«Скажите».
Немного дернулась его голова, пальцы вонзились в ее руку. «На следующем углу… налево. Тропа вниз между двумя острыми скалами. Она идет… ниже, почти у воды. Тяжелее идти, но короче, и нормально, если видно…»
«Достаточно светло. Она идет к водопаду?»
«Да. Слушай теперь. — Он попытался сесть прямее, его лицо вырвалось из тени на звездный свет как маска боли и усилий. — Дорога в Испанию — скальный мост прямо над водопадом. Достаточно безопасно, если… медленно. Но ты должна… спешить. Этот ураган… река будет быстро разливаться, а при высокой воде мост… тонет. — Он притянул ее ближе, голос совсем ослабел. — Перейди вместе с ней. Вы успеете. Если вода поднимается, сеньора может опоздать. Если нет, и вы не сможете спрятаться… ну, это узкий мост, и легко… удержать».
«Да», — ответила Дженни хрипло.
«Если эта ведьма-убийца поймает тебя…»
«Да?»
«Ну… тебе придется… убить ее, снежная королева». Ладонь разжалась и упала с ее рукава.
Он все еще дышал, но она ничего больше не могла сделать. Отпустила мула, залезла в карман Буссака за ножом. Он оказался с левой стороны, ее рука стала мокрой и липкой. Но она почти не заметила этого — у нее был нож.
Она выпрямилась, сжала его, оттолкнула в сторону мула и почти побежала по узкой тропе, одна под лунным светом.
24. Переход моста
Найти проход оказалось достаточно легко. Он резко уходил влево между осыпавшимися камнями как естественная лестница. Дженнифер спускалась по ней с головоломной скоростью, ступала уверено с отчаянием, забыв о страхе.
Иногда она хваталась за камни, съезжала по миниатюрным осыпям, пока не оказывалась снова на твердой почве и снова без колебаний бросалась вниз к новой опоре. Должно быть, она заработала массу ссадин и ушибов, но не замечала их. К счастью, она не падала. Она спустилась по нескольким коротким резким поворотам, тропа налетала на скалы и деревья и отскакивала к новым препятствиям, пока, в конце концов, девушка не спрыгнула на что-то, отдаленно похожее на дорогу.
Если кто-то крупнее серны и ходил по этой дороге, то следов этого он не оставил. Но путь между камнями можно было разглядеть, и Дженнифер отправилась по нему, почти не снизив скорости. Ни шага нельзя было сделать без помощи рук, дорога почти тряслась от близости ревущего потока, воздух наполняла светящаяся водяная пыль. Рядом поднималась черная отвесная стена, гигантский обрыв. Дженнифер прижималась к скале справа и тянула себя по практически не существующей тропе.
Довольно скоро и намеки на тропу полностью исчезли. Дженнифер остановилась отдышаться и в приступе паники осмотрелась вокруг.
Она поняла, что земля под ней мягкая и рыхлая, вязкое вещество, в котором ноги увязают по щиколотку. Она огляделась. Грубые камни торчали из грязи, как клыки. Выше и ниже — та же смесь земли и камней и ни одного живого существа. Это — след лавины. Дженнифер осторожно пошла по качающейся, зыбкой почве и скоро опять выбралась на тропу.
Теперь предстояло карабкаться, быстро подниматься по склону горы. Ступени, годные разве лишь для оленей, вели ее к усиливающемуся грому невидимого водопада. Как-то ей удалось затащить свое тело наверх и не сломать шею, но она опять на время ослепла и оглохла, осознавала только, что нужно торопиться. Казалось, она карабкается, спотыкаясь, уже вечность, побитая, израненная и почти бездыханная в кошмаре ветра и темноты, через заколдованные водой лысые горы.
Неожиданно за очередным поворотом, спустившись немного, она подошла к водопаду.
Ущелье резко поворачивало на запад, в его потаенных глубинах не было места ураганному ветру. И там была тишина. Единственный голос — невообразимый рев воды, единственный ветер — ветер потока очень близко впереди несущегося, сияя, из источника, скрытого в сотнях футов над головой.
Дженнифер остановилась, прижавшись к скале. Казалось, что вся эта мощь изливается прямо из ночного неба. Неожиданно далеко в вышине горный ураган поменял направление, оторвал кусок облака и обнажил плавающую сияющую луну. Теперь казалось, что водопад, пенясь и гремя, лился прямо из озера лунного света.
Ущелье резко прорисовалось черным и белым, проявилось от света луны. С обеих сторон громоздились скалы, голые и изломанные, впереди возвышался огромный скалистый барьер, над которым аркой нависал водопад. Направо, налево, вперед — все казалось непроходимым. Но сверху, как теневую радугу, перекинутую через поток, Дженнифер увидела путь в Испанию. Бредовый естественный мост из скал, упавших с обеих сторон ущелья, акведук из ночного кошмара, зависший нематериально в освещенных звездами брызгах. За ним водопад превращался в монолитный белый обвал, внизу он яростно раскалывался о разбитые скалы, а потом прыгал, сотней потоков, волн и струй, в черный водоем на дне ущелья.
Да, именно это. Рядом с водопадом, в конце невообразимого моста, через облака брызг пробивался слабый свет. Фонарь. Он шевелился, в неопределенном нимбе желтого света, мерцающем за летающими и падающими брызгами.
Она там. Джиллиан там. Ждет.
Дженнифер побежала, молитва на ее губах была соленой от пота.
Она уже карабкалась по последнему обрыву, который поднимался до уровня «моста», когда она наконец-то задумалась, что, ради Бога, она скажет Джиллиан.
Последний раз кузина видела ее как жертву злобы своего «мужа» на кухне в коттедже, соучастницу полиции, препятствие к безопасному уходу из Франции. Как она примет очевидное вмешательство Дженни в план их с Буссаком побега?
Девушка остановилась, попыталась отдышаться, прислонилась к уступу скалы, который преграждал ей путь, и посмотрела вверх. Тропа казалась ровной при лунном свете, обманчиво доступная скалистая лестница, поднимающаяся прямо к водопаду, лестница Иакова, прислоненная к луне… Дженнифер потерла лицо рукавом, будто пытаясь стереть наступающие призраки истощения, и, глядя на пятно света, пошла на последний штурм.
Фонарь оставался на месте, немного покачиваясь, когда тот, кто его держал, двигался. Но достаточно спокойно. Джиллиан еще там, в безопасности, испанка еще не могла до нее добраться. Пока все к лучшему… Но как, ради Бога, удастся убедить имеющую все основания быть недоверчивой Джиллиан пересечь водопад с подозрительной полузнакомой, а не ждать Буссака? Как увести ее от опасности, о которой она явно не может подозревать?
Напряжение и ужас, через которые она прошла накануне, физическое истощение, с которым Дженнифер сейчас боролась, не оставили места для способности разумно рассуждать. Она мучила себя, всхлипывала и только, когда преодолевала последние несколько футов, осознала простую правду и все возникающие отсюда осложнения.
