Читаем без скачивания Медные трубы Ардига - Владимир Михайлов

– Ну, привет, – только и смог сказать я в ответ.

7

В место, запомнившееся потому, что именно тут Лючана выбралась из капсулы после своего – все же спасения, наверное? – она предпочла подняться по внутреннему трапу, пренебрегая лифтом: этого требовала осторожность. Подняться ей следовало – она прекрасно это помнила – на три палубы выше. Тогда она снова окажется в эллинге, где стояли капсулы и где ей предстояло найти способ покинуть не очень гостеприимных хозяев этого (она не сразу нашла подходящее слово) объекта, не привлекая к себе ничьего внимания. На трапе – и выше нее, и ниже – не появилось, к счастью, ни души, пока она поднималась, размеренно дыша и ступая бесшумно по голым металлическим ступенькам. Наконец достигла нужного уровня. Дверь, выводившая в эллинг, оказалась закрытой. Приложив ухо к металлу, Лючана вслушалась; нет, никаких голосов не звучало поблизости, ни шагов, вообще ни единого звука не донеслось до напряженного слуха. Это несколько успокоило ее: задача оказывалась проще, чем она рассчитывала; вот и прекрасно.

Все было бы действительно прекрасно, если бы через мгновение-другое она смогла бы попасть в эллинг. Этого, однако, не произошло по простой причине: дверь, перед которой она стояла, была, как выяснилось, не просто затворена; она была задраена на совесть и никаким попыткам отворить ее так и не поддалась. Наверное, она, как и другие двери, была настроена на биометрию персонала и на данные Лючаны никак не реагировала; замок же находился, вернее всего, в толще двери. Заглянув в свой мик, Лючана вызвала воспоминание об этой двери; как и обычно, ее взгляд успевал заметить, а мик – записать большинство предметов и людей, находившихся близ нее хотя бы несколько мгновений, и это откладывалось в памяти без особых команд – необходимое свойство профессионала. И вот теперь она, словно на экране, увидела эту дверь такой, какой та выглядела, когда Лючана проходила через нее, едва успев выйти из капсулы, мокрая и полуголая. Металлическая пластина сантиметров десяти толщиной, окантованная то ли резиной, то ли пластиком, обладающим теми же качествами, и – да, замок внутри, так что до него голыми руками не добраться. Ходы между закрытыми помещениями обычно не оборудуются такими дверями. Что-то действительно было не так. Что и почему – непременно следовало понять, прежде чем начинать что-то делать. Это было – она чувствовала – очень важно.

На всякий случай Лючана поднялась еще уровнем выше. Только что испытанное повторилось: опять наглухо задраенная дверь, которую можно было бы одолеть разве что хорошим зарядом взрывчатки. Взрывчатки у женщины не было, да и будь она – все равно такой глупости Лючана себе не позволила бы. В этой части ее план оказался несостоятельным: как говорится, без хозяина решенным. Пришлось повернуть назад.

Трап по-прежнему был пуст, хотя это ее не очень удивило: здесь люди, как Лючана успела заметить и раньше, не ходили туда-сюда, у каждого, наверное, хватало дел. Она спустилась на две палубы, попробовала дверь там. Результат остался прежним. Ну ладно, но ведь с той палубы, где она находилась взаперти, ей удалось попасть на трап без малейших усилий?.. На миг у нее возникла мысль, заставившая сердце дрогнуть: а что, если ее засекли и, позволив выйти на трап, заперли все двери, изолировав ее таким способом, и теперь… Возможных продолжений было множество, и ни одно из них не являлось приятным, да и сама мысль показалась глупой, так что Лючана решила об этом больше не думать.

Помня, что во всех действиях важнее всего разумная последовательность, беглянка и на следующей палубе подошла к двери, тоже закрытой. Как и раньше, прислушалась, приложив ухо к металлу. К металлу? Да нет, эта дверь оказалась пластиковой. И вовсе не столь мощной – во всяком случае, звуки через нее проходили беспрепятственно и почти без потерь. Она их услышала, мгновенно оценила и в тот же миг опустила руки, уже готовые нажать на ручку, а в следующий сделала, не поворачиваясь, шаг назад, а точнее – вниз. И невольно схватилась за дистант, лежавший в расстегнутой сумке поверх всего прочего. И услышала голос:

– Слушать сюда! Сейчас она уже должна быть в капсульном отсеке, она баба неглупая и соображает не туго. Наша задача: оказаться там раньше, проводить ее, пока не отвалит – всем замереть! А потом вести, не попадаясь на глаза.

Сказаны эти слова были человеком, которого Лючана не без оснований могла бы сейчас называть почти «близким». «Да уж, ближе не бывает», – подумала она с нехорошей усмешкой, одновременно отметив, что тело ее никак не отозвалось на эти звуки. Нет, все-таки это было всего лишь служебной необходимостью, ничем иным, думать так было успокоительно. Ловок же, однако, удалец: по ее расчетам, он должен был в это время все еще крепко спать в камере. Каким же образом он ухитрился не только прийти в себя так быстро, но и оказаться именно там, куда она направлялась?

Конечно, можно было объяснить все стечением случайностей, однако профессионалы в такие совпадения не очень-то верят, предполагая, что случай на самом деле является результатом целенаправленного действия, источник которого неизвестен, только и всего. Поэтому осторожно, по-прежнему спиной вперед поднимаясь по трапу, Лючана успела сделать вывод: что-то с нею все происходило вовсе не так, как ей казалось, и потому перед тем, как что-то предпринять, следовало спокойно и тщательно обдумать обстоятельства, которые сейчас стали хоть немного проясняться. Действовать наудачу больше нельзя.

Додумывала она все это, уже оказавшись на марш выше: могло ведь статься, что они захотели бы воспользоваться трапом, чтобы отправиться в тот капсульный отсек, куда сама она так стремилась, но попасть пока не смогла. Но дверь внизу так и не открылась, а слабая вибрация дала понять, что в шахте лифтов, проходившей рядом, возникло движение. Пошло движение вверх или вниз – этого Лючана определить не сумела. Она снова спустилась, прислушалась; за пластиковой дверью сейчас было тихо. Ушли. Ушли куда-то, где они намереваются ждать ее.

По мнению Идо, она должна была к этому времени успеть что-то сообразить, в чем-то разобраться и наметить для себя путь бегства. Конечно, было приятно слышать такое мнение о своих способностях, но пришлось признать, что ее возможности он явно переоценил. Решил, что она – человек всесторонне развитый? Она вновь невольно усмехнулась, тут же поморщилась: пора забыть, наконец, этот эпизод. Сейчас куда нужнее – постараться как можно более соответствовать его оценке. Подумать как следует, ни на что не отвлекаясь и не позволяя отвлечь себя ничему другому.

«Для этого нужно было найти подходящее местечко» – так подумала Лючана, но уже через несколько секунд пришла к выводу, что искать такое местечко никак не стоит, поскольку она в нем уже находилась. Возможно, будь она хорошо знакома с планом этого объекта, она отыскала бы убежище получше. Но плана не было, а ее собственный опыт исчерпывался коридорами и множеством диафрагм и просто дверей, из которых ни одна не была открытой, когда она проходила мимо. И о том, что находится за ними, можно было разве что строить гипотезы. Знакомы ей были камера и каптерка, но хозяйка барахла вряд ли встретит ее благожелательно, а в камеру – нет уж, спасибо! – ее никакой шоколадкой не заманишь.

Эта шахта с трапами, судя по тем минутам, что она здесь пребывала, сейчас не пользовалась у здешнего люда популярностью: никто так и не заглянул сюда, а судя по подслушанным ею словам, здесь и искать ее не станут: ждать будут в другом месте. Уже ждут. И Лючана мысленно посоветовала им набраться терпения.

Решив так, она снова поднялась повыше – к бронированным дверям, и уселась на верхнюю ступеньку трапа. От металла шел холод, и пришлось вынуть из сумки и подстелить под себя похищенный в каптерке комплект обмундирования. Теперь можно было как-то разобраться в происходящем – с нею и вокруг нее. Она и стала разбираться, развернув пакетик с ужином и принуждая себя откусывать понемногу и жевать подольше, потому что, когда удастся снова достать какое-нибудь съестное, было совершенно неясно.

Размышляя, Лючана должна была как-то систематизировать те обрывки информации, какие она получила за последние полчаса. Первое – что выхода на другие уровни не было. Почему? Чтобы помешать ей выйти к капсулам? На всякий случай она запросила свой мик, уже, кажется, уставший изнывать без серьезной работы, все о капсулах и их применении. А пока он там копался, Лючана занялась наконец своим браслетом: может быть, он покажет, что корабль – их корабль – находится в пределах досягаемости и можно будет подать ему сигнал о ее местонахождении? Это было бы просто чудесно!

Однако индикатор, показывавший, что корабль находится в пределах досягаемости сигнала, не горел. Лючана вздохнула, на всякий случай пощелкала по браслету – бывает же, что-то там застаивается, прибор капризничает. Не помогло. А может быть, просто окружавший ее металл экранировал сигналы и с той, и с другой стороны? Подумав немного, она перевела крохотный рычажок, переключавший режимы, в другую позицию – «анализ прилегающей среды». И сразу насторожилась… Нахмурила брови.