против монстров необходимую огневую мощь. В общем, получилось так, что нечисть в условиях плотной застройки накатывала на штурмовиков по стенам и крышам, десятками врывались со всех сторон через окна в дома, где держали позицию по три-пять человек. Патроны заканчивались, автоматы захлёбывались, рвались гранаты, бойцы гибли, в обороне появлялись бреши. Управление и взаимодействие свелось на нет. За считанные минуты все подразделения, которые вошли в село, перестали существовать. Точнее, существовать в человеческом обличье, потому что выжившие парни клялись и божились, что среди бегущих к ним упырей мелькали знакомые лица в касках и броне, и убить их было многократно сложнее.
Как сказал медик, выжило в этой бойне не больше тридцати процентов всех отправившихся на задание бойцов. Две роты отряда получили критические потери, и теперь руководство Корпуса решает, что делать с Момоном - обнулить или понизить в должности, отправив на передок пулемётчиком. При этих словах я покачал головой - мне это показалось несправедливым. Если уж кого и наказывать, то лучше того осла, командира второй роты, который загнал бандитов обратно в мирную деревню, когда те уже собирались уходить. Именно эти его действия и послужили стартом дальнейшим событиям, которые и привели к таким серьёзным потерям. Но, опять же, кто-то должен быть наказан. И накажут, скорее всего, именно Момона, если он не сможет грамотно перевести стрелки на командира второй роты. Потому что отсутствие наказания виновных в таких потерях не поймут ни люди, ни командование. На простой, по сути, операции. Да уж, это она самая и есть - целесообразность, ничего личного. Где-то я уже такое видел, до сих пор голова от неё болит.
А ещё доктор сказал, что, по слухам, решается вопрос о ротации нашего отряда. Что нас отправят в тыл на пополнение и доукомплектование, а на наше место придет свежий отряд. При этих словах я сразу забыл про Момона, и мысленно скрестил пальцы, чтобы так оно и случилось. Очень уж хотелось мне немного спокойной жизни, и чтобы Алёна была рядом. А не вот это вот всё. Я с ненавистью посмотрел на свой автомат, и вспомнил времена, когда пострелять считал за удовольствие. Еще за тир и патроны деньги платил. В военкомат ходил. Вот же ж кретин, а? А сейчас уже настрелялся так, что смотреть на оружие не могу!
Потом меня поставили в известность, что грузовики с оружием, частью бойцов и моей временно подшефной молодёжью отправляются в расположение. А лучшие воины всех времён и народов из самого геройского, подготовленного и бесстрашного взвода сплошных суперменов, идёт на броне в силах тяжких в Иртышск, и будет вытаскивать из самой задницы группу учёных, которые, мудаки такие, встряли там на все деньги. И привнесли в нашу скучную жизнь некоторое разнообразие. Как будто у нас других дел нету.
Поэтому я до полусмерти наспех заинструктировал Белку-Синьку, чтобы она обязательно нашла в госпитале Маринку и Алёну, и сказала, что я жив и здоров. И просил, чтобы мои девчонки помогли брату с сестрой устроиться в безопасное место.
В спасательную команду определили только одну "коробочку". Потому что в данном случае количество не имеет значение. Одна бронемашина, две или три - роли не играет. Просто монстров там так много, что воевать не имеет смысла. Идея командира была проста: подъехать, столкнуть в воду, и пусть дальше учёные хоть ладошками гребут, но плывут дальше, пока их не поймают ниже по течению. А выходить с бронемашины - значит просто сдохнуть. С тем количеством упырей нам не справиться. И двум машинам не справиться. И даже десяти. Без разницы. А те бойцы, которые идут на выручку на броне, должны будут оперативно отстрелять упырей и гончих, которые уже забрались на палубу.
Само собой, что я как раз тоже иду в этой спасательной команде. Просто потому, что штрафник.
Отмазываться и кричать “я триста” я даже не пробовал - не та ситуация. Людей катастрофически не хватало, я на ногах и могу крепко держать оружие. Да и западло стало, чего уж там говорить. Ни гордость не позволяла, ни совесть. Другие парни, которые пойдут вместе со мной выполнять поставленную задачу, совсем не штрафники. Но не виляют, заднюю не включают, а вон, матерясь и плюясь, закидывают в БМП троса, боекомплект и прочее нужное барахло. Всё по-честному.
Потом был инструктаж, где уже Акула нам рассказал, что учёным нужно было провести не то какие-то важные исследования, не то замеры. Чтобы понять, докуда могут долететь то ли специальные дроны, то ли ракеты, то ли вообще ядрёная бомба, при этом не заглючить и не сбиться с пути. И потом сделать в эпицентре “Биг Бадабум”. Или бабахнуть рядом, но так, чтобы зацепило Столб и посмотреть, что из этого получится. Эта часть инструктажа меня особенно позабавила: бабахнуть и посмотреть, что получится - это как-то совсем по-детски, я сам так в малолетстве развлекался, задница до сих пор помнит отцовский ремень.
В общем, эти очкарики не долго думая, загрузились на какой-то катер и двинули в самый центр города, поближе к Столбу. Доплыть то доплыли, даже с комфортом, но потом электрика на катере погорела, и судёнышко вылетело на берег, встала колом в песке, на котором враждебная фауна кишмя кишела. Какой-то спецназ пробовал подплыть на другом катере, и стянуть судёнышко очкариков в воду, но тоже заглох и уплыл по течению в закат. Так как катер набит каким-то особым экранированным оборудованием, то перегрузка одних только учёных на броню вопрос не решит, а перегрузить приборы мы просто не сможем. А они нужны.
Поэтому командование и решило, что надо попробовать спихнуть катерок с берега с помощью старой надёжной бронемашины, проводка в которой экранирована даже от электромагнитного импульса ядерного взрыва, а не так как на гражданском катере.
Таким образом мы имеем учёных, которых надо вытащить, и гончих с упырями в неимоверном количестве, от которых надо отбиться. Учёные сидят в трюме катера, а сверху по их палубе бегают монстры. Кстати, живы очкарики или нет, тоже не совсем понятно, потому что последние признаки активности были два дня назад, когда к ним приплывал неудачливый спецназ. Но монстры вроде кружат на судне, возможно, потому что чувствуют людей, и на этом основании учёные пока считаются живыми.
После инструктажа мы набили магазины патронами и догрузили в "коробочку" всякие ништяки, которые сперва забыли в суете. Мехвод получил в руки экземпляр карты с маршрутом, чтобы если что пойдёт не так, командование знало
