Плеск воды прекратился. Послышались тяжёлые шаги, едва уловимый скрип дверцы шкафа, шорох надеваемой одежды. Прошло всего-ничего, а мужчина оказался рядом, устроившись на самом краю постели. Последнее ощутила наряду с его дыханием, коснувшимся виска.
— Например?
Оборачиваться не стала. Как и глаза не открыла. Но слегка подвинулась к своему краю, предоставив эрранцу побольше места на кровати.
— Например, — отозвалась на его вопрос. — Вы видели палисадник около дома моей прабабки, в диарском лесу? С западной стороны, где растёт нивяник? — припомнила название цветов, похожих на жёлтые ромашки. — Это не лесные цветы, — пояснила следом. — Она их сама там развела. И, прежде чем сажать, чтобы цветам хватало солнечного света и его не отбирали другие растения, она сдобрила почву особым составом. Саму землю состав не изменил, но все сорняки погибли, раз и навсегда. Теперь там только нивяник растёт, — помолчала немного, не сама до конца понимая, как смогу осуществить нечто подобное, относительно фурий, но всё же продолжила: — Что, если сделать нечто схожее с территорией, окружающей Эрран со стороны мёртвых вод? Сдобрить тем, что не причинит вред нам — людям, но изведёт фурий? Раз и навсегда. Если не изведёт, то хотя бы отпугнёт, — снова замолчала, и, спустя паузу предложила совсем тихо: — Драконье пламя их отпугивает. И уничтожает. Если я смогу сделать что-то такое, в чьём составе будет это пламя?
И на этот раз отвечать мне Великий князь Эррана не спешил. Сперва улёгся удобнее. Некоторое время просто молчал, явно обдумывая.
— Людей моё пламя тоже убивает, — выдал в итоге.
— Но не убивает меня. А я — человек, — возразила в ответ. — Сами говорили, у меня кровь особая. И если дело действительно в крови, то, думаю, этим можно воспользоваться, и всё вполне может получиться.
Мужчина снова перевернулся. И меня на спину развернул, приподняв сгибом указательного пальца мой подбородок, вынуждая смотреть на него.
— Иногда логика тебя покидает, — вернул мне мои же слова. — Но очень часто ты очень даже логична. И… — усмехнулся. — О-о-очень изобретательна, моя княжна, — протянул с лёгкой издёвкой.
— Можно собой гордиться? — улыбнулась ответно.
— Определённо, — деланно серьёзно покивал он.
Он всё ещё не перестал касаться моего лица. Немного погодя и вовсе провёл по щеке, пристально следя за собственными действиями. И вот что странно: сам дракон до сих пор был “холодный”, не ощущала никакого исходящего от него жара, но прикосновение обожгло. Этот след остался даже после того, как мужчина убрал руку, заложив её себе за голову. А я… А мне неожиданно захотелось получить больше тепла. Вот и поддалась порыву, окончательно развернулась к эрранскому князю и… обняла его, уткнувшись лбом в бок. Во-первых, так было действительно теплее, а во-вторых, в таком положении я не видела чужой реакцию на такую мою выходку. Впрочем, как только меня обняли в ответ, подтянув выше, устроив по большей части на себе, всё и так стало понятно.
— То, о чём ты разговаривала с Даар`Ашем, на кухне, перед появлением других тхазаров, пока пекла яблочные пироги, — задел он неожиданную тему. — Если задумка с фуриями, моим огнём и твоей кровью сработает, то я готов обсудить с тобой возможные варианты по пересмотру договора между всеми княжествами и Эрраном.
Уставилась на него в полнейшем удивлении.
— Правда?
— Правда.
Едва ли я сдержала радостный вопль!
А ещё вместе с этим радостным воплем умудрилась каким-то несуразным порывом обнять мужчину повторно, за шею, и… поцеловать. Очень скромненько. В щёку. Чисто из побуждений демонстрации искренней благодарности! Но, кажется, меня неправильно поняли, потому что мужчина напрягся, в сумрачном взоре моментально разразилась буря. И только я собралась отодвинуться, как послышался шумный выдох, меня обхватили за затылок, и… да, тоже поцеловали. Совсем не так, как я. Даже не так, как было тогда, на кухонном столе, с привкусом яблочного пирога. Жадно. Требовательно. На грани с болью. Срывая с моих уст тихий стон. Прижимая к себе крепко-крепко. До головокружения. Отбирая весь мой воздух. Снова. И снова. Столь длительно, что я потеряла счёт времени. Оно просто перестало существовать. Как и весь остальной мир… Ровно до того момента, как дракон безжалостно отстранил меня от себя, тяжёло и отрывисто дыша.
И так обидно стало!
До того, как:
— Если мы продолжим, то новый дракон в Эрране появится уже ближайшей весной, — произнёс эрранский князь.
Как ведром ледяной воды окатило!
— Я так и подумал, — снисходительно прокомментировал мою реакцию собеседник, позволив немного отстраниться, но из объятий так и не выпустил.
Лежать рядом с драконом было вполне комфортно, так что устроилась поудобнее, наслаждаясь ощущением чужой близости, больше не вызывающей тревогу и судорожное желание бежать. Уютно рядом с ним. Тепло. И совсем не из-за драконьего огня. Это тепло было совершенно иного рода. Исходящее из моей души. Смешанное с чем-то невообразимо важным и нужным.
— Спи, моя княжна, — пожелал тихим шёпотом мужчина. — Спи, сердце моё, — погладил по волосам, в очередной раз шумно выдохнув.
— И вам добрых сновидений, мой князь.
— И тебе. Сарп, — поправил мягко.
Подняла голову, взглянув на мужчину.
— Можешь считать это ещё одной ступенью на пути привыкания к моему присутствию, моя княжна, — пояснил. — К тому же, — сделал вид, что призадумался, слегка прищурившись, — мне понравилось, как звучит моё имя, благодаря этим прекрасным губам, — провёл по обозначенной части моего лица.
— И тебе добрых сновидений, — улыбнулась в ответ. — Сарп.
Оказывается, мне тоже понравилось…
ГЛАВА 22
Яркое полуденное солнце, наряду с безоблачным небом, несомненно радовали взор. И я счастливо улыбалась, не скрывая своего хорошего настроения, то и дело оглядываясь по сторонам, наслаждаясь свежим, немного прохладным воздухом. Лесополоса за покинутым нами четвёртым аванпостом постепенно заканчивалась, в отдалении слышалась птичья трель. Но до северных гор ещё было довольно далеко, хотя в пути мы находились довольно долго. Шли пешком. А всё потому, что князь Эррана категорически отказался менять облик “для ускорения в полёте”, заявив о нежелании того, чтобы дракон мне навредил, не рассчитав силу.
Рана, полученная мною от фурии, так и не затягивалась, несмотря на то, что мы провели в убежище чуть более четырёх дней. И я, быть может, не стала бы придавать этому особого значения, тем более, что оставленная жутью царапина, пусть была основательной и глубокой, но меня совершенно не беспокоила, ведь прошло не так уж и много времени. Однако каждый раз, когда эрранский князь осматривал её, едва уловимо хмурился.
Сам он восстановился полностью. Этим утром — окончательно. Затянулись не только его раны. Сила драконьего пламени тоже вернулась. Собственно, именно поэтому оставаться в убежище было больше не желательно. Ранним утром я проснулась от того, что грохнулась на Сарпа, а он, соответственно — на пол, в самый эпицентр разошедшегося пожарища, ведь кровать под драконом банально сгорела. Теперь я понимала, почему в его замке всё сделано исключительно из специального камня.
— И что, вы так и будете в разладе? — поинтересовалась, остановившись около невысокого кустарника гелиотропа.
— В разладе? — переспросил мой спутник, остановившийся в паре шагов.
— Да. Вы и дракон, — согласилась, вдыхая аромат растения.
Насыщенно фиолетовые соцветия пахли удивительным сочетанием миндаля и вишни, и я бережно собрала несколько веточек.
— В большинстве своём вы упоминаете о драконе, как о ком-то, кто не является вами же, — окончательно обнаглела я. — А когда мы вместе гуляли по Эррану, он сказал “человек зол”. Словно вы — это две отдельные личности.
За последнии дни смелости в общении с эрранском князем у меня значительно прибавилось. Сам же сказал, надо становиться ближе друг к другу! Вот, усиленно стараюсь, как могу. Тем более, что мне это нравится. Это, и многое другое, чего уж скрывать. Вообще, как оказалось, Сарп Эрран Сагитари не такой уж и противный, и очень даже интересный собеседник, временами — вовсе приятный. Бывает. Иногда. Когда его сильно не злить. И с этим, к слову, я тоже научилась успешно справляться. Тоже иногда.
