— Как он может знать все, о чем говорит? То есть знать очевидные факты, даже то, что произошло в Ухенере…
— Он не псионик. Последний день провел на крыше и явно не интересовался новостями области. Значит, имеет доступ к Бездне памяти.
Я склонила голову, смотря на полукровку исподлобья. В людей, вылавливающих информацию из окутывающих землю информационных потоков, верилось с трудом.
— Я выполнила свою задачу. Находиться тут дальше я смысла не вижу…
Я прикоснулась ко лбу, чувствуя голод и усталость. Ройс привычно наблюдал за мной. Иногда мне казалось, что я привыкла к этому взгляду настолько, что мне будет не хватать его по завершении задания. Несмотря на разгар дня, мне виделась в нем та же усталость, что внезапно навалилась на меня.
Возможно, где-то существовали люди, готовые день и ночь сражаться и побеждать. Но я не являюсь одной из них.
— Дайан…
— Я хочу домой.
— Еще один и мы поедем домой.
Я усмехнулась. Ройс меня успокаивал! Кто бы подумал…
— Ринос, мы можем оставить тебе птицу. — Мы вернулись к рейнджеру, инстинктивно держащему руки у огня. — Это ухенерский летун. Отпусти его, когда он больше не будет тебе необходим.
Рейнджер улыбнулся. Я шла к птице, но на мгновение задержалась. Вернулась к полукровке, присаживаясь на корточки рядом.
— Это была его идея.
Полукровка устало улыбнулся, не поднимая взгляда.
— Увидимся в Милоране. — Проговорил спокойно, немного грустно.
Я встала, понимая, что Ринос вернется в Гильдию. Для него это приглашение было спасением. Рейнджер слишком устал выживать.
12
Мы летели к городку, где провели прошлую ночь. Линия начала поиска нашего третьего и последнего полукровки начиналась как раз на кромке леса, где мы оставили Риноса. Лес занимал большую площадь, чем треугольник между тремя озерами. Ко всему прочему, Горан был псиоником. И, хотя, уровень его был значительно ниже, чем у Ройса, возможность укрыться он все же имел.
Я размышляла над странными догадками, посещавшими меня все чаще и чаще. Было очень некомфортно прослеживать факт контроля этого мальчика намного раньше, чем я предполагала.
— Ройс! — Обернулась я.
Парень сидел сзади, обвив меня руками. На летунах, вообще, разрешен перелет лишь одного человека. Но мне представляется, что мы были не первыми нарушителями этого правила. Передумав задавать вопрос, я отвернулась. Было удивительно спокойствие полукровки. Вчера бы он не упустил возможности полапать меня, пока деться с летуна некуда. Прикоснувшись к его ладони на моем животе, я поняла, что у парня жар. Прикусив губу, опустила летуна на вышке.
Спрыгнув, полукровка подал мне руку.
— Ты болен, Ройс.
Парень улыбнулся, отнимая руку. Я беспокойно усмехнулась.
— Не в этом смысле. Ты горишь.
Он безразлично пожал плечами, направляясь к проему лестницы. Мы оставляли летунов на местной башне. То, что смотритель птиц не осознавал присутствия чужих животных у себя и понятия не имел о нас — я знала. Знала об администрации гостиницы… В глубине души помнила о произошедшем в Ухенере. Помнила дирижабль. Помнила, даже, нашу первую встречу… Сейчас же все эти знания и воспоминания уложились к прочим обыденным событиям и не вызывали ожидаемого неприятия. И это пугало.
— Завтра возьмем второго летуна.
— О! — Улыбнулся он. — Моя компания идет тебе на пользу…
Я вздохнула. Я бы заплатила за него, не держи он всех, кому нужно платить, в невменяемом состоянии.
— Ты не можешь продолжать так вести себя.
— Кто мне может помешать?
— Гильдия. Те, кто будут стоять над тобой.
— Возможно, тогда, мне не стоит стремиться в Гильдию?
Я обернулась. Кажется, Ройс не шутил.
— Я думала, что ты хочешь вступить в Гильдию хотя бы для спокойствия Кларисс.
Он промолчал. Мы почти дошли до гостиницы. Было еще светло, но снова начинал моросить дождь. Ройс свернул к двери таверны по пути. Я не протестовала. Сегодня я точно больше никуда не собиралась.
Присев за столик в самом углу, мы попросили еды и эля. Праздник, кстати, еще не закончился. Через неделю должны будут состояться массовые гуляния с такими же массовыми попойками и игрищами. Если нам повезет с Гораном Ссореном, то заключительного дня мы не застанем. Ни в моем городе, ни в Зальцестере об этом празднике никто не вспоминал.
— Ройс, идея распределить полукровок по Гильдиям является действительно моей?
Парень проигнорировал вопрос, лишь подняв вверх ладонь. Когда нам принесли еду, он не притронулся. Когда я отодвинула тарелку, глядя на капельки пота на его лбу, полукровка поднялся.
Я хотела пойти за ним, но злой взгляд из-за плеча пригвоздил к стулу. Вздохнула, придвигая ближе кружку. Если он сляжет, а это очевидно, мы задержимся тут на несколько дней дольше.
Пожалуй, впервые за нашу поездку я смогла расплатиться за ужин.
Потихоньку таверна наполнялась. Вечерело. На улице все так же, не усиливаясь и не уменьшаясь, моросил дождь. Осматривая зал, я понимала, что захмелела. Отодвинула кружку, размышляя.
Маленький рыбацкий городок с населением, может, в полтысячи жителей. Вполне возможно и меньше. Резиденций Гильдий нет. Полукровок нет тоже, но можем ли мы быть уверены в своей безопасности здесь? Пока никто не смотрел на Ройса косо. Это говорило лишь о том, что мы не встретили еще горожан, умеющих видеть его отличие. Если же мы задержимся тут, пока он отлеживается, все может измениться. Конечно, совершенно не обязательно мы встретим агрессию, схожую с проявленной ухенерцами. Но, кто знает?
Уловив краем уха название бегством покинутого городка, я прислушалась. Так и есть: перетирали последние новости. Двое полукровок и… «белокурый ангел»? Я засмеялась в голос, не сдержавшись. Вжала голову в плечи, почувствовав внимание. Это я «белокурый ангел»? Они приплели к заварушке и Лавина. Теперь оставаться в городе ему будет еще опаснее. Возможно, это подтолкнет его принять предложение Гильдии. Я не сомневалась в том, что рекомендовавшие Лавина гильдийцы были уверены в том, что маг достоин предлагаемого поста. Но был ли готов он сам вернуться и взвалить на свои плечи обязанности главы центральной Школы магии?
Кто-то подошел к столу. Я смотрела в столешницу, стараясь не выказывать волнения. По полу заскребли ножки стульев. Я подняла лицо, сглатывая.
— Привет, красавица. Разреши присоединиться. — Улыбнулся один из подсевших. Он был значительно ниже меня. На сильно загоревшем лице темнели улыбчивые глаза и потрескавшиеся губы. Сцепленные ладони легли на стол запутанным шершавым узлом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
