подхватить заразу от трупов.
Однако по возвращению к воротам, всю группу ждал сюрприз: у ворот собралось стихийное собрание из пары десятков людей разного возраста и пола, пытавшихся взять штурмом «Шишигу» — салон микроавтобуса уже был доверху забит мотками проводов, а с краю оставалось место лишь для генераторов. Бригада рабочих стояла чуть в сторонке, не зная, что им дальше делать. Двое коренастых охранников уже нацелили автоматы на пришедшую группу людей, чем дополнительно подлили масла в огонь.
Девятов осмотрел своим профессиональным взглядом возмутителей спокойствия и подошёл к толпе.
— Что тут происходит?
— Вы здесь старший, да? Мы поедем с вами, понятно?! У нас дети голодают! Воды горячей сколько не было! — затараторила одна из женщин — У меня трое деток, а они тоже кушать хотят! И вообще! Где гуманитарная помощь?
— В Караганде, знаешь, где это? — ледяным тоном осадил её Антон. — Здесь трофейщики, а не «Армия спасения»…
— А я говорю, что люди дороже! — вскипел один из мужиков с толстым животом. — Антонина дело говорит — выбрасывайте всё из микроавтобуса, и мы загружаемся…
— Мне пох… что говорит Антонина, — оборвал его разглагольствования Девятов и картинно оглядел ворота. — Что-то я не вижу вывески «Бюро добрых услуг», а потому идите-ка вы все своей дорогой. По-хорошему прошу.
— Что, сука, стрелять в безоружных будешь? — вскипел тот же мужик. — Мало вас в Москве подохло, так мы сейчас это исправим.
— А исправлялка выросла? — ехидно поинтересовался подошедший к месту свары Игорь. — Что-то когда банду Ширяя зачищали, ни одна «стерлядь» не вышла помогать, а теперь хотят вкусно есть и сладко спать.
— Да тварь ты безрогая! — вызверилась Антонина. — Я — многодетная мать и мне положено…
— На хрену наложено, — рявкнул Девятов. — Где твои народные избранники, что придумывали эти постановления? Ау-у-у… хрен кого слышу. И давайте сразу определимся — мы вам ничем не обязаны, как и вы нам. Сейчас другие законы действуют.
— А чем вы лучше Ширяя? — заорал снова тот же мужик.
— Чем? — переспросил Сомов. — Я еле свалил от него и могу сравнивать. Так вот хотя бы тем, что мы не насилуем, не убиваем от плохого настроения и не обращаемся с людьми как с рабами. Но терпению есть предел: достанете — не обижайтесь.
— И что ты мне сделаешь? — снова вскипел мужик. — Что? Мразь! Я сейчас у тебя пистолет-то заберу и начну вас сук, гасить!
— Ну, рискни здоровьем, — злобно ответил ему Сомов.
Игорь понимал, что Девятов пока не вмешивается, возможно, пытаясь устроить Игорю окончательную проверку. Мужик рванул к нему и оказался почти рядом, сходу пуская правый кулак в ход. Сомову удалось увернуться и в ответ зарядить в печень обидчику. Тот согнулся пополам, хватая ртом воздух. Чуть отдышавшись, мужик сунул руку в карман и через мгновение у него появился нож-«бабочка». Игорь не стал мешкать — чуть раньше он незаметно отстегнул запорный хлястик на кобуре и теперь достать «Макаров» было делом нескольких секунд. Увидев смотрящий на него пистолет, мужик дико взревел: «Не посмеешь, тварь!» и ринулся на Сомова, размахивая ножом. Скорее на инстинкте Игорь нажал спусковой крючок, и грянул выстрел. Толпа ахнула, когда здоровяк упал на колени и балансировал пару секунд в таком положении, а потом бухнулся ничком на асфальт. Бабы сразу завизжали, рванув в разные стороны от места убийства их сотоварища. Остальные мужики, до этого пришедшие к месту активности какой-то группы, но не принимавшие участия в словесном балагане, осторожно стали покидать злополучное место.
Сомов и сам испугался своего поступка. Так он и стоял, замерев и разом побелев. Девятов невозмутимо приблизился к нему, поводил рукой перед глазами и забрал пистолет.
— Отведите его ко мне в машину, пусть придёт в себя.
— Чё, новичок струхнул? — засмеялся один из бойцов.
— А у тебя как было первый раз? Не блевал? — парировал ему Девятов. — Вот и закрой рот. Давайте ворота на замок — тут ещё много чего нам полезного, и двигать отсюда. На сегодня хватит.
Всю обратную дорогу Сомов молчал, глядя ничего не замечающим взглядом вперёд. Девятов не стал приставать с душещипательными беседами, решив, что парню нужно «перегореть». Подъехав к блокпосту, сразу вызвал по рации медпункт и коротко обрисовал ситуацию с Игорем. У дома, где располагался Совет анклава, их уже встречали как Мочалов с Пасечниковым, так и Зинаида с переносным набором медикаментов.
— Чё с Сомовым? — поинтересовался Пасечников
— Завалил одного борзого пытавшегося права качать. Тот с «бабочкой» на него кинулся и пытался пистолет отобрать. Но Игорь с одного выстрела его завалил. А потом… ну ты понимаешь, что бывает после первого убитого?
— Ясно. Давайте кто-нибудь, отведите Сомова домой и еды ему принесите. Пусть и правда отойдёт.
Зинаида, к этому времени, уже осмотрев пациента и сунула ему под нос ватку с нашатырём. Сомов, наконец, возвратился в реальность, и она повела его в медпункт.
— Как съездили? — продолжил Пасечников.
— Игорь — красава. Нашли три генератора и остов от последнего… Два вообще нулёвые, один — мелкого ремонта требует, так Сомов сказал. Ну и проводов надыбали кучу. Но завтра-послезавтра нужно снова ехать.
— Поддерживаю идею, — согласился с ним Мочалов. — Медики просили проверить ЦРБ. Нужны носилки, кое-какие медикаменты… но! Существует большая вероятность столкнуться с заражёнными. Это мне Лена так сказала.
— Мы, кстати, двоих тоже зачистили, — кивнул Антон. — А группу трофейщиков пришлось выводить окольным путём.
— Значит, пришло время всем познакомиться с ОЗК, — резюмировал Денис. — Иначе заразу сюда завезём.
— Наверное, завтра стоит «пощипать» больницу, — предложил Девятов. — А через день снова на комбинат наведаться.
— Да, вот ещё что. Надо на въезде дезинфекцию устроить. А то как бы… — Пасечников помотал головой.
— Чёрт! — в сердцах выругался Мочалов, — Как же мы этот вопрос упустили?
— Ну, мы ж не боги — всего не предусмотришь, — философски пожал плечами Девятов, — Но дело верное, надо наших медиков озадачить.
— Всё, я в медпункт, — Мочалов рванул, как на стометровку.
11 июня 2027 года. д. Тополиновка. Полдень
Весь прошедший вечер Мочалов потратил на обустройство «ящурной клетки» на въездах в Топоплиновку. В медпункте он застал Зинаиду и Хромова. Хромов аж
