TwoFeet
Флора Адамс
Кай согласился рассказать Стерли, но отказался вовлекать Мило в это дело, если в этом не было 100 % необходимости.
После того, как я позвонила Стерли, чтобы рассказать ей всё — или, по крайней мере, всё, что я знала, поскольку была убеждена, что Кай утаил от меня большую часть информации, — она сразу же согласилась помочь нам.
Для всех окружающих Стерли выглядела как ангел, и, возможно, так оно и было, но даже ангелы могли перевернуть мир с ног на голову. Её ангельская внешность была только на пользу. Конечно, наш отец не подумал бы, что у нее, как у всех людей, были дурные намерения.
Она была солнечным ребёнком, тем, кого считали слишком наивной, чтобы что-то понять. Но она была умна. Настолько умна, что понимала: если она будет продолжать в том же духе, люди будут относиться к ней беспечно. Они бы пожалели её, сделали для неё все, что угодно, потому что думали, что она не сможет сделать это сама.
О, но она была опасна, и я не могла дождаться выражения лица Кая, когда он поймёт, что я была права.
— Итак, у меня есть план, — сказала Стерли, когда встретила нас у двери.
Папа, вероятно, всё ещё был в своем кабинете, он едва вышел поприветствовать нас. Он осмелится выйти из комнаты, только когда подадут ужин, так что мы знали, что у нас есть время поговорить.
— Какой план? — повторил Кай с недоверием в голосе.
Лицо Стерли помрачнело, от её жизнерадостности не осталось и следа.
— Не смотри на меня так, будто у меня нет мозгов, Кай.
Вечер обещал быть долгим.
— Привет, — Лола помахала моей сестре, и, думаю, только тогда Стерли поняла, что она здесь. Арес остался дома, но Кай привел Лолу, потому что она сама захотела прийти.
— Боже мой. — Стерли мгновенно опустилась на колени и взяла Лолу за руки. — Ты самая милая крошка, которую я когда-либо видела.
Лола хихикнула.
— Спасибо. Ты оооочень хорошенькая!
— В любом случае, — перебил Кай, прежде чем Стерли успела сказать что-нибудь ещё, но, судя по реакции Лолы, она привыкла к тому, что её отец заканчивает разговоры заранее. Меня бы это, конечно, не удивило. — Ты собираешься пригласить нас войти или мы можем снова уйти? Честно говоря, уйти — звучит лучше.
Стерли подняла голову.
— Пригласить тебя войти?
Я закатила глаза и прошла мимо сестры. Ей не обязательно было приглашать нас, это был даже не её дом. И у меня было столько же прав входить сюда и выходить из него, сколько мне заблагорассудится, как и у моей сестры.
— У папы есть дом намного больше, — прокомментировала Лола, когда Стерли проводила её по коридору, а Кай следил за каждым её движением. Он не доверял Лоле никому, кроме себя и Ареса, и, полагаю, я в какой-то степени понимала почему. Он даже не хотел, чтобы я находилась рядом с ней.
— Есть?
— Да. У нас на заднем дворе есть баскетбольная площадка, но я никогда там не играю, потому что я слишком маленькая. Но знаешь, чем я занимаюсь? — Лола обернулась и посмотрела на Кая, словно спрашивая разрешения рассказать свою историю. Когда он не возразил, но и не согласился, она восприняла это как знак продолжать. — Иногда папа выводит меня на улицу и учит стрелять.
Мои глаза расширились. Я никогда такого не видела.
— Обручами, да?
Лола покачала головой, выглядя слишком обиженной, чтобы я могла в это поверить.
— Нет, Флора, это для глупышек. Настоящим пистолетом.
Я посмотрела на Кая, и он пожал плечами, как будто это ничего не значило. На самом деле, его, казалось, совершенно не беспокоил тот факт, что он учил шестилетнего ребенка правильно обращаться с оружием; это было почти тошнотворно.
С другой стороны, он упомянул, что Лола и раньше умела обращаться с оружием, так что, возможно, меня не должны были удивлять её слова. Но я подумал, что он шутит, просто чтобы напугать меня.
— Какой у тебя план? — спросил Кай, оглядевшись по сторонам, словно желая убедиться, что моего отца нет рядом с нами.
Возможно, разговор об этом в доме моего отца был не самым разумным решением, которое мы приняли. С другой стороны, говорят, что нужно прятаться на виду.
— Разве вам не хотелось бы знать? — Стерли села на своё обычное место, как только мы вошли в столовую.
Лола села рядом с моей сестрой и сразу же схватила Стерли за руку, уставившись на её браслеты, как будто до сегодняшнего дня Лола никогда в жизни их не видела. Она была так поглощена ими, что даже не заметила, как Кай задал ей вопрос.
Я хотела подшутить над этим, показать Каю прямо в лицо, что он второй после меня, но, когда я села рядом с Каем, потому что нам всё ещё приходилось делать вид, что мы сближаемся в присутствии моего отца, он внезапно положил руку мне на бедро. Каждый мускул в моём теле напрягся, позволяя мне забыть все мысли.
Его прикосновение было твёрдым, но нежным. Оно было обжигающим, но успокаивающим. Это сбивало с толку.
Всего лишь одно прикосновение, и все события прошлой ночи всплыли в моей памяти. Каждый поцелуй, каждое ласковое замечание, каждое место, куда касались меня его руки. Я снова почувствовала его на себе, и мне так сильно захотелось, чтобы он был рядом, но в то же время я хотела вырвать эту потребность из своего тела и выбросить её на улицу.
Как он посмел вот так залезть мне в голову?
Прошлой ночью был глупый промах, который я до сих пор ощущаю каждый раз, когда делаю шаг. Я не могла позволить, чтобы это повторилось. Мне нужна была ясная голова, нужно было мыслить рационально. Какое-то странное влечение не могло разрушить мою свободу.
— Конечно, я могу вам всё показать. — Стерли встала, как и Лола.
Лола взяла мою сестру за руку и с радостью последовала за ней из столовой. К моему большому удивлению, Кай совсем не возражал. Обычно он очень заботился о Лоле. Позволять Стерли показывать ей дом было совсем не в его характере.
Кай наклонился ко мне, и я почувствовала, как моё сердце забилось быстрее, когда я ожидала, что его глубокий голос вот-вот зазвучит в моих ушах.
— Тебе больно, — тихо проговорил он.
— Нет, — солгала я.
— T’es sûre de ça?[8] — Его рука медленно двинулась вверх, и, словно мной управлял кто-то, кроме меня самой, я раздвинула ноги достаточно широко, чтобы
