– Мама моя так Иной и не стала, все мне отдала до последнего, даже то, чего не знала. На радость дочку родила, да? Она вообще хорошая мама у меня, только уж очень прощать всех любит. – Вера растянула горловину торбы. – Ну что, жалко тебе меня, дозорный?
– Жалко, – сказал Тим.
Повесить амулет на шею ей не позволят. Но его можно, его можно… Проглотить!
– Ты задержана!
Они перекинулись одновременно. Лиса, вместо того чтобы удирать, вдруг припала на передние лапы и, словно игривая кошка, сунула остренькую мордочку в торбу, валявшуюся на земле. Тим прыгнул. Одним гигантским прыжком он преодолел вязкое сумеречное пространство, отделявшее его от лисы. Придавленная Вера клацнула зубами и заглотила почти всю цепочку, но не амулет, который болтался у нее теперь под нижней челюстью. Цепь едва не порвала горло. Вырвавшаяся на свободу Темная магия превратила лисицу в грязно-рыжего монстра с перекачанной верхней половиной туловища. И этот уродец рывком стряхнул с себя пуму.
Тим, обалдевший от неожиданности, свалился с бугристого торса и едва увернулся от когтистой лапы. Сумеречные звери сцепились и покатились по земле. Лисица давилась цепью амулета, заглатывая ее все глубже. Откуда-то сверху прыгнул Емельян, ударом Меча вспорол твари скулу и выхватил кусок мяса с бычьей шеи. Подбежавший стажер ударил знаком Силы.
– Амулет! – закричал он. – У нее амулет!
Тим вывернулся из-под передних лап, превратившихся в настоящие колонны, и хватанул бестию за тощий крестец, прижав к земле худосочные задние ноги. Рывок был таким, словно Тим попытался удержать локомотив. Раздался хриплый визг, омерзительный треск сухожилий – уже непонятно чьих, и в этот миг сверкающий «белый меч» Емельяна, казалось, обрушился твари прямо на голову…
Где-то совсем рядом гулко хлопнуло, и словно со звоном порвалась в Сумраке гитарная струна. Лисица обмякла, забилась в судорогах, и Тим отполз в сторону, зачарованно глядя, как рыжая тварь на глазах теряет массу.
Придерживая обмякшую лису за шкирку, Емельян подобрал с земли черный резной ключ и перерубленную цепочку.
– Все, ребята. Выходим из Сумрака. Девушку не забудьте! Дима, я ж тебе говорил ее не оставлять…
* * *
В город Светлая Иная Елена Белова возвращалась вместе с сотрудниками Ночного Дозора.
Бедолагу-таксиста нашел стажер Дима, снял с него заклятие покорности и отправил мужика домой. Веру Малкину сдали подоспевшему подкреплению. Злополучный медальон – подоспевшему руководству в лице начальника оперативного отдела. Тот взглянул на вещицу, громко выругался и принялся немедленно куда-то звонить, после чего рядом с ним раскрылась прямоугольная рамка портала, приведя Диму в неописуемый восторг.
Но тут дозорных поблагодарили за работу и настойчиво предложили им поехать в офис писать рапорт, прихватив с собой новоиспеченную Светлую Иную.
Лена сидела на переднем сиденье «лендкрузера», на почетном месте рядом с Емельяном, и чувствовала себя девушкой Джеймса Бонда.
– Значит, Клавдия оборотнем не стала, а вместо нее при укусе заразилась ее нерожденная дочка? – переспросила она.
– Можно и так сказать, – кивнул Емельян.
– Леночка, вы просто на лету все схватываете!
– Из вас отличный оперативник получится, приходите к нам в Дозор! – с энтузиазмом раздалось сзади.
Емельян ухмыльнулся. Лена смущенно убрала за ухо белокурый локон.
– Так, значит, эта Вера Малкина в самом деле в лису превращалась?
– Конечно.
– А почему это так опасно? Есть хищники и пострашнее. Тот же медведь, например.
– Иные еще отличаются уровнем Силы, Лена. Вам потом подробно расскажут. Но отчасти вы правы. Чаще всего лиса, даже сумеречная, действительно не самый страшный зверь, – сказал Емельян. – Тут все дело было в старинном артефакте, который Вера Малкина где-то в округе откопала. Никто до конца не знает, откуда оборотни и маги-перевертыши берут сумеречную массу для трансформации. И еще меньше изучено, как именно они массу скидывают. Ведь оборачиваться можно не только в тигра или волка, но и, например, в птицу или мышь.
– «Кот в сапогах»! – воскликнула Лена. – Людоед погиб в облике маленькой мышки.
– Точно.
– Сумеречные фантомы! – сокрушенно сказал Тим с заднего сиденья. – Как мне сразу в голову не пришло? Там же одна мелочь кружилась. И я единственный, кто реально это учуял… И даже значения не придал! Как я так затупил, а?
– Да брось, Тим, – откликнулся Емельян. – Темный амулет, который долгие века аккумулировал в себе крупицы потерянной оборотнями массы, чтобы, переполнившись, начать выдавать ее обратно… Это ж артефакт из артефактов! Даже наш шеф про такое не слышал. И мне тоже в голову не пришло. Никто б не догадался.
– Ну да. Вот уж точно: кто ищет в Сумраке, тот находит. Вере Малкиной, одержимой жаждой мести, такой амулет позарез нужен был… Вот она и нашла.
– Тимофей, а вы не обидитесь, если я вас спрошу? – сказала Лена, в которой проснулся журналист.
– На вас – никогда!
– Скажите… – Она обернулась. – А что это за зверь, в которого… которым вы… Такой на льва без гривы похож… – Лена совсем смутилась.
– Пума.
– О-бал-деть! – прошептала девушка. – Это же невероятно, просто невероятно!
– Лена, а что вы делаете завтра, то есть уже сегодня вечером? – деловито спросил Тим, взглянув на часы.
– Н-ничего… – Она посмотрела в светло-карие, почти желтые глаза парня и покраснела.
– Давайте встретимся, – предложил он. – Я вам расскажу, чем маги-перевертыши отличаются от оборотней.
– Н-ну… Давайте.
– Ай, молодца! Учись, Димон! – сказал Емельян и многозначительно взглянул в зеркало заднего вида.
Лене казалось, что она влюбилась в обоих оперативников Ночного Дозора, в худощавого паренька-стажера и в целый сумеречный мир с его пепельными красками и неразрешимыми загадками. И в невероятный, льющийся со всех сторон Свет. Она еще совсем не ощущала себя волшебницей. И очень боялась проснуться. «Какое же это счастье – найти своих. Какое счастье!» – повторяла она про себя, откинувшись на спинку сиденья.
Максим Черепанов. Прилетит вдруг волшебник
– Начинаем занятие. Тема – преступления против нравственности.
Игорь хмуро оглядел группу. Четверо парней и три девчонки раннестуденческого возраста. Если повезет, половина из них закончит обучение и сможет принести посильную пользу Дозору. С каждым годом курсанты в наборе все хуже, или это только кажется? Становлюсь брюзгой, подумал он. Со своей проседью я вообще должен казаться им глубоким стариком, даром что выгляжу от силы на тридцать…
– Представляю сегодняшнего ассистента, – продолжил Игорь, – Виктор. Темный маг, второй уровень.
– Добрый день, – негромко поздоровался Виктор.
– Здравствуйте, – глухо и нестройно ответила группа. Виктор осклабился и почесал за ухом.
– Коллега любезно согласился прийти к нам, чтобы продемонстрировать действие заклинаний, многие из которых Светлым недоступны. Необходимо это уважать и ценить.
Тепла в глазах курсантов не прибавилось. Молодцы, подумал Игорь. Глупые, конечно, порывистые, но искренние. Сам когда-то таким был. Давно.
– Итак, – продолжил он, сцепив руки в замок, – преступлений против людей со стороны Иных – множество. Убийства, отъем крови, вмешательства в сознание самого разного рода. Сегодня мы поговорим о тех вмешательствах, жертвами которых обычно становятся симпатичные девушки. Степанцов, и симпатичные юноши иногда тоже, так что предлагаю не отвлекаться…
Степанцов хохотнул, но его не поддержали.
– Виктор, прошу.
Темный наклонился вперед и внимательно осмотрел группу.
– Мне нужен доброволец, – мягко произнес он, – вот вы, – и его палец с холеным ногтем указал на Машу.
Маша встала и вопросительно посмотрела на преподавателя. Игорь коротко кивнул.
Темный широким жестом указал на стул в паре метров от себя. Маша прошла, чеканя шаг, и села, плотно сжав колени. Ее высокая грудь от волнения вздымалась, белый брючный костюм не скрывал достоинств фигуры.
– У вас есть молодой человек, Мария? – вкрадчиво осведомился Темный.
– Да! – с вызовом ответила курсантка.
– Вы его очень любите?
– Глупый вопрос. Конечно.
– А если я, например, попробую вас поцеловать?
– То я с превеликим удовольствием дам вам пощечину.
С галерки одобрительно загудели. Виктор ухмыльнулся и облизнул губы кончиком раздвоенного языка. Игорь заметил, как пару курсантов с непривычки передернуло, а Маша немного побледнела, и ободряюще улыбнулся ей.
– Прекрасно, – громко сказал Виктор, – то, что нужно. Начнем с простого. Если бы с нашей Машей имел дело злоумышленник пятого уровня, он не стал бы далеко ходить, тут все очевидно, старый добрый «Морфей». Вуаля!
