Прошло очень много времени, прежде чем к ним стало возвращаться ощущение реальности. И когда это произошло, Лиза почувствовала тяжесть и жар его тела и улыбнулась.
Как же она любит этого мужчину!
Лиза положила руку на спину Мика и прижала его к себе, желая всеми силами души, чтобы он понял, что его счастье, его будущее находится с ним рядом.
Что его счастье — это она.
Когда Лиза проснулась, она увидела, что Мик стоит у окна и смотрит в ночь.
— Мик! — тихо позвала она его.
— Как здесь тихо!
Лиза не знала, что сказать, и промолчала, не желая нарушать ночную тишину, которая была разлита повсюду, тишину, не тяготившую их, которой не нужны были слова. Они долго молчали.
— Ты уедешь завтра вечером?
— Да.
— Как долго тебя не будет? — спросила Лиза через некоторое время.
— Я не знаю, — неуверенно произнес Мик.
— Ты вернешься?
Он вздохнул.
— Не знаю. Я хотел бы ответить тебе определенно, но пока не могу. Мои братья будут ждать меня в Уединенном.
— Я хочу, чтобы ты говорил со мной честно.
— Я хочу остаться здесь, но…
— Тебя ждут твои дела?
— Да. Бин зашел слишком далеко. Я не могу позволить ему принести несчастье еще кому-нибудь. — Мик взглянул на Лизу. — Особенно тебе.
— Я понимаю.
— Ты должна немедленно сообщить мне, если почувствуешь, что у нас будет ребенок.
Казалось, Лиза хочет возразить ему, но потом она все же кивнула.
— Ты всегда меня понимала.
Она посмотрела на свои пальцы, нервно теребящие край простыни.
— Нет. Дело совсем в другом. Мне хочется умолять тебя, чтобы ты остался, но я не могу. Я слишком эгоистична и хочу, чтобы ты остался со мной только в том случае, если ты поймешь, что не можешь жить без меня. У меня есть маленькая надежда на то, что когда-нибудь это произойдет, и пока мне этого достаточно.
Мик сел на кровать рядом с ней. Лиза никогда, даже за пять лет войны, не испытывала такой тоски и страха. Да, этот человек был ей дороже всего на свете. Мик покачал головой.
— Все всегда оказывается совсем не таким, каким представляешь себе, — сказал он. — А как у тебя, Лиза? — Он наклонился к ней, его губы были совсем близко. — О каком будущем ты мечтала?
— Я не думала о будущем, пока не встретила тебя.
Мик закрыл глаза. Ее слова глубоко тронули его.
— Я хотел бы исполнить какое-нибудь твое желание, чтобы отплатить тебе за то, что, благодаря тебе, я снова почувствовал, что значит жить, что значит любить.
Признание Мика — это все, что ей было нужно. Любовь. Он действительно любил ее! Но Лиза смотрела на него и понимала, что он все еще сомневается и не уверен, есть ли у их любви будущее.
— Если бы у тебя была возможность получить то, о чем ты мечтала эти пять лет, пока шла война, о чем бы ты попросила?
Лиза серьезно подумала, прежде чем ответить.
— Я всегда хотела потанцевать.
— Потанцевать?
— Мне было всего восемнадцать, когда началась война. Мой жених считал танцы слишком фривольным занятием, а до того как я встретила Билла, отец не разрешал мне проводить время с мальчиками в городе. Он не хотел, чтобы я так же рано, как он и мама, обзавелась семьей. Он был очень суров в этом отношении и не позволял мне бывать ни в каких компаниях.
— Но когда погиб твой жених, ты была еще очень молода, и никто не мог бы обвинить тебя в том, что ты ходишь на вечеринки.
Лиза пожала плечами.
— Я думаю… — Она замолчала, и Мик взглядом подбодрил ее. — К тому времени уже не было ни танцев, ни мальчиков.
Он встал и потянул ее к себе.
— Тогда потанцуй сейчас со мной.
Лиза с готовностью шагнула к нему, в его объятия. По тому, как он легко и уверенно вел такую неопытную ученицу, как она, тихонько напевая ей на ухо вальс, было видно, что он очень искусный танцор. Но скоро им уже не нужно было заботиться о работе ног и ритме. Их снова подхватил вихрь страсти, объятия становились все крепче и крепче, и они стояли, легко покачиваясь, охваченные нежностью, не в силах оторваться друг от друга.
«Пусть хотя бы это навсегда останется со мной», — думала Лиза. Откинув голову, она закрыла глаза и молилась. Молилась о том, чтобы Мик был счастлив, о том, чтобы он нашел цель в жизни.
Молилась о том, чтобы он всегда был рядом с ней.
Глава 19
Мик собирался уйти перед самым восходом солнца. Он не хотел покидать этот дом раньше, чем было необходимо. Рассвет стремительно приближался, и у Мика оставалось время только на последний поцелуй, последний взгляд.
Он вошел в спальню и в лунном свете увидел женщину, обнимающую подушку, которую Мик положил вместо себя. Когда Лиза проснется, то страшно разозлится. Он обещал остаться еще на один день, но не мог сдержать своего обещания, поскольку знал, что тем самым подвергнет ее очень большой опасности. Он должен уйти сейчас, пока есть время. Он никогда не простит себе, если по его вине что-нибудь случится с ней или с мальчиками.
Наклонившись, Мик поцеловал Лизу в щеку. Она слабо улыбнулась во сне, но не проснулась. И он горячо поблагодарил Бога за это.
Лиза была так молода, так прекрасна! Она вернула его к жизни, научила вновь ощущать радость бытия. Он хотел жить, хотел быть счастливым. Но нужно было уходить. Оставалось только надеяться на то, что их любовь не умрет. И он хотел, чтобы все было по-другому, когда он вернется. Мик пришел к этой мысли сегодня ночью. Он не хотел быть любовником Лизы. Он хотел стать ее мужем. Мик хотел, чтобы его душа стала самой близкой для нее. Он хотел быть отцом се детей.
Наклонившись еще раз, он поцеловал ее в ухо и прошептал:
— Лиза, я люблю тебя больше жизни. — Затем, положив красную розу на подушку рядом с ней, выпрямился и, развернувшись, пошел к двери, изо всех сил заставляя себя не оборачиваться и не останавливаться.
Мик вошел в кухню и стал укладывать вещи, которые приготовил час назад, после того, как помылся и срезал с куста розу. У него были еда и вода, а также походное одеяло, револьвер и новая пара сапог — в общем, все необходимое.
Неожиданно скрипнула дверь.
— Мик?
Он похолодел, детский голосок проник в самое его сердце. Оскар. Маленький Оскар. Повернувшись, он увидел на лице мальчика удивление.
— Куда ты собираешься?
Мик не знал, что ответить. Он не хотел врать ему и в то же время не хотел, чтобы Оскар разбудил Лизу.
Сев на корточки, Мик поманил мальчика к себе, и, когда тот подошел, взъерошил его волосы.
— Скажи мне, — начал он, надеясь отвлечь внимание ребенка, — почему тебя назвали Оскаром? Ведь все твои братья названы в честь каких-нибудь путешественников и первооткрывателей. Правильно?
