— Ибраил, ты… э-э, не скучаешь в нашей глуши по Империи? Ведь ты был там не последним человеком?
— Я живу уже довольно долго, сменил много стран, жил среди разных народов… Нет, привязанности к какой-то одной стране у меня нет. — Он помолчал и вдруг с отчётливой тоской в голосе проговорил: — Есть привязанность к некоторым людям. Но они все умерли, и потому… скучать бессмысленно. Я просто их помню.
— А каково там? — спросил Трол. — В Империи?
— Там… необычно. — Ибраил мельком посмотрел на Трола. — Когда попадёшь туда, сам узнаешь.
— Почему он туда должен попасть? — поинтересовался Приам. Он тоже подсел, позвякивая ложкой об оловянную корабельную миску.
— Он решил с ними сражаться, поэтому так или иначе там окажется. Или как победитель, или… м-да, нет, скорее всего, всё-таки как победитель. Он хорошо дерётся, лучше, чем все, кого я знал.
— Видел бы ты моего Учителя, — понурившись, ответил Трол. — Я и трети не умею того, что он проворачивал.
Помолчали. Видимо, сказанное значило для этих людей что-то, что не укладывалось в голове, поэтому разговор пошёл по кругу.
— А в чём главная необычность Империи? — поинтересовался Приам.
— Там всё… вычурно. И в то же время — очень ясно. Место каждого человека определено, у него есть свой долг, который он обязан выполнять. И иерархические знаки обозначены совершенно… однозначно.
— А подробнее? — попросил Крохан.
— На землях коронной Империи, как они называют метрополию, приняты обозначения разными способами, но главными являются цвета. Самым низким считается белый цвет, это цвет рабов и учеников в школах. Помимо прочего, это ещё и практично, ведь солнце в Империи — не то что тут, там без воды даже крепкого человека оно способно убить за несколько часов. Свободные крестьяне, ремесленники и небогатые купцы имеют цвет зелёный. Жёлтый или оранжевый носят солдаты в армии, хотя жёлтый мне приходилось видеть и у уволенных в отставку чиновников. Офицеры и чиновники средней руки обязаны иметь красные одежды. Очень богатые купцы, управляющие и сборщики налогов носят коричневый цвет. Высшие офицеры и администраторы — синий. Это же цвет среднего дворянства, как правило, военного. Но самым главным считается, конечно, чёрный цвет, его присуждают только за особые заслуги.
— И что же, они все ходят в одеждах одного цвета? — спросил Арбогаст. Как он присоединился к этой компании, никто не заметил.
— Нет, в одежде одного цвета ходят только рабы. Но все подданные Империи обязаны иметь свои цвета на нагрудных шевронах, на перевязи для оружия, на поясе или, как, например, у чиновников, на шляпных лентах.
— И эти ленты — смешанных цветов? — поинтересовался Трол.
— Да. Управитель провинцией, например, может иметь небольшую полоску жёлтого, обозначающую, что в молодости он служил в армии, главную коричневую полосу, поскольку он управитель, тонкую синюю нить, если ему повезло жениться на женщине высокого рода, и чёрный кантик, если он имеет благодарность императора и лично представлен ему.
— А если я хочу, так сказать, замаскировать своё… э-э, социальное положение, — спросил Крохан, — какого рода цвет я должен выбрать?
— Зачем тебе скрываться, если ты честный человек? — удивился Арбогаст.
— Ну, предположим, я посланец императора по особым поручениям, — пояснил капитан кадотской стражи. — Зачем же мне светиться?
— Если ты, допустим, хочешь кого-то поводить за нос, хотя это не особенно принято, ты должен выбрать серый цвет, — ответил Ибраил. — Причём во всей одежде. — Он помолчал, посмотрел на воду за бортом. — Кстати, даже самые знатные колдуны носят именно серый. Только сильные мастера выбирают ткань потемнее, а ученики — чуть ближе к светлому. Несколько раз мне случалось видеть и императора в сером… На неофициальных приёмах и торжествах в тесном кругу.
— А каков этот император? — спросил Арбогаст. — Ты был ему представлен?
— Был, — Ибраил вздохнул. — Только я должен так сказать — никто его никогда не видел.
— Как так? — не понял Приам. — Ведь он бывает, как ты сказал, на неофициальных торжествах…
— На приёмах и на торжествах он всегда в шёлковой чёрной маске, через которую не видно даже глаз. Кроме того, он всегда облачён в тогу, скрывающую его тело. Даже на руках у него чёрные шёлковые перчатки. — Ибраил помолчал, потом добавил: — Сами понимаете, под этим камуфляжем может находиться кто угодно, любая подставная фигура и любая сущность.
— Но ведь магически его можно исследовать? — спросил Приам. — И маски эти не помеха.
— Каждый, кто попытается дотянуться до императора магическим щупом, тут же будет уничтожен, какими бы привилегиями в прошлом ни пользовался. Кстати, они называют его не император, а Басилевс, это означает что-то вроде царя царей — очень старый титул.
— А официально у императора все знаки отличия чёрные? — спросил кто-то из орденцев, которые, как оказалось, тоже собрались около офицеров и слушали.
— Нет. На поясе у него есть несколько ниток коричневого и довольно широкая синяя полоса. Хотя главный цвет, конечно, чёрный. Но такое сочетание — только у него одного. В мои годы я не знал людей, у которых было бы меньше половины красного, хотя… Да, пожалуй, лет триста назад был некто, у кого была коричнево-чёрная перевязь. Но как он её добился — не могу сказать.
Вдруг из «вороньего гнезда», где находился наблюдатель, раздался крик:
— Парус, на востоке, миль пятнадцать!
Все поднялись, столпились у левого борта, но с такой высоты над водой ничего видно не было. Лишь с помощью магического видения Трол сумел дотянуться до неизвестного корабля. Капитан Трапез, который оказался тут же, негромко пробурчал:
— Нет смысла обращать на него внимание, он идёт гораздо круче к ветру, мы его обставим.
— На этот корабль, капитан, — отозвался Трол негромко, — есть смысл обращать внимание хотя бы потому, что это пират. — Он вздохнул. — Скорее всего, Убла собирает пиратские корабли, капитаны которых заражены червём.
— Почему ты так думаешь? — удивился Арбогаст.
— Это выглядит разумно, — объяснил Трол. — Олавы — пиратская колыбель, а его замок стоит нетронутым.
— Убла мог замаскировать его, — отозвался Крохан.
— Непременно замаскировал. Но всё равно необходимо подвозить пищу, одежду, топливо, какие-то магические инструменты и приборы для поддержания матки червей — эту активность не замаскируешь… И лучше всего, если это сделают капитаны и корабли, которые, как я сказал, находятся под его контролем.
— Почему же он тогда, имея такую мощь, не собрал флот и не обрушился на Зимногорье? — спросил Приам.
— Я подозреваю, у него другой приказ. А именно — используя известную систему порабощения высшего дворянства, присоединить Зимногорье внешнеполитическим, так сказать, способом… Что он и пытался осуществить. Несмотря на то, что этот сценарий определённо требует времени и… дорог. Даже очень. Ведь Гифрул не сумел заразить всех своих подчинённых, а только нескольких человек…
Вдруг Трола окатила волна холодного, очень далёкого, нечеловеческого внимания. Он повернулся на месте. Больше всего это было похоже на дальновидение, но такое, что подглядывающий совсем не заботился о маскировке, словно бы он, наоборот, хотел, чтобы его внимание к «Мокрому клыку» и людям, собравшимся на борту, было замечено и учтено…
Нет, как бы ни был силён Убла, на таком расстоянии так точно, без поиска найти «Мокрый клык» невозможно. Если только… Внезапно Трол обратил внимание на далёкую чёрную точку, парящую в вечереющем воздухе. Потом ещё и ещё. Это были птицы, кажется, довольно крупные. Именно они и обеспечивали такую точность внимания, с каким следили за их кораблём откуда-то с другого берега залива, может быть, даже из глубины Мартогена.
— А в птиц они могут сажать своих червей? — спросил Трол.
— Почти наверняка — да, — отозвался Ибраил. — Мне ведь это удавалось, почему же для них это должно стать проблемой?.. — Он тоже почувствовал или прочитал в Троле холодную волну внимания, и скорее всего гораздо тоньше, разобрав в ней разные нюансы. — Только для этого нужны либо очень умные, либо большие и сильные птицы вроде альбатросов. Другие для червей просто не подойдут.
