Устроившись за столом, Руслан первым делом церемонно кивнул супругам Кондаковым. В ответ Игорь виновато опустил глаза, а Александра, наоборот, в упор посмотрела на Руслана. Она оставалось такой же красивой и желанной, как и несколько лет назад и хотела поговорить. О чем? Единственное, что сейчас интересовало Говорчука, так это обстоятельства гибели сестры. Необходимо было узнать все о том, как провела Елена последние дни. Возможно, она стала жертвой убийцы не случайно. В конце концов, сестра могла узнать то, чего знать было не положено.
При мысли о заговоре в маленьком райцентре Руслан невесело усмехнулся. В этом городке о любой тайне знали все от мала до велика, а самым большим секретом были сроки окончания ремонта главной дороги, которую проклинали все автомобилисты.
На плечо легла чья-то рука. Руслан поднял голову и увидел василькового цвета глаза Александры.
– Привет. Руслан.
– Здравствуй. Присаживайся, – Руслан кивнул на свободный стул.
– Нет уж. Лучше во двор выйдем.
Говорчук вновь оказался на крыльце.
– Игорек не заревнует? – насмешливо поинтересовался он у Саши.
– А ты все еще дуешься? – не осталась в долгу та.
– Ты что-то хотела мне сообщить? – Руслан придал своему голосу деловую сухость, но получалось это из рук вон плохо. Тонкий аромат духов Александры кружил голову и будил такие желания, от которых Говорчуку делалось не по себе.
– Я хотела, чтобы ты нашел время побывать в нашем музее.
– Чего я там не видел?
– Твоя сестра в последнее время очень интересовалась историей нашего района. Была активным членом школьного кружка «Поиск» и даже повздорила по поводу экспонатов кое с кем из больших начальников.
– Наверное, с Владленом Чернышевым? – усмехнулся Руслан.
– В самую точку! – не поддержала иронии Александра. – Ты уже что-то знаешь?
Говорчук не успел ответить. Скрипнула калитка и из темноты показался приземистый мужичок с огромной сумкой, наполненной, судя по звяканью пустыми бутылками.
– Привет! – мужик бесцеремонно протиснулся между Русланом и Александрой. – Машка дома?
– Кому Машка, а кому и Мария Федоровна! – Руслан схватил наглеца за воротник потрепанной куртки. – Куда прешься?! Здесь что: пункт приема стеклотары?
– А ты кто такой, чтоб меня за шиворот хватать? Сейчас…
Угроза застряла в глотке мужика, потому, что раздосадованный Говорчук сомкнул на воротнике сдатчика бутылок вторую руку и оторвал обутые в резиновые сапоги ноги от досок крыльца.
– Пусти! Ты вроде Машин племянник? А я – Борис!
Борис, судя по всему, очень трепетно относился к собственной персоне и насилия не терпел. Руслан отпустил пленника.
– Что ж сразу руки распускать? Я с твоей теткой не первый год знаком. По хозяйству помогаю. Заборчик вона подправил, дровишки поколол, – перечислял свои заслуги Борис. – В общем, на все руки мастер!
– Горе у нас, мастер…
– Слышал, – покачал головой Борис. – Пытаюсь, между прочим, по своим каналам, кое-что про этого изверга разузнать. У меня связей много!
Из дома вышла Мария Федоровна и кивнула Борису.
– Проходи. Только сумку свою в коридоре оставь и за столом прилично веди. Не свадьба все-таки…
– Понимаю!
Борис проскользнул за дверь, тетка последовала за ним.
– Что же за проныра? – поинтересовался Руслан у Александры.
– Личность известная, – усмехнулась та. – Без Бориса наш городок потерял бы свою индивидуальность. Собирает бутылки, макулатуру, помогает одиноким старикам по хозяйству за умеренную плату в жидком виде. Где-то в районе свалки живет, и все про всех знает. Так заглянешь в музей?
– Всенепременно! Пойдем-ка в дом, а то твой муженек, ерзая от неизвестности, дырку на штанах протрет.
Когда приглашенные разошлись, Руслан сказал тетке, что будет спать в комнате сестры. Он улегся на кровать, еще раз перечитал неоконченное сочинение и выдвинул ящик письменного стола, чтобы положить тетрадь.
Толстая кожаная папка, в которой Елена хранила готовые рисунки и наброски, не была завязана на тесемки. Из нее торчал край акварели. Вытащив ее, Говорчук сразу понял, что рисунок имеет прямое отношение к сочинению.
Там была изображена вившаяся между зеленых холмов пыльная дорога. По обеим ее сторонам были разбросаны поля, а за ближайшим пригорком виднелись деревянные крыши домов и печные трубы.
Общее светлое настроение, которая производила акварель, нарушал видневшийся на горизонте лес. Он еще не был закончен, но и одного наброска хватало для того, чтобы понять: ничего хорошего ждать от этого леса не стоит.
Размышляя над вопиющим диссонансом между передним и задним планами акварели, Руслан уснул.
5
Утром, с трудом дождавшись девяти часов, он отправился в музей. Александра встретила его у порога, словно дожидалась специально.
– Здравствуй, все-такипришел осмотреть мое хозяйство?
– Так приглашала же, – Руслан с некоторым удовлетворением отметил, что очки в дорогой оправе немного старят его школьную возлюбленную. – Ну и чем же богат мой родимый край?
– Прежде всего, людьми! Полюбуйся-ка этими фотографиями! Это все – Герои Советского Союза!
– Неужели местные?
– Именно!
– Здесь участники партизанского движения, боев за освобождение района и так далее.
Вдоволь налюбовавшись фотографиями именитых земляков, Говорчук перешел в следующую комнату, где под стеклом были разложены медали, ордена, флотские кортики, старые армейские бинокли.
– Интересно? – поинтересовалась Кондакова.
– Безумно! Жаль, что такого музея не было раньше. Будь я мальчишкой, дни и ночи проводил бы здесь!
– Так и поступают наши ребята. Кстати большинство этих экспонатов собраны активистами школьного кружка «Поиск».
– Это тот, в котором состояла Лена?
– Да, – Александра опустила голову. – Она очень помогала мне. А вот и пистолет, из-за которого разгорелся весь сыр-бор.
Руслан наклонился, чтобы получше рассмотреть тяжелый немецкий «люгер».
– Сыр-бор?
– Ну да. Пистолет нашла лично Леночка, а когда он исчез из экспозиции, обвинила в этом не кого-нибудь, а самого Владлена Петровича Чернышева, нашего куратора и очень уважаемого в городе человека.
– И чем же он добился такого уважения? Воевал? Летал в космос?
– Нет. В годы войны Владлен Петрович работал в крупной армейской газете…
– Ага. Значит, громил фашистов словом! Думаю, что от его искрометных статей гитлеровцы с плачем складывали оружие и сдавались на милость наших войск. Потом, конечно, партийная работа, персональная пенсия и уверенность в том, что ты – неотъемлемая и лучшая часть истории родного края. Значит, этот Владлен не дает вам покоя даже на пенсии?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
