Читаем без скачивания Огнем и броней - Сергей Лысак

Разведка, побывавшая вечером в городе, тоже ничего толком не узнала. Все наперебой обсуждали последние новости и гадали, чем же это закончится. Воевать голландцы ради немцев совершенно не собирались. Об этом стало окончательно известно, когда Чингачгук и Тунгус снова посетили «Даалдер». Возбужденная публика, занятая обсуждением сегодняшних событий, никакого внимания на новичков не обратила, и они с успехом совместили приятное с полезным. И только удивлялись стихийно вспыхнувшему тотализатору – кто же победит? «Старые» пришельцы или «новые»? Многие из присутствующие склонялись к победе «старых», но также хватало и тех, кто рисковал ставить на «новых», приводя довольно веские аргументы. А вот в том, что две группы пришельцев не уживутся, никто не сомневался. В итоге, обстановка напоминала древнеримский Колизей, когда почтенная публика находится в предвкушении начала боя гладиаторов. Когда противники примерно равны по силам и невозможно заранее определить явного победителя, зрелище становится еще более интересным.

Солнце скрылось за горизонтом, и темнота окутала все вокруг. Виллемстад зажег огни, жизнь богатого колониального города шла своим чередом. Но побережье было скрыто во мгле. Выставленные посты внимательно наблюдали за противником, который в течение дня никак не отреагировал на произошедшее. Радиостанции десанта и всех кораблей тринидадского флота все время дежурили на приеме, но «Карлсруэ» молчал. Не ответил он и тогда, когда попытались с ним связаться, сделав вызов по-немецки на дежурном канале. Якорные огни и палубное освещение с наступлением ночи крейсер зажигать не стал, и если бы не приборы ночного видения, то его вполне можно было бы потерять в темноте. Несколько часов ничего не происходило. Но вот, ближе к полуночи, пришел доклад от поста на побережье.

– Корабль противника снялся с якоря. Пытается уйти в море.

Глава 10. Большая политика дворового масштаба

Новость не удивила Леонида. Скорее всего, он бы удивился, если этого не произошло. Поэтому дав команду всей эскадре следовать к Виллемстаду, вызвал «Беркут» и запросил обстановку. Ответ Янычара обнадежил.

– Все в порядке, Леонид Петрович. Колбасники ведут себя предсказуемо. Сейчас выбрали якорь и пытаются отойти от берега, управляясь машинами. Но получается, как бык поссал. А они нас точно не услышат? Вдруг там кто-то русский знает?

– Не услышат. Специально дали им рацию с другими частотами, завалялось тут у нас еще от греков несколько простеньких «ходилок». На всем экономили, долбаные эллины. Когда ваши «сюрпризы» сработают?

– Через десять минут после того, как скорость хода превысит пять узлов. При меньшей скорости мины не активируются.

– Ну, думаю, пять узлов немцы по любому дадут. А не утонет наш трофей? Ведь его систер-шип «Росток» от одной торпеды утоп.

– По идее не должен. Крейсер новый, ему еще и года нет. Переборки должны воду держать.

– Ладно, будем надеяться. Наблюдайте, но близко не подходите. Если вдруг это немецкое корыто все же утонет, никого не спасать до подхода главных сил. Пусть сами себя спасают, они знали, на что шли. А вас там и так раз два и обчелся…

Переговорив с «Беркутом», Леонид вызвал «Песец» и «Аврору». Рейдер и яхта еще днем подошли к Кюрасао, но встали на якорь в северной части острова, подальше от Виллемстада. Велел обоим следовать за «Карлсруэ», но оставаться за пределами видимости и поддерживать постоянную связь с «Беркутом». Визуального обнаружения надо пока избегать. Пусть немцы думают, что им удалось скрыться. Интересно, куда они пойдут? Пока просто пытаются отойти подальше от берега, занятого противником. Причем получается не очень. Но в любом случае, даже кое-как управляясь машинами, крейсер вполне сможет дойти до побережья материка. Не промахнется. Но это, если бы «сюрпризов» не было…

Посылая ультиматум командиру «Карлсруэ», ни Леонид, ни кто-либо другой, знакомый с реалиями Первой мировой войны, особо не обольщались. Скорее сделали это на всякий случай – а вдруг прокатит? Не прокатило… Немцы изъявили готовность воевать до победного конца, и пока им хорошенько не настучать по мозгам, вышибая воинственный германский дух, то желание кричать «Гитлер капут!», или что они там кричали в Первую мировую, у них вряд ли появится. Поэтому предприняли ряд мер для достижения этой цели. Вскоре после того, как бывшие пленные поднялись на борт крейсера и прошло достаточно времени, чтобы Келлер смог ознакомиться с посланием и выслушать рассказ лейтенанта Ейнринга, в дело снова вступила группа подводных диверсантов во главе с Янычаром. Заранее досконально изучив все имеющиеся материалы о «Карлсруэ», решили установить две мины в районе первой кочегарки. От машинного отделения далеко, и турбины с гребными валами не пострадают. Заряд у мин небольшой, но высокая бризантность взрывчатки из будущего должна проделать аккуратные дырки в обшивке, не затрагивая то, что находится дальше полуметра от места взрыва. Поэтому пробоины тоже ожидаются небольшие, далеко не как от торпеды или морской мины, но в очень труднодоступных местах – в днище. Вода хлынет под большим давлением и затопит кочегарку быстрее, чем немцы успеют что-либо предпринять. Хода крейсер это вряд ли лишит, но изрядно убавит ему прыти. А с пробоинами в днище и затопленным отсеком «Карлсруэ» далеко не уйдет. Немцам придется срочно искать какую-нибудь «шхеру», где можно спрятаться от возможного ухудшения погоды и спокойно заниматься ремонтом. Причем подальше от проклятых русских варваров, которые ничего не забыли за сотню лет. И несмотря на их техническое превосходство в некоторых вещах, так варварами и остались…

Размышления Леонида прервал радостный доклад с «Беркута».

– «Тезей» – «Беркуту»! Есть! Сработало!

– Молодцы, поздравляю! И что там наши камрады делают?

– Забегали.

– Добро, наблюдайте дальше. А я сейчас «Крокодил» вышлю, пусть сверху посмотрит…

Через несколько минут беспилотник взмыл в воздух и понесся в сторону противника, выдерживая высоту в шестьсот метров. С такой высоты картинка на экране монитора получалась очень четкая и подробная. «Карлсруэ» обнаружили издалека, и вскоре стало ясно, что дела у немцев плохи. Крейсер остановил машины и лежал в дрейфе с креном на правый борт. На палубе царила суета, но светомаскировка соблюдалась, ни одного огонька. Облетев корабль два раза вокруг, «Крокодил» изменил курс и прошел прямо над целью. До сих пор такую разведку не проводили, но теперь таиться не было смысла. Благодаря малой скорости полета все удалось хорошо рассмотреть. Два средних орудия на шкафуте левого борта были демонтированы и сдвинуты со своих мест. На правом борту демонтажу подверглись кормовое орудие и ближайшее к нему на шкафуте – то, у которого разорвало ствол. На корме лежали несколько бревен и большое количество досок. Но оживленная работа на палубе сейчас шла в районе первой трубы. Очевидно, немцы старались завести пластырь на пробоины. И поскольку пробоины две, а не одна, сделать им это будет несколько труднее. Полет «Крокодила» не заметили. Во всяком случае, никто голову вверх не задирал и не пытался что-либо рассмотреть в небе. Удалившись от «Карлсруэ» и облетев его еще раз по кругу, беспилотник отправился обратно. Больше здесь авиации пока делать нечего, с дальнейшим наблюдением и «Беркут» справится.

Теперь можно было, не торопясь, посмотреть запись полета с остановками в наиболее интересных местах. В ЦУПе, кроме Леонида, присутствовала одна молодежь – будущее флота и морской авиации Русской Америки. Сразу же посыпались предположения о дальнейших действиях немцев.

– Сняли два орудия в районе миделя на левом борту. У них наименьший сектор обстрела. Другие четыре вроде бы целы.

– И похоже, хотят заменить правое кормовое и правое кормовое на шкафуте – у которого ствол разорвало.

– А правое носовое и правое носовое на шкафуте целы… Значит, если «рокировка» немцам удастся, то будут иметь по четыре орудия в носу и четыре в корме. И соответственно четыре в бортовом, носовом и кормовом залпе…

Леонид не вступал в дискуссию и внимательно просматривал запись. Потом вернулся немного назад и нажал на паузу. Увиденное наводило на размышления. Наконец нарушил молчание.

– Не туда смотрите. Демонтируют пушки? Было бы глупо ожидать, что немцы оставят все, как есть. Орднунг есть орднунг, и если есть реальная возможность более рационально расположить уцелевшую артиллерию, то они обязательно это сделают. В конце концов, это не башни главного калибра, а всего лишь «сто пять мэ-мэ». Руками, ломами, катками и блоками перетянут и установят. Невеликие сложности, если не качает. То же самое и заводка пластыря. Немцы ведут борьбу за живучесть, то есть делают именно то, что нужно. Меня другое интересует. Обратили внимание на дровяной склад на корме?