другая сторона поняла маневр и в принципе не возражает против небольшой игры.
Шевельнулась Майя, кивнув за спину Вогера:
— Еда.
При этом она так соблазнительно изогнулась, что подходивший к тенту с ланч-боксами солдат едва не споткнулся и не растянулся на песке.
А вот губернатор в этот раз повел себя более сдержано, бросил быстрый взгляд на выпирающую из черной ткани грудь, и так же быстро вновь перевел фокус внимания на меня.
Как и говорил — хорошая выдержка.
— Сэр? — солдат посмотрел на меня, стараясь не пялиться на Майю. Получалось не очень. Еще немного и бедолага сломает глаза, как минимум заработав косоглазие.
— Ставь сюда, — я указала на стол.
Сгрудив контейнеры с едой, боец ушел, на ходу пару раз оглянувшись и каждый раз спотыкаясь. Майя выглядела, как довольная кошка.
— Прошу прощения, на вас не заказал. Но если хотите, повар быстро…
— Благодарю, я не голоден, — Вогер поднял руки.
— Хорошо, тогда если вы не возражаете, я немного перекушу. Долгая дорога отняла много сил.
Я извлек из первого контейнера огромный бургер и с удовольствием вгрызся в него зубами.
Черт, как же вкусно, это не дрянь из дешевых забегаловок, наспех слепленная торопящимися работниками. Это божественное произведение кулинарного искусства, на которое потратили отличные продукты.
— Точно не хотите? — едва пережевав спросил я. — Со свежим лучком, салатом, сыром, помидорами соусами и отборной ветчиной — мечта, а не бургер.
— Не спасибо, я сыт, — Вогер мазнул рассеянным взглядом по стоящей справа Майе, осведомился: — А свою женщину вы не кормите?
Я улыбнулся, вытер губы салфеткой и только после этого произнес:
— Это не моя женщина, это мой вассал, если понимаете конечно в чем разница.
Губернатор понимал. За время пока вертелся среди имперских чиновников, хорошо научился улавливать разницу между обычным слугой, постельной игрушкой и личным вассалом. Особенно, если это касалось высшей знати.
А я между тем чавкал, откусывал большие куски, глотал едва прожевывая, в общем вел себя как не та самая высшая знать, а голодный солдат, дорвавшийся до халявной жрачки.
Еще один способ вывести собеседника из себя, заставив открыться и проявив истинные намерения.
— Не боитесь, что отравлено? — кивнул Вогер на бургер, наблюдая, как я поглощаю запаздавший ланч.
Я сделал громкий глоток сладкой минералки из пластикового стакана, чуть не рыгнул (удержался, хотя соблазн был велик, но это уже был бы перебор) и только после этого ответил:
— Нет.
И снова принялся за еду. Говорить о том, что ускоренный метаболизм и перестроенная под действием астральной энергии биохимия сделали организм невосприимчивым ко всем известным типам ядов, я, разумеется, не стал. Зачем раскрывать перед потенциальным противником карты.
Я снова жадно вгрызся в бургер (даже притворяться не пришлось, он действительно был хорош, надо будет премировать повара), едва прожевал и с полным ртом заметил:
— Вы, конечно, привыкли к более изысканным блюдам, но мы люди простые, привылки жить в полевых условиях и питаться чем придется.
И тут маска Вогера дала трещину, он не скрываясь скривился.
— Да бросьте, вам ли говорить о простоте. Когда ваши предки зачарованными клинками вспарывали животы германцам и крушили их замки боевыми заклятьями, мои еще копались в земле, — он криво усмехнулся. — Вы плоть от плоти высшей знати и вам ли об этом не знать. Вы из тех, кто даже к императорским фамилиями относится лишь как к первым среди равных, но не более.
Возникла пауза, я отложил недоеденный бургер в сторону. Что-ж, похоже мы пришли к настоящей цели визита экс-губернатора.
— Ну хорошо. Так чего вы хотите, господин Вогер? Ради чего так рискуете, приезжая сюда? Вы же понимаете, что в определенном смысле, теперь вы для меня конкурент. И предки, о которых вы упоминали, никогда не стеснялись применять грязные приемы, избавляясь от потенциальных врагов. Поэтому они и стали теми, кем стали, вознеся род Мещерских на вершину пищевой цепи.
Упоминание еды в контексте борьбы за власть вызвало гримасу неудовольствия у Вогера, слишком прямой намек, что в случае необходимости его просто сожрут. Не обязательно я, найдутся другие желающие. Как и в случае с Чезаре, у бывшего хозяина Скайфолла за годы правления скопилось достаточно врагов. Пока его защищали общая неопределенность с городом и собственная небольшая, но хорошо обученная армия. Однако время идет, солдатам надо платить, старые губернаторские фонды не безграничны, а представители метрополий рано или поздно определят судьбу Спорных территорий. Все это подгоняло сидящего напротив человека, заставляя искать выход из ситуации.
— Похоже поддержка вашей кандидатуры оказалось не столь впечатляющей, как вам бы хотелось, — неспешно продолжил я, делая столь же неспешный глоток содовой. — Империи заняты выяснением отношений между собой, текущая война и обстановка с Объединенным японским протекторатом, вынуждает их рассматривать самые разные варианты дальнейшего развития Колоний, — последовала короткая пауза, после которой я уточнил: — Я не прав?
Помедлив, и с явной неохотой Вогер кивнул.
— Ваши соотечественники оказали вам неплохую поддержку. Многие склонны рассматривать вашу кандидатуру, как временную для управления Спорными территориями.
Мне захотелось рассмеяться. Тетушка-тетушка, хитрая графиня Стародубская, Аглая Федоровна, в девичестве княгиня Мещерская, решила сыграть свою игру и продвинуть внезапно обретенного племянника на место бывшего губернатора. Тем более, что мальчик и сам хорошо показал себя, в одиночку захватив Скайфолл.
Забавно, но русам похоже удалось уговорить франков, бритов, италийцев и остальных. Хотя думаю, это не совсем верно. Ведь не зря Вогер упомянул временный вариант. Позже неудобную фигуру обязательно постараются сместить. А сейчас это всего лишь переходный период, для обуздания хаоса, накрывшего почти все Южное полушарие.
Как правильно однажды сказал один умный человек: есть ситуации, когда ты играешь, а есть наоборот — когда играют тебя.
Меня пытались использовать в собственных интересах, причем все подряд, начиная от метрополий и заканчивая кланами и корпорациями, которые пока наблюдают, но вскоре обязательно предъявят счет за нарушение собственного спокойствия. И
