утро!
– Прости, я не думал, что ты проснёшься.
– Я уже выспалась, всё хорошо.
Мы встали, позавтракали. И пошли в гостиную на диван смотреть телевизор. Но увы, наша идиллия длилась не долго. У Димы стал звонить телефон. И конечно, это была она. Дима сбросил звонок и отправил смс. Написал, что сегодня занят и не может даже разговаривать. Тем более приехать. Затем отключил телефон. Увидев моё удивление, пояснил.
– Я сегодня выходной и предупредил на работе, что буду недоступен.
– Вот так, значит.
– Я и так каждый день к ней приезжаю. Не умрёт без меня за сутки.
Это было именно то, чего я ждала. Всё-таки он перестал плясать под её дудку. Я уже и не верила, что конец нервотрёпки настанет так быстро.
Дима привёз меня на работу и напомнил, что телефон он включать не будет. И обещал быть к десяти часам. Когда я вошла, Оля помахала мне рукой. Я махнула в ответ и пошла раздеваться.
– Ну рассказывай! Как справляешься?
* * *
– Как видишь, справляюсь. Даже не было необходимости тебе звонить.
– Ты умничка! Правда, я в тебе даже не сомневалась.
Сегодня время летело так же быстро. Я не успела опомниться, как Оля ушла домой. А затем была удивлена увидеть Диму в дверях. Закрыв смену, я оделась и поспешила к Диме. Мы приехали домой, поужинали и легли спать. Завтра первая смена, а значит, ранний подъём.
Утром меня, как обычно, разбудил будильник. Мы встали, позавтракали, и Дима снова повёз меня на работу. Он, как обычно, обещал меня забрать. В этот раз день шёл неторопливо. Народу для среды практически не было. Может, сказывался конец месяца. Увидев на пороге Олю, я была безумно рада. Ведь это означало, что будет с кем поболтать и, конечно, приближение конца смены. Дима снова появился в дверях вовремя. Впрочем, это уже стало даже привычным. Правда, в этот раз он выглядел несколько напряжённым. Или уставшим. Быстро переодевшись, я вышла к нему. Он меня обнял и чмокнул в лоб, затем взял за руку и повёл к выходу. И хотя всё, в принципе, было как обычно, я чувствовала какое-то напряжение. Когда мы сели в машину, я решила нарушить это странное и тяжёлое молчание.
– Что-то случилось?
– С чего ты взяла?
– Я чувствую. Может, по времени мы и не так много вместе, но по ощущениям я знаю тебя давно. Я вижу и чувствую твоё настроение…
– Я, наверное, просто устал. Всё хорошо.
– Да? А помнится, ты говорил, что между нами не должно быть недосказанности.
Молчание.
– Ладно, поехали домой. Может, позже созреешь, чтобы всё рассказать.
До дома мы ехали молча. Как назло, впереди была авария, и поэтому машина практически не двигалась. Достаточно громко играло радио. Дима пристально смотрел на дорогу, бубня что-то себе под нос, но при этом держа меня за руку. Сначала он просто касался моей руки, а затем взял, крепко переплетаясь с моими пальцами, и время от времени сжимал её крепче, а потом немного расслаблял хватку, но через мгновение снова сжимал. Наконец мы доехали. Он припарковался, вышел первый, открыл мне дверь, я вышла. Всё это он делал молча и практически не выпуская моей руки. Мы поднялись домой, я стала готовить ужин. Он сидел на кухне, но был всё так же неразговорчив. Тишину нарушил звонок. Дима стукнул кулаком по столу и, выходя из кухни, ответил на звонок. Говорил он громко, так что я без труда слышала его слова.
– Сколько уже можно?.. – Я устал!.. – Ты звонишь мне сегодня постоянно. Я практически каждый день езжу к тебе. Хотя у меня есть своя жизнь. Понимаешь? СВОЯ!!! – Да уясни ты наконец, я не буду с тобой никогда. Я скорее… – Я устал. Устал от звонков, от твоих истерик и требований. Я просто хочу исчезнуть! Навсегда! Насовсем… – Я не хочу тебя больше слушать! Всё.
Больше он ничего не говорил. Но вернулся не сразу. Минут через пять я закончила с ужином, собралась звать Диму, как он вошёл на кухню. Он казался ещё более угрюм и задумчив. Я пошла в его сторону, размышляя над тем, как его разговорить.
– Дим?
И только подойдя близко я увидела, что у него надет наушник. У него играла музыка. Находясь рядом с ним, я могла разобрать слова песни, которая играла. Одной рукой он взял мою руку, а другую завёл под волосы, оставив большой палец на моей щеке. Через мгновение наши лбы соприкоснулись, но при этом Дима продолжал смотреть мне а глаза. Слова припева, отражались болью в его взгляде. Я лишь смотрела в его глаза и видела в них потерянность… Когда песня закончилась, он прижал меня к себе и тихо прошептал на ухо слова из только что звучавшей песни.
– Каждому по факту, рядом нужен человек! Но бывает так, что одиноким лучше всех…
Я знала, что он хочет этим сказать, но не знала, что ему ответить. А он, ещё немного постояв молча, тихонько поцеловал меня в губы.
– Прости! Я не знаю, как поступить правильно. Я боюсь ошибиться и навредить… особенно тебе. Наверное, в моём случае и правда – одиноким лучше всех…
– Не надо жалеть о том, что сделано. Рано или поздно выход найдётся и всё встанет на свои места. Вот увидишь.
– Спасибо тебе. Спасибо за то, что ты есть и что рядом. И за то, что ты такая!
Ещё немного постояв, мы сели ужинать. Затем я вымыла посуду, и мы пошли в комнату. Диме пришло сообщение. Это было видео. Видео, где она стояла на подоконнике и обещала спрыгнуть, если он не приедет. Дима молчал, тяжело дыша и крепко сжимая телефон. Мне казалось, что ещё немного, и телефон начнёт трескаться в его руке.
– Опять шантаж?
– Да чистой воды. Вот и что мне делать? Ну скажи?
– Езжай.
– Хорошо. Что???
– Она, конечно, врёт и сама не спрыгнет. Но всё же зима. Скользко. Вдруг упадёт случайно?
– Но…
– Ничего страшного. Я переживу. Я сильная, правда. А ты себя не простишь, если она из-за этой глупости погибнет.
– Ты уверена?
– Да.
Дима уехал. А я от усталости и бессилия пошла в кровать и не заметила, как уснула. Дима вернулся к часу ночи. Конечно, всё это было спектаклем. Она обещала, что не даст жизни ни ему, ни мне до тех пор, пока он не будет ей принадлежать. Обсудив немного ситуацию, мы оба уснули.
Проснувшись утром, я осознала, что уже четверг и была удивлена тому, как быстро летит время. У Марины осталось всего несколько дней отпуска. А у меня несколько дней до него. И я не представляла, что же меня ждёт.
На работе всё было как всегда. Разве что пьяный клиент доставил немного хлопот. Но он был
