ко всему своему парню я больше не доверяю.
Так что я гляжу в пепел, желая получить ответы. Мне хочется иметь дом, которого нет. Мне хочется, чтобы Пайпер очнулась.
Наш план был придуман впопыхах. Мистер Дэвис уже готов тронуться в путь, заканчивает с распределением медвежьих банок[7]. Недалеко от меня стоят рюкзаки Сэма и Эбби. Ной будто бы зашнуровывает ботинок в ожидании сигнала. Александра прогуливается по лагерю, притворяется, что собирает мусор и другие оставшиеся следы нашего пребывания. На самом деле она смотрит, лежит ли телефон Сэма в кармане его джинсов. Она слегка мне кивает, и через меня будто пробегает электрический разряд.
Джейси возвращается из «похода в туалет», и мои легко пробегающие разряды превращаются в мощный поток. Я распрямляю спину.
Игра началась.
– Народ! – кричит Джейси. – Быстро идите сюда! Здесь рысь. Готова поклясться: это Lynx canadensis![8]
– Не может быть, – бормочет Сэм, он уже поднялся и идет в лес за Джейси.
Остальные члены группы (включая мистера Дэвиса) бросают свои занятия и спешат за ними вслед. Александра останавливается у края лагеря. Ее задача – предупредить меня, когда все поймут, что рысь вместе со своими другими подругами-рысями удивительным образом куда-то убежала.
– Я знаю, что рысь тут никогда не водилась, но я ее точно видела, – говорит Джейси, потом поворачивается к Сэму. – Дай мне свой телефон, хочу ее сфотографировать.
Сэм, тяжело вздыхая, запрокидывает голову.
– А ты не можешь…
– Быстрее! У меня батарея сдохла, рысь сейчас убежит. – Она машет рукой у него перед носом. – Может, больше не будет возможности заснять рысь в наших местах. А так у нас будет доказательство!
Сэм моргает, настойчивость Джейси точно его ошеломила, она еще и голос повысила. Где-то в лесу Ной издает клич, как мы и договаривались. Атмосфера накаляется. Джейси в панике смотрит на Сэма.
– Ты так и будешь тут стоять? Сейчас Ной всех распугает!
Пожимая плечами, Сэм отдает ей телефон. Джейси трясет им у него перед носом, мол разблокировать забыл. Сэм что-то ворчит своим хриплым голосом про рысей и неправильный пароль. В это время Джейси резко отворачивается от него и врезается в Александру, та незаметно меняет свой телефон на телефон Сэма. После этого Джейси исчезает среди сосен, остальные бегут за ней.
Я иду к Александре, она отдает мне телефон Сэма. Один раз ободряюще мне кивнув, она убирает с лица волосы и направляется в лес.
Как только она исчезает, я со всех ног бегу к большому дереву, растущему в противоположной части лагеря, сажусь за ним – и сразу же начинаю просматривать сообщения в телефоне Сэма. Первым стоит имя «Эбби», я пролистываю сообщения, но от мистера Дэвиса и участников футбольной команды ничего нет. Чувствую во рту привкус желчи, она обжигает заднюю стенку гортани: для заключения сделок и преступных переговоров наркодилеры используют другие телефоны.
Но я уже зашла слишком далеко. Так что черт с ним со всем! Я открываю сообщения от Эбби и прокручиваю до среды, шестнадцатого сентября.
И вот оно!
[16:05] Эбби: Пайпер задает вопросы.
[16:06] Сэм: Я с этим разберусь.
По моему телу разливается холод, кровь стынет в жилах. Мой телефон выключен. Пока я буду его включать и фотографировать экран, Сэм поймет, что никакой рыси нет, вернется и увидит, как я копаюсь в его сотовом. Я делаю скриншот и открываю «Новое сообщение», хочу его отправить себе. Набираю номер, но вдруг за спиной слышу чьи-то шаги. В воздухе витает запах земли. Решив, что это Александра, открываю рот – на зубах хрустит песок.
Удар. Резкая боль. Свет. Тьма. Звон разбитого стекла.
Я падаю.
Пайпер
День, когда она упала
Эбби все еще сидит в грузовике. Прохожу мимо и, увидев ее, изображаю удивление. Она смотрит на меня через опущенное стекло.
– Эбби?
Выпрямившись, она берет с приборной доски свои черные солнцезащитные очки от «Вэнс» и захлопывает «Великого Гэтсби» в мягкой обложке.
– О, привет, Пайпер. Как дела?
– Спешу на дополнительное занятие Школы выживания. Я немного опаздываю.
Она тупо на меня смотрит.
– Сегодня среда, Пайпер.
– Правильно. Ты же сама передала мне записку от мистера Дэвиса.
Она или не понимает, о чем я говорю, или понимает, но притворяется, что до нее не доходит.
– В той записке меня пригласили на дополнительное занятие.
Она сжимает губы и медленно вдыхает.
– А, это. – Она облокачивается на дверцу. – Послушай, Пайпер, тебе, наверное, следует знать…
– Что знать? – спрашиваю я, испытывая облегчение, хоть кто-то знает про сегодняшнее собрание.
Накручивая на палец рыжий локон, Эбби отводит от меня взгляд.
– Это дополнительное занятие перенесли. У мистера Дэвиса не получилось вписать его в свой график. Жаль, что об отмене тебе не сказали.
Но это ложь. Грант не слышал ни о самом дополнительном занятии, ни об его отмене.
– Ничего страшного, – говорю я, собираясь написать Ною, знает ли он о дополнительном собрании.
Затем я вспоминаю, что мы не разговариваем.
– Ты ни в чем не виновата, – добавляю я, опуская телефон. – Но мистеру Дэвису стоит подумать о том, что все дополнительные занятия лучше проводить в школе – ни к чему так далеко ехать.
– Правильно, – она издает нервный смешок.
– Меня беспокоит, что Кроуфорд по пути на Точку может потеряться. Он же там один.
Я никогда не называю Ноя по фамилии, мне жутко непривычно.
Эбби понимающе на меня смотрит.
– Я уверена: с ним все в порядке. Возможно, записка мистера Дэвиса, адресованная тебе, затерялась где-то среди пачек бумаг у него в кабинете. – Она достает жвачку и предлагает мне. – Вы еще… не помирились?
Помирились? Для этого необходимо желание обоих. Но мы до сих пор не общаемся. Сегодняшний разговор во время обеденного перерыва это подтвердил.
– Не помирились, – признаюсь я.
Я подхожу ближе и чувствую, как внутри грузовика пахнет сигаретами. Разворачиваю упаковку и кладу жвачку в рот. Сильный вкус мяты окутывает мой язык. Хочу взять диктофон, засовываю руку в карман, но там пусто. Скорее всего, забыла его в кабинете мистера Дэвиса.
Мой мозг раскалывается на тысячу мелких кусочков. Эбби неотрывно на меня смотрит. Я верчу в руке телефон, ищу в нем диктофон, которым я никогда не пользуюсь. Притворяюсь, будто просматриваю сообщения. Выдавливаю из себя слезы, нажимаю на «Запись». Но напрягаюсь я не сильно – уже несколько часов я еле сдерживаю слезы.
– Сейчас я переживаю один из самых сложных периодов в своей жизни, – начинаю я. – И я подумала… – Эбби кивает, слегка склонив голову
