-то следит за его состоянием. Где бы он ни находился, он неизменно чувствовал себя в безопасности. Если и было какое-то объяснение подобному самочувствию, Тони не хотел его знать. Он смирился. Он устал. Он умирал. Но нужно было действовать.