онемело от усталости и сдвинуться хоть на шаг, немного пошевелиться — невозможно. Едва хватало сил держать глаза открытыми.
— Керналион, мои закончили, у нас все готово! — прокричал Сабиан, Ибенир едва расслышал мага из-за шума боя, но все понял.
— Взрывайте! У меня резерва еще на час хватит, как раз закончим со всем! — дал добро дракон. Сабиан запустил в небо белый огненный шар и спустя мгновение в горах прогромыхал взрыв, стены расщелины, из которой приходили твари, начали осыпаться, перекрывая монстрам путь и погребая заживо.
Сразу после этого все взбодрились, маги из запаски встали в общий строй, монстр, почуяв неладное, стали еще яростнее.
Вампир немного пришел в себя и пусть легче ему не стало, отсиживаться, пока даже раненые маги бились из последних сил, он не мог. Граф Налль подвинулся, но ничего не сказал, герцог Ибенир не сдержал усмешки. Граф Вальдернеский оказался упертым и это единственная положительная черта этого вампира.
Монстров становилось всё меньше и меньше, Сабиан и еще несколько магов покинули строй, ринувшись в самую гущу. Спустя еще полчаса маги герцога добивали последних тварей.
— Ты понимаешь, что если бы из-за тебя случился прорыв, то пострадали бы гражданские? — сухо спросил дракон. — И их смерти лежали бы на мне, а виноват был бы ты. — пугающе-леденящим голосом бросил Ибенир.
Степан равнодушно смотрел герцогу в глаза. Он уже ничего не чувствовал, ему плевать, пострадали ли бы гражданские, он устал настолько, что стало всё равно, даже если бы умер и он сам. Тупое безразличие овладело им целиком.
— Я сделал всё, что мог. Я не виноват. — прохрипел севшим голосом вампир. Сердце изнеможденно трепыхалось под броней. Попаданцу некого защищать, почти нечего терять, и он не знает, есть ли смысл бороться.
Он выполнил свой долг вассала — пришел на помощь, несмотря на свои низкие боевые навыки, несмотря на опасность. Он сделал всё, что мог, даже больше, гораздо больше.
Но от чего так горько, так мерзко осели слова герцога в мыслях?
Даже если бы прорыв и случился, в этом не было бы ни капли вины вампира, но почему тогда так неприятно чешется совесть под ребрами?
Откуда это странное чувство внутри? Откуда глухая, яростная злость?
— Ты слаб. И в этом твоя вина. — ответил герцог, снимая с брони перегоревшие защитные артефакты и выбрасывая.
Степан не нашел сил выдавить наигранную улыбку. Хотелось дать высокомерному дракону по морде, но сейчас, скорее всего, вампир бы сам оказался избит.
— Что ж, на этом свой долг считаю исполненным. — прохрипел севшим голосом граф Вальернеский. Впрочем, Ибенир его и не слушал, уже повернулся спиной и разговаривал с графом Налль и Сабианом.
Вампир непослушными пальцами взял портальный камень и активировал. Наконец-то домой.
Он практически выпал из портала — ноги заплетались. Спускаться вниз, в жилую комнату в подвале, граф не стал. Сорвал штору с гардины и лег на пол, засыпая. Ни монстры, ни жесткие доски его не волновали. Глаза закрылись сами.
— Господин! Я уже думал, что вы померли, а вы тут спите! — прозвучал назойливый голос Веце над самым ухом. Степан сонно прищурился. Блин, он там вчера чуть ноги не протянул, так сложно дать поспать еще немного? — Вставайте! Надо Маниэр забрать из вашего ресторана! Мне есть нечего! — продолжал тормошить господина полукровка.
— Отвали, дай поспать. — граф перевернулся на другой бок, по всему телу прокатилась болезненная волна, мышцы и ссадины ныли.
— А если с ней что-то случиться там? А? Вы не подумали? — возмущенно пропыхтел Веце, стаскивая с вампира штору.
Степан снова недовольно открыл глаза, стало прохладно. Вот же мелкий мерзавец, совсем его не щадит. Попаданец так помрет быстрее, чем герцог успеет у него титул отнять.
Это Веце легко — он вернулся вчера домой почти сразу, и часа не прошло, а Степан там чуть не сдох. И может сейчас на грани смерти. Там почему его собственный слуга даже не дает ему спокойно умереть?
Вампир сердито отнял штору у полукровки и укрылся.
— Да что может случиться с вампиром на складе крови, кроме смерти от обжорства? — зевнул попаданец. — И вообще, Веце, так надо — сам ее забирай, а меня не трогай.
Пацан почесал затылок и взглядом разочарованной матери посмотрел на господина.
— Ну хоть на кровать перейдите. — вздохнул слуга. Степан зло поджал губы и сильнее укутался, по полу дуло, но вставать… Граф не хотел даже представлять, насколько это будет больно и трудно. Лучше тут отлежаться немного, а потом, как полегчает, спустится вниз.
Но объяснять все это Веце вампир не стал, только буркнул раздраженное:
— Отстань.
Глава 26, про тех, кто мог бы сам дойти до дома
— А вдруг вы ранены? — гнул свое полукровка. Граф скрипнул зубами. Какое там ранен? Чудо, что жив остался!
— Веце, свали с горизонта. — грозно рыкнул вампир, но слуга не испугался, закатил глаза и скорчил недовольную рожу.
— Ну да, ну да, пошел я нафиг. — проворчал полукровка, выходя из комнаты.
Спустя минут десять Веце вернулся: притащил с собой теплое одеяло и подушку с кровати графа. Швырнул все это в вампира и ушел, громко хлопнув дверьми. Одна из дверных створок отлетела, другая висела на одной ржавой петле и грозилась упасть в ближайшие час-два.
Степан тихо цокнул и натянул поверх шторы одеяло, стало теплей.
* * *
Полукровка старательно вырисовывал магический круг телепортации на полу в лаборатории. Было б у него больше маны, то обошелся бы простым заклинанием, но увы и ах — резерва Веце не хватит, чтоб построить портал и на десять километров. От этого он чувствовал себя сейчас немножечко бесполезным и несчастным.
Круг пришлось перерисовывать. Дважды.
Сначала он вписал не те координаты магическим слепком местности — перепутал и по-привычке внес данные гнезда Вальдернеских, а не ресторана “Красная кровь”. А потом понял, что устал, и решил перекусить, но уронил кастрюлю с остатками супа прямо на магический круг.
Суп телепортировался, а Веце —
