Читаем без скачивания Игра теней - Николай Трой

Уже не слишком разбирая в темноте дорогу, я неожиданно вышел к городской стене. Остановился, озираясь. Вокруг пустырь, упирающийся в серый камень, торцы домов, кучи строительного хлама и мусора. Кажется, это я к западной стороне города вышел? Или крюк сделал? Что у нас мини-карта скажет?

Перед глазами вспыхнул тревожный огонек в виде красного восклицательного знака, вписанного в треугольник. Я застыл в недоумении. Такой эффект видел в первый раз. Появилась надпись:

Засада!

Что за?..

Всплывающее окошко пояснило, что это сработало впервые умение «Разведчик», позволяющее не только самому хорониться, но и видеть секреты.

Не дыша, я на носочках прошел в тень от дома, вжался спиной в стену, застыл. Заработала маскировка. Я обвел пустырь взглядом. Вроде бы никого…

Темнота в одном месте вдруг сделалась выпуклой, обрела человеческую фигуру, а когда я отвел взгляд, эффект пропал. Я быстро вернулся глазами обратно, опять заметил ставшую объемной тень. Очень она напоминала сжавшегося в тугую пружину человека.

Тщательно запомнив место, стал смотреть уже внимательней. И совсем не удивился, обнаружив еще пятерых. Все притаились у городской стены, метрах в пятидесяти от меня. Сидели таким образом, что перекрывали с двух сторон одну из улочек.

«Всего шесть человек, — подумал я. — Маловато для штурма города, но многовато для меня одного. Или, если они все еще не бросились в бой, они не меня поджидают?»

Словно в ответ на мои мысли послышались голоса. Я ушам не поверил, различив знакомые нотки в девичьем голоске.

Правда, теперь он стал немного царственным, высокомерным, что ли.

«Eretica!»

И точно. Через полминуты на другом конце пустыря показалась знакомая фигурка в нарядных одеждах. В руке магический посох, голову венчал серебряный обруч с голубым камнем. Рядом вышагивали два бодигарда.

«Надо же, какой важной стала, с охраной ходит».

Но я ошибся. Теперь она уже не просто магичка Eretica, а уважительно зовется миледи Eretica де Плерон.

«А нам с Лилит за это даже спасибо не сказала».

Додумать не дали.

Eretica уже прошла первую троицу затаившихся. Бодигарды ничего не заметили. Но едва они поравнялись со второй троицей, началась атака.

Беззвучно взвились арканы, Eretica, еще не осознав происходящего, сбилась с шага. Две петли натянулись вокруг ее туловища, пеленая руки, еще одна стиснула горло. Мощным рывком девчонку повалили, ее потащило к стене. Бодигарды растерянно заоборачивались, но оружием позвенеть им так и не дали. Тихонько звякнули тетивы, и незадачливые стражи новоявленной миледи оказались в мгновение ока истыканными короткими арбалетными болтами.

Все кончилось за несколько секунд. Мне оставалось только восхищаться слаженностью работы незнакомцев. Но вот чуток мстительной радости в душе меня удивил. Раньше за мной такого не водилось.

Впрочем, и бросаться на выручку я пока не спешил. Нужно повременить, выждать немного.

Миледи де Плерон оттащили в тень, к ней метнулись охотнички. Хрипящую магичку быстро разоружили, посох отправился в мусорную кучу, серебряный обруч — в суму одного из неизвестных.

Я присмотрелся. Теперь, когда нападающие вышли из засады, их маскировка перестала работать, и можно разглядеть подробности. Сосредоточив взгляд на ближайшем, я прочел:

Лаэдэйл [9].

Ведьма, Ночная Наездница.

Опа! Женский спецназ?

Шесть ведьм. Все «девятки», и какие-то ночные наездницы.

«Название, гм, пошловатое… Хотя где-то встречал раньше…»

Пока я раздумывал над тем, дальше что делать, ведьмы спеленали мычащую миледи де Плерон, зашептались. По итогам недлинного совещания одна резвой тенью вдруг метнулась по стене вертикально вверх.

«Взяли „языка“ и теперь уйти хотят? — догадался я. — А вот фигушки…»

Одной рукой я вытащил арбалет, другой потянул болт из колчана. Вложил в желоб, чуть слышно звякнула натянутая тетива. Я прицелился.

Одна из ведьм заметила меня в последний момент, развернулась, распахнула для крика рот… Но так и осела беззвучно, подламываясь в коленках. Из ее глазницы страшно торчал болт с зачарованным наконечником.

Вы обнаружены! Маскировка не активна!

Ну тем лучше.

Я быстро перезарядил арбалет, вышел из тени. Крикнул:

— Слышьте, киднеперы, пустите девчонку!

К чести ночных наездниц нужно сказать, что они не растерялись. Пугаться или вступать в переговоры не стали. Мгновенно бросились в контратаку.

Шестым чувством я уловил выстрелы, метнулся вбок. В отделанную глиной деревянную стену дома смачно ударились два арбалетных болта. Перекувырнувшись, я встал на одно колено, выстрелил, почти не целясь. Однако прокачанный до «Мастера» навык стрелка не подвел — от фигурки ночной наездницы красиво отлетели две сотни очков Здоровья.

Но больше пострелять мне не дали.

Ведьмы попытались взять меня в клещи, ловко метнули арканы. От двух я увернулся, зато третий обвил руку, стиснул запястье так, что едва не содрал кожу грубой веревкой. От сильного рывка я выронил арбалет, упал на живот.

«Заразы! Что я вам, теленок, на веревочке меня водить?!»

Злясь, я перекатился в сторону, развернулся, уперся пятками и вцепился в аркан двумя руками. Рывок, стравленную веревку обмотать вокруг туловища, упереться — опять рвануть. Из тени под городской стеной послышался женский стон, ведьма вылетела, как пробка из бутылки. Я злорадно протянул ее пару метров по пыли.

За спиной зашипело по-кошачьи. Я успел оглянуться и тут же отвернулся, пряча глаза и втягивая голову в плечи. Лопатки обожгло, мелькнули горящие зеленым светом глаза. Огромная рысь набросилась вновь.

Кровотечение!

Пришлось бросать ведьму на аркане и срочно переключаться на рысь…

А-а-ай! Нет, на двух рысей!

Я перекатился через голову, вскочил. Тут же развернулся лицом к оборотням, одним движением рванул клинки. Рысь прижалась к земле и сразу стремительно прыгнула. От такой скорости я рубанул двумя мечами одновременно, не целясь. Сталь ударилось в мягкое, в лицо плеснуло горячим, меня оглушил кошачий вой. Рысь, оставляя на примятой траве тускло блестевшие капли, покатилась. Выскочило окошко с сообщением о критическом повреждении.

— Ну что, киски, налетайте! — победно крикнул я.

Оборотни переглянулись, но предусмотрительно пошли в обход. Не отрывая от них взгляда, я попятился, совершенно выбросив из головы остальных двух ведьм. Вспомнил только тогда, когда в щиколотку впился арбалетный болт, противно хрустнуло. Я взвыл от боли.

Критическое повреждение!

Вы обездвижены!

Ноги сами по себе подломились, я опрокинулся. Один из оборотней на радостях рванулся добивать, но был встречен взмахом катаны. И, лишившись лапы, был вынужден отступить.

— Назад! — услышал я хриплый голос. — Добьем его стрелами!

Ну да, с обычными игроками так бы и поступили. Только не со мной.

Я ткнул взглядом в пиктограмму абилки, в ладони тут же очутилась бутылочка. Я ударом раздавил ее о нагрудную броню. Мою фигуру объяло синим мерцанием.

Травмы излечены!

То-то же!

Теперь вскинуть кулак, спустить с цепи заклинание «Покровы Тьмы». Ага! Сработало на всех четверых! То, что мне надо.

Я вскочил. В это время одна из ведьм скастовала защитную волшбу, пепельное облачко вокруг ее головы исчезло. Не давая ей опомниться, я подскочил, рубанул катаной сверху вниз. Ночная наездница, к моему удивлению, ловко приняла удар на лезвие короткого меча. Такая расторопность вызывала уважение. Впрочем, сейчас не время. Потому я сократил дистанцию, бросил вперед левую руку. Дополнительный клинок вошел между пряжками кожаного доспеха, пронизывая тело от правого бока до левого плеча. Ведьма всхлипнула, закатила глаза.

Враг повержен!

Ночная наездница осела, потянув следом мой клинок. Пришлось дернуть, он с противным хлипом высвободился. Оружие ведьмы мгновенно истаяло, как и наплечная сума. Значит, тоже не лыком шита, премиум.

Все это я заметил в одно мгновение. Потом из-за спины донеслось шевеление, дрожь натянутой тетивы. Затылком чуя, что времени оборачиваться уже нет, я бросился вбок. Рядом свистнуло, рвануло волосы, обдало тугой волной воздуха.

«Офигеть! — пронеслась лихорадочная мысль. — А ведь могли одним выстрелом прикончить, стрелки, блин, ворошиловские!»

«Покровы Тьмы»!

И вновь: три из трех. Мне сегодня определенно везло. Но я все-таки для пущего эффекта сунул один меч в ножны, пошарил в суме и швырнул к ногам оборотней гладкий шарик. В темноте ярко сверкнуло, с шипением пустырь заволокло едким дымом. Для остальных едким, но для меня он не вреднее воздуха. Да и видел я через дым так же хорошо, как после сумерек на ясной зорьке.