Читаем без скачивания Спецподразделение Чистки - Сергей Сацук

Я потер ладонью вспотевший лоб. Да, теперь все стало ясно. Но расслабляться было еще рано. Я повернулся к пульту связи и дал вызов на частоте боевого подразделения. Ответил сержант Прик. На экране монитора появилось его удивленное лицо.

— Капитан, откуда вы…

— Лейтенанта сюда, быстро, — прервал я его. Прик убежал, и вскорости к экрану монитора подсел Волат, вокруг которого столпились ребята.

— Селий, ты откуда и где пропадал, гад?

— Позже объясню. — Большим пальцем я нервно почесал кончик носа. — Ты скажи, сколько я отсутствовал?

— Да уже семнадцать местных суток, — ответил Волат. — Я уже и не думал увидеть тебя живым. Что случилось?! Где ты пропадал?!

— Да задержался кое-где… Я же сказал, позже объясню. Как там с чисткой?

— Да сделано уже все. Через несколько минут начинаю последнюю операцию, с каарами Ирави. С остальными покончено. Наши потери невелики. Кроме тех троих, о которых ты знаешь, еще двое солдат, учитывая, что Лэд жив.

— Жив, жив, — автоматически подтвердил я, думая совсем о другом. — Ты последнюю чистку когда начинаешь?

— Я же сказал, через несколько минут. Не хочу дожидаться темноты. Здесь у нас еще проблемы появились. Эти твари рогатые вновь на «шакалов» накатились.

Локу удалось одного подстрелить, но сколько их еще осталось, мы не знаем. Я думал, тебя тоже эти гадости порвали.

— Нет их больше, не волнуйся, если, конечно, Хас все головы с мертвых кааров срезал.

— Головы-то он срезает исправно… Но при чем здесь это?

— Объясню, все объясню, — как-то поспешно пробормотал я. — Ты, главное, не начинай операцию. Дождись меня!

— Хорошо, как скажешь. — Волат недоуменно пожал плечами. — Только не тяни до вечера.

Я сделал лейтенанту жест рукой, что все понял, и отключился. Почему-то мысли мои закрутились вокруг кааров. То, что я узнал, в корне изменило мое отношение к ним. Они не несли никакой опасности для нас, чтобы их чистить.

Каары сами позаботились о том, чтобы устранить ее. Жертвы своих предков, которые стремились к вечной жизни, они все эти долгие века расплачивались за их ошибки. И расплачивались самой дорогой ценой — своей жизнью. И не одной, а двумя.

Я повернулся к солдатам. Лэд уже не Держал их на прицеле, и они немного расслабились.

— Переходите в другой челнок и продолжайте дежурство, — приказал я. — Лэд, мы немедленно летим к Волату. Нужно рассказать ему…

Лэд молча кивнул. Ему не нужно было долго объяснять. Тим и двое других солдат покинули наш челнок, и мы немедленно взлетели.

Глава 19

Волат встретил меня объятиями и новыми расспросами. Я не стал вступать в предисловия и сразу принялся излагать ему свои сведения.

— В чистке не было необходимости, Волат. — Мой голос звучал тихо, с интонацией траурного вещателя. — Каары не опасны. Они сами жертвы, предков, — которые вмешались в свое ДНК и подарили себе вторую жизнь. Жизнь «мертвой головы». Каары ни в чем не виноваты. Они стремились к бессмертию, и их можно понять. Древние каары не могли знать, какой будет эта вторая жизнь. У них не было войны, Волат. И еще в истории кааров упоминается какое-то непонятное «Высвобождение». Кто-то прилетел к ним, предложил иную жизнь — бессмертную жизнь. Многие каары приняли это заманчивое предложение, но многие отвергли, и тогда их брали силой, насколько я правильно понял, сами каары, обработанные пришельцами. Когда эти пришельцы улетели, на планете остались лишь жалкие остатки от былой цивилизации. Они были обречены на медленное вымирание, на смерть и на повторную жизнь «мертвой головы», которую сделали для них предки. И тогда каары включили свои черные ящики, наподобие тех, которыми владели самисусы. Только в сотни раз более мощными. Они включили их везде, кроме этого континента. Их оружие действует и по сей день, распространяя вокруг себя смерть. Так они сами уничтожили опасность «мертвых голов», уничтожили вместе с собой. Но и здесь, где не было задействовано смертельное оружие, каары нашли способ исправить роковую ошибку предков. Они просто жили, и каждый раз, когда возникала угроза неконтролируемой смерти, они начинали войну и убивали друг друга, а затем срезали головы. Чтобы никто не смог возродиться ко второй, жуткой жизни. Им не нужна была чистка.

Нет, я не хотел отменить эту последнюю операцию. Мне просто необходимо было поделиться с Волатом своими сведениями, чтобы лишний раз убедиться в том, что ничего уже изменить нельзя.

Волат выслушал меня до конца, ни разу не перебив. И только когда я замолчал, он тихо спросил:

— Все?

— Все, — подтвердил я, — можешь начинать чистку.

Волат отдал мне честь и пошел выполнять свою работу.

Мы начали атаку через пять минут. Операция была спланирована безукоризненно. Четыре «смерча» окружили лагерь кааров Ирави, и возле каждого из них залегли по восемь солдат Чистки.

Сначала дал залп первый. Горячая волна накрыла ближайшие хижины, смела их, словно гигантской метлой, и подожгла. Затем прозвучал еще один залп и еще один.

В лагере началась паника. Оставшиеся в живых каары бросились бежать, но в противоположном конце их вновь встретил горячий смерч. Крики аборигенов разнеслись, наверное, по всему лесу. Запах их опаленных тел сделался таким едким, что мне пришлось надеть кислородную маску. Каары метались между огнем четырех «смерчей», и с каждым выстрелом их становилось все меньше и меньше. Я стоял возле развернутого НП и с хладнокровием мясника взирал на эту бойню. Из толпы обезумевших кааров вдруг выскочил Хас. Он с нескрываемой ненавистью посмотрел в мою сторону и поднял кверху стальной обруч. Я выстрелил почти не целясь. С прожженной головой колдун упал на трупы своих соплеменников и больше не пошевелился.

Через полчаса все было кончено. Солдаты Чистки прошлись по дымящемуся лагерю кааров и добили раненых. Я повернулся к стоящему рядом Волату:

— Хорошо сработано, лейтенант, на этот раз обошлось без потерь. Вызывай «шакалов», пусть уберут здесь все, но прежде срежут каарам головы. Их здесь не больше трех тысяч осталось. Насчет голов лично проследи. — Я повесил на плечо «PIO-35». — Не хочу еще раз прилетать сюда…

Последние слова я произнес тихо, скорее для себя, чем для Волата. Но лейтенант понял, что я хотел сказать.

Часть четвертая

ОБРАТНАЯ ОТДАЧА

«…Планета класса «ЗА» системы ВК.71.2. Пригодна для разработки тяжелых металлов. Опасной жизни не замечено. Ограничения в доступе нет… В чистке не нуждается…»

Из заключения спецгруппы аналитиков капитана Терри. «Период разведки».

«Планета класса «ЗА» системы ВК.71.2. Хамеон. «Период освоения». Население — менее трех тысяч человек. Прирост за год — сто процентов. Уровень жизни — выше среднего… Имеется местный институт власти, который пытается оказывать влияние на политику Совета… Замечена опасная мутация среди колонистов… Нуждается в немедленной чистке».

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ежегодной инспекции спецгруппы аналитиков майора Терри.

Глава 1

Вот я и майор, так же, как и Терри. Но, надо сказать, майора мне присвоили сразу же после операции с каарами, а на следующие пять лет о моей скромной персоне просто забыли. Я имею в виду карьеру. Без работы же нас, как и прежде, не оставляли.

Что же произошло примечательного за эти пять лет? Да ничего существенного.

Даже не знаю, останавливать ли на этом ваше внимание. Капитан Самус погиб в одной из последних чисток. Его сожрала какая-то морская тварь — даже ботинок не оставила. Что же еще? Ах вот, Лок, теперь лейтенант, уже года три, как имел одну постоянную подружку. Для него — необыкновенный рекорд. И насколько я мог судить, отношения у них были вполне серьезные. Правда, год назад подружка укатила на какую-то колонизированную планету, но Лок наведывался к ней и туда.

Куда точно? Этим я не интересовался. С меня, да и с шефа было достаточно того, что лист с пометкой «Семья» в его досье оставался по-прежнему чистым. До остального нам не было ровным счетом никакого дела.

На моем же личном фронте никаких существенных перемен за это время не произошло. Ката по-прежнему была со мной, чем существенно усложняла мне жизнь.

Нет, я любил ее не меньше, чем раньше. Но мои частые отъезды… Катарина не могла их выносить и сильно скучала. А заскучав, она не придумывала ничего лучшего, как отправляться в магазин за покупками. У нее обнаружилось к этому занятию прямо-таки болезненное пристрастие, которое вполне могло бы стать в один ряд с алкогольным и наркотическим. Я, конечно, понимаю — обеспеченная жизнь с папочкой с самого детства… Но Ката все же хватала через край. После нескольких периодов голодания, когда шкаф у нас ломился от избытка абсолютно ненужных вещей, а в рот нечего было положить, я уговорил Катарину показаться психиатру. Она упиралась не долго, в конце концов поняв, что другого выхода у нас просто нет. Но визит к врачу ничего не изменил. Что же он сказал?..