Дели? Ты думаешь, он будет предан только из-за того, что я его прадед? Как только он освоится, то поймёт, что есть масса вариантов выгодно продать нас и упрочить своё положение.
Замолкает и видя, что его давний друг хочет что-то сказать, взмахивает рукой, прерывая его. Заканчивает свою мысль.
— Он ничем нам не обязан. А после организации принудительного трансфера на Балканы вполне может посчитать врагами. К тому же у императора немало своих собственных менталистов. Преторианцы раскусят его в два счёта. После чего перебьют нас всех вместе с семьями.
На этот раз, Гирр несколько секунд выжидает. Убедившись, что Корлений не собирается ничего добавлять, отвечает.
— Нас в любом случае перебьют. Император готовит свои железнобые кадры. Ты в курсе сколько человек выпустят его академии этим летом? Двести сорок пять тысяч молодых офицеров. Их обучают так, что они там едва не поклоны перед его картинами отбивают. Преторианцы промывают мозги ментальными техниками, вбивая нужные установки каждую неделю. Хочу заметить, там учатся только неодарённые. И никого из аристократов. Да ты сам видел, на кого похожи эти парни. Натуральные зомби, которые разве что не дрочат на своего императора.
Веспасиан неожиданно усмехается.
— Я как-то был в Софийской академии, так у них в туалете висит портрет императора. Как знать, насколько далеко распространяется их обожание нашего великого и мудрого правителя.
Убрав с лица весёлое выражение, продолжает.
— Если серьёзно, все и так в курсе, что он готовит большую чистку. Самые активные уже мертвы или выдавлены из страны. Кровавая бойня, что заберёт всех имеющих своё собственное мнение, только вопрос времени. Но я не думаю, что нам сможет помочь одинокий начинающий менталист.
Несколько секунд оба молчат. Потом Гирр неуверенно уточняет.
— Как тогда быть? Бежать до того, как по наши души явятся его ублюдки? Поднять мятеж?
Хозяин кабинета, занимающий должность проконсула Балканской провинции, качает головой.
— Слишком много железнолобых среди офицерского состава. Командиры легионов пойдут за нами. Но центурионы… Как минимум, две трети не поддержат. А солдаты следуют только за ними.
— У тебя есть пятьдесят второй. Эти выполнят любой твой приказ.
Корнелий кивает.
— Возможно. Но это всего один легион. Даже если нашу сторону примут все, шансов на успех почти нет. Для этого нужна поддержка других провинций.
Гирр Луциан хмурит брови.
— Мы ведь уже обсуждали это. Север поднимется, как только мы начнём действовать. И у нас есть союзники в Малой Азии. Если объединить силы, то этого будет достаточно.
Прадед Теодора Ли-Корнелий скептически хмыкает.
— Достаточно для чего, Гирр? Извини, но ты не воевал. Плёл интрига, строил планы, разрабатывал стратегии дипломатии, но никогда не командовал войсками на поле боя.
Выдохнув, продолжает.
— Предположим, мы поднимем восстание и перебьём всех железнолобых, спалив трупы этих упёртых выблядков во славу свободы. Если всё получится, под нашим командованием окажется восемнадцать легионов, в которых острый некомплект офицеров и весьма спорный моральный дух. А ещё мы будем отрезаны от всего снабжения. На первое время хватит того, что есть на складах и хранилищах. Но потом нам потребуются ресурсы. Топливо, снаряды, ракеты, запасные части для ремонта техники и самолётов. Дохера всего, Гирр. И это только для армии. А ведь гражданские тоже никуда не денутся.
Второй мужчина открывает рот, но Веспасиан поднимает руку.
— Я ещё не закончил. Проконсул провинции Малая Азия не с нами. Часть легатов и центурионов, да. Но не он. К тому же, с некоторыми легионами нет никаких контактов. Скорее всего они останутся на стороне императора. То есть там начнётся локальная заварушка, в которую нам придётся вмешаться, если не хотим потерять территорию. Потери будут неизбежны. То есть, при нашем успехе, под контролем окажется большая территория, которую нужно оборонять силами пары десятков полнокровных легионов. На бумаге их наверняка будет больше, но я предпочитаю считать настоящих солдат. Нас уничтожат за месяц и это максимум. Скорее всего мятеж будет подавлен ещё раньше.
Его старый друг с возмущением машет головой.
— Ты забываешь о недовольстве древних родов и легатов. Все понимают, к чему ведёт этот психопат. Сенат забит выродками, что лижут его жопу и забыли для чего они там вообще собираются. Армия наполняется зомбированными железнолобыми. Древние рода истребляются или отстраняются от власти. Он не остановится, пока не перемелет абсолютно всех. Тогда от империи останется только пустая оболочка, набитая пылью. Наш Рим, ради которого мы столько сражались и убивали, перестанет существовать. Останется только уродливый гомункул, пляшущий на его могиле.
Корнелий тяжело вздыхает.
— Это я сражался и убивал за Рим. А ты лишь водил вокруг носа дипломатов, да иногда разоблачал чужие сети влияния. И вообще, ты не в Сенате выступаешь, можно обойтись без лишнего пафоса.
Чуть помолчав, продолжает.
— Хотя суть верна. Наш славный император рано или поздно угробит империю. Но боюсь, такие как мы, это последняя линия обороны. Поднимем восстание, которое закончится провалом и этот нарцисс воспользуется возможностью, чтобы вычистить армию полностью. Особенно, если отдельные легаты решат нас поддержать. А потом отправит войска на север, опустошив провинции. Это станет концом.
Почти синхронно вздыхают, после чего Гирр с лёгким возмущением уточняет.
— Что ты тогда предлагаешь делать? Сидеть сложа руки и ждать, пока нас отправят в отставку, а потом пристрелят в собственных имениях или запрут там под домашним арестом, дозволив наблюдать, как империя погружается в кровавое дерьмо?
Секунд десять Веспасиан Корнелий молчит, отстукивая на столешнице мелодию марша. Потом кивает своим собственным мыслям.
— Готовиться. Планировать. Выжидать момент. Пусть редко, но эта мразь выбирается из столицы. Если получится убрать его одним ударом, всё станет куда проще. А если нет… Значит рано или поздно мы дадим свой последний бой и покажем этим выродкам, как сражаются и умирают настоящие римские офицеры.
На лице его приятеля появляется усмешка.
— И ты ещё меня обвинял в излишнем пафосе? Что с твоим правнуком? Он ведь действительно может нам пригодиться.
— Может. Но не факт, что пригодится. Пока риски перевешивают потенциальную выгоду. Как только всё станет наоборот, начнём действовать. А пока предлагаю ещё раз пройтись по списку всех легионов и прикинуть, кого ещё можно склонить на нашу сторону.
