Парень поднялся по скрипучей лестнице. Здание стражи внутри оказалось старым и ветхим, краска на стенах облупилась, в углах проступила плесень. Да, порядок здесь наводить будет непросто… Вот и второй этаж. Почти у самой лестницы была массивная дверь, новая и прочная на вид. Дверь выгодно отличалась от убогой обстановки, наверняка это и есть кабинет начальника. Свен постучал:
— Господин Бэр, это я…
— Ага, мастер Свен! Заходи, голубчик!
На пороге появился начальник городской стражи Бэр, холеный блондин с окладистой бородкой и едва намечающимся брюшком.
Внимательно оглядев гостя с ног до головы, начальник, должно быть, остался доволен.
— Зайди-ка, голубчик, ко мне, — приветливо повторил Бэр.
Увидев кабинет начальника, Свен едва не присвистнул — обстановка здесь никак не соответствовала всему, что он видел по пути. В комнате было чисто, в большие, хотя и забранные решетками, окна струился солнечный свет, пятнал яркими бликами аккуратно выкрашенные стены, пестрые вышитые ковры и играл на развешанном тут и там начищенном оружии. Хоромы, настоящие хоромы!
Бэр ухмыльнулся — должно быть, остался доволен произведенным эффектом.
— Вот здесь мы, стало быть, и поговорим, без посторонних, так сказать, глаз, — все так же приветливо заговорил он. — Присаживайся к столу, погляди бумаги. Сейчас покончим с канцелярскими формальностями, подпишешь мне тут… кое-что… Сержантом я тебя в реестр вписываю, как и уговаривались. Не передумал, надеюсь, дружок?
Свен только кивнул, подсаживаясь к массивному дубовому столу. Уговора, собственно говоря, между ними не было, Свен только и сказал, что собирается в стражу, но не рядовым солдатом… Что ж, Бэр правильно понял намек. Парень вспомнил своего прежнего командира, рыцаря Реквиста. Вояка был храбрый, толковый начальник… Но к солдатам добрый сэр относился не слишком-то любезно, при разговоре глядел словно сквозь тебя. Отдав приказ, тут же забывал о подчиненном. А уж когда в гвардию стали набирать дворянчиков… Конечно, к его величеству Алекиану после победы над братом добровольцы так и хлынули. Мелкопоместные, захудалые, младшие отпрыски благородных родов… Этих начальство привечало куда больше, чем солдат из простонародья. И ведь что обидно-то: пока братец нынешнего императора выглядел сильней, добровольцев было не видать! А теперь — вон, сколько набежало, все с гербами, с фамильными мечами…
Свену с его низким происхождением о карьере и думать стало невозможно. «Так и до седых волос в пеших оруженосцах просидишь, — решил он, — если не убьют прежде». Страха перед неприятелем не испытывал, но что проку в подвигах, если все награды достаются дворянчикам? Потому решил солдат возвратиться домой. Здесь, в Пинеде, он будет позаметней. Вот и Бэр — хоть и начальник, а «дружком» и «голубчиком» зовет.
Свен, бегло глянув в бумаги (а сержанту платят неплохо!), подписался, где было указано. Бэр с улыбкой следил за его рукой. Едва новобранец оторвал перо от листа, тут же придвинул документы к себе.
— Ну вот, — сразу перестав улыбаться, заговорил начальник стражи, — сейчас же и приступим. Введу тебя в курс дела, так сказать. Ты, Свен, парень толковый, да и опыт у тебя уже есть, верно? Думаю, с таким сержантом мы здесь быстро порядок наведем, а?
— Так я же… Вы только укажите, — смущенно улыбнулся свежеиспеченный сержант. — А уж я! Уж я мигом!
— Ну так вот. — Бэр откинулся в кресле. — Как у нас служба поставлена, ты и сам знаешь — караулы, обход улиц и прочее… Поговорим-ка лучше о серьезных делах. Ограбление купца на базаре прямо средь бела дня. Драка в кабаке с нападением на стражу, чего в наших краях, Гилфинговой милостью, уже давненько не случалось. То есть друг с дружкой по пьяному делу все что угодно могли сотворить. Вплоть, понимаешь, до убийства. Темный народ здесь, что с них взять… Но вот на власть городскую чтоб руку поднять, это — ни-ни! Самый последний пьянчуга, и тот никогда не решится. С тех пор как я здесь командую, у нас народишко твердо усвоил: на стражников руку поднимать не моги! А тут, когда наши их разнимать явились…
— Поймали смутьянов? — сочувственно поинтересовался Свен. Такой подход к престижу стражей закона был ему по душе.
— Сбежали. Ничего, разыщем… Но самое невероятное — попытка ограбления монастыря, кельи достопочтенной матушки Ганы. И нигде, понимаешь, нигде! — Он с досадой стукнул себя кулаком по колену. — Нигде преступник не оставил ни одного-единственного следа. Народ уже в городе волнуется, слухи нехорошие пошли. Говорят, колдовством попахивает! И это в обители Гунгиллиных сестер!
Бэр выразительно посмотрел на сержанта.
— Так при чем здесь колдовство? — искренне удивился тот. — Ну, ограбили…
— А ни при чем! Говорю же, темный народ. Потому и слухи по городу ползут, мол, стража сама сделать ничего не может, а позвать колдуна денег жалеет. Ну, что ты на это скажешь?
— А чего тут говорить? — простодушно ответил Свен. — Лично мне так не по душе все эти колдуны. Насмотрелся, знаете, за годы службы. Ходят кругами, долдонят под нос на своем гангмаровом языке, в бою толку от них никакого, только вечно путаются под ногами, да суются куда не следует…
— Вот-вот, именно, в самую суть смотришь, — горячо одобрил его слова начальник. — Суются, куда не просят, выспрашивают, чего их не касается. А потом, глядишь, слухи всякие пойдут, не приведи Гилфинг, до сенешаля докатятся!
Свену очень понравились рассуждения начальника. Парень еще в армии нагляделся на всяких бездельников и шарлатанов, называвших себя чародеями. Разговоров вокруг них много, а толку — чуть. Все бормочут, шепчут, искры пускают, но едва доходило до чего-то серьезного, то ответ всегда один: «Это невозможно». И к тому же многие солдаты на колдунов разинув рот глядят. Как же, магия, чародейство! А тут, слава Гилфингу, совсем другое дело. Попался наконец-то толковый начальник. Бэр — рассудительный человек, он не будет колдунишек слушать, не будет из-за их бормотания мешкать. Уж с таким-то командиром Свен наверняка общий язык найдет.
— Да я и говорю, не нужен никакой колдун, — радостно подхватил сержант. — Вот хоть в том же монастыре — наверняка просто плохо искали. Обитель невелика, а монашек много! Не могло такого выйти, чтоб никто не видел, никто не слышал. Если как следует место преступления осмотреть, с этими самыми Гунгиллиными сестрами побеседовать, сразу же и следы отыщутся, и улики.
— Но-но, ты не очень, — погрозил ему пальцем Бэр, — тоже мне скажешь, монастырь осмотреть! Да кто же нас с тобой туда пустит? И сестры Гунгиллины разве ж будут с мужчинами разговаривать? Тут дело такое тонкое, понимать надо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
