И в этот момент Сереброва прорвало. Всё, что копилось в нём с момента, когда он начал узнавать об этой дряни то, что было скрыто под покровом прошедших лет, выплеснулось наружу. Схватив Вику за волосы, он отбросил её от себя. Она упала, ударившись о подлокотник и, жалобно ойкнув, попыталась подняться. Пришлось вздёрнуть её наверх, пихнуть в кресло и, нависнув сверху, процедить:
- Сиди смирно, тварь! Иначе я тебя просто грохну!
Он сомкнул пальцы на её подбородке и с силой сжал. Вика смотрела на Яна испуганно, из взбесившейся ведьмы враз превратившись в кроткую дрожащую овечку.
- Ты сейчас расскажешь нам всё. Всё, что случилось тогда с Марком и к чему ты приложила руку. А потом засунешь поглубже свои сказки о подменённых детях и исчезнешь навсегда. Желательно - из города. А если останешься и опять появишься рядом, я сделаю твоего ребёнка сиротой. Сяду, отмотаю срок, но тебя убью, ты поняла?
Она молчала, лишь только смотрела на Сереброва так, что он стал опасаться, как бы Викины глаза не выпали из орбит.
- Ты поняла?! - рявкнул Ян, и Плюснова поспешно закивала.
Едва он отошёл, как Вика подтянула колени к подбородку и, уткнувшись в них лицом, стала раскачиваться и тихонько подвывать. Этот звук совпадал с горьким протяжным плачем-стоном несчастного малыша, что голосил в своей кроватке.
Первым не выдержал Владлен. Взяв сына Вики на руки, принялся его укачивать. А Плюснова вдруг заговорила. Тихо, вроде бы даже спокойно. Выдавая тем самым долбаную психопатку, способную с лёгкостью впадать то в одно состояние, то в другое.
- Я тогда с Володькой Кареглазовым связалась. Помнишь такого? - начала Вика, подняв голову и посмотрев прямо в глаза Яна.
Тот кивнул.
- Он всякой дрянью интересной промышлял. А я вроде как ему помогала. Сама пробовала, но вроде без восторгов. А тут денег получить можно было прилично. Я же всегда до тебя не дотягивала, даже финансово. - Она невесело хмыкнула и отвела взгляд. - А без тебя мне край был. Жить не хотела. Влюбилась, как кошка. Брат твой тоже на меня посматривал, я замечала. Особенно когда ночевать стала оставаться у вас - пожирал глазами, когда видел то в шортах, то в ночнушке. Я его ради прикола даже поцеловать раз хотела - так он так отпрянул, как будто я ему в лицо калёным железом ткнула. Оно и понятно - тебя обожал, и даже мысль, что его научит девушка брата целоваться, была ему противна.
Ян сглотнул. Боль, горечь, сожаление… всё это поднималось изнутри, скручивало внутренности в тугие узлы.
- Дальше давай, - хрипло велел Серебров.
- А дальше я всё сильнее увязала в делах с Кареглазовым. А он - хотел большего. Предложил Марка втянуть. Ну как втянуть - записать видео, как твой брат со мной развлекается, а потом с него денег спросить за то, чтобы это не пошло дальше.
Ян сжал руки в кулаки. Помоги ему небо сдержаться и не сделать непоправимое!
- А я знала, что Марк никогда на это сам не пойдет. Ну и… пришлось применить пару приемов.
- Замолчи!
Серебров растер лицо ладонью сверху-вниз. Всё это звучало жутко… Всё это было каким-то кошмаром, о котором они с отцом узнали слишком поздно. Марк… их Марк… Сколько же всего он пережил! И всё из-за твари Плюсновой.
Ян уже примерно мог себе представить, что было дальше. Они переспали, у его брата не хватило совести пойти к родителям за деньгами. И тогда он решил, что всё можно исправить гораздо легче и быстрее.
- Продолжай, - снова сказал он.
- Марк ничего не помнил о нашей ночи. Пришёл в ужас от того, что сделал. Хотел всё рассказать тебе. Пришлось показать видео и пригрозить, что оно станет достоянием его друзей. Я не хотела этого делать, Ян! - вдруг взмолилась Вика и, вскочив, бросилась к нему.
Серебров отпихнул её от себя скорее инстинктивно. С силой, от которой Плюснова пролетела добрых пару метров и снова упала. Некоторое время лежала без движения, и Ян грешным делом подумал, что он её прибил. Внутри разлилось облегчение и удовлетворение. Но Вику, видимо, так просто было не прикончить. Она снова села, обхватила колени руками и продолжила раскачиваться.
- Я и вправду не хотела этого делать. Но Вова заставил. Тогда я была уже очень повязана в его делах.
- Мне это неинтересно, - отрезал Серебров. - Что было дальше с Марком?
Плюснова замерла. Ян с отцом переглянулись. На лице Владлена был написан ужас, щедро смешанный с оторопью.
- Дальше он сказал, что ты должен знать. Что мы должны признаться. Я ответила, что и в этом случае мне придётся отдать диск нужным людям. Тогда он стал тебе названивать, а потом… потом полез на крышу. Я пыталась его остановить… Я была там, чтобы его остановить! Не думала, что всё зайдёт так далеко. Я не думала-а-а-а, - она завыла, и в этом звуке не было притворства. Вот только Сереброву было плевать. Даже если Вика сейчас страдала не напоказ - ему было на это плевать!
- Оказалось, что меня тоже видели. Как я поднялась следом за твоим братом. Твоему отцу я сказала, что Марку захотелось адреналина, а я делала всё, чтобы его удержать. И что тебе об этом знать не нужно… ну, что я там была. Чтобы ты не винил себя в том, что не смог его остановить. Дело замяли, а я решила искупить свою вину. Быть с тобой. Поддержать любимого человека.
Охренеть! У Сереброва волосы на затылке шевелились от того, что он слышал. Вика во всём этом ещё и пожертвовала собой, искупая вину! Твою мать…
