приладить…
— Нет, не вариант, — покачал я головой. — Они не будут держаться и, скорее всего, будут слишком заметными. Есть более надежный способ.
— Какой же? — и Хаген, и Эрион с любопытством уставились на меня.
— Есть красные чернила?
Эрион задумался, а после утвердительно кивнул, но тут же неуверенно добавил:
— Не думаю, что если нарисовать ими сверху глаз, оно не расползётся.
— Сверху и не надо, нужно ввести внутрь.
Эрион озадаченно нахмурил лоб, явно не понимая, что я собираюсь делать. В этот самый миг откуда-то из-за стены послышался женский всхлип и тихий сдавленный, горестный плач.
— Это еще кто? — шепотом спросил Хаген, уставившись на стену.
— Герцогиня Линетт, по всей видимости, — развел руками Эрион. — Там ее покои.
— Наверное, ей нужна помощь? — предположил я.
— Думаю, ей и без нас помогут, — нахмурился Эрион, — у нее есть служанка, да и охраняют ее, как священный артефакт.
За стеной заплакали еще горестнее, еще отчаяние.
— Не похоже, что ей кто-то там помогает, — сказал я. — Может, лучше сходите и узнаете, в чем дело? Не может же девушка посреди ночи просто так рыдать.
Эрион тяжело вздохнул:
— Вы, Теодор, видимо, совсем не знаете молодых женщин. Могут они рыдать просто так, еще как могут. Мало ли что пришло в голову этой юной особое? Может, платье испортила, а может, сережку потеряла. Не стоит так переживать. Да и никто меня к ней не пустит. Говорю же, ее охраняют четыре имперских гвардейца, а еще при ней круглосуточно служанка. Просто не обращайте внимания.
Я покосился на стену, откуда теперь доносились лишь редкие всхлипы. Я прекрасно понимал, почему Эрион предпочел закрыть на это глаза. Невеста императора для всех табу, чтобы там не происходило с ней за закрытыми дверями, никто в это вмешиваться не станет. Вот только мне почему-то от этого ее плача становилось не по себе.
Хаген, словно бы поняв, о чем я сейчас думаю, взял меня за плечо и отвернул от стены, как бы намекая, что нужно вернуться к проблеме, а это не наше дело.
— Мастер Эрион, — сказал я, — несите чернила и еще прихватите иглу.
Эрион не стал спорить и тут же ушел. Мы же с Хагеном тем временем занялись делами.
Во-первых, Хаген развоплотил нежить, а после поднял я, чтобы забрать контроль. Во-вторых, мы его тщательно осмотрели, убедились, что никаких видимых повреждений нет. К счастью, та рана на виске, которую я нанес, успела зажить при жизни демона.
Затем я заморозил нежить, и собирался я так держать эту температуру все время, иначе завтра на солнце он начнёт невыносимо вонять. Нагрудник Неспящего был испорчен, но Эрион обещал принести другой, мы сменили только сожжённую разрушением рубашку и плащ.
Через полчаса мастер Эрион принес чернила и кучу игл разных размеров. Сначала я было хотел сделать отверстие в игле, чтобы получить что-то вроде медицинской иглы, но при первой же попытке отказался от этой затеи. Разрушением убрать полость из иглы оказалось невероятно сложно: или я ее полностью разрушал, или она ломалась. Это слишком тонкая, практически ювелирна работа, чтобы по-быстрому такое смастерить.
Хаген понял, что я пытаюсь сделать и тогда сказал:
— Чернила ведь жидкость, можно попробовать через небольшой надрез их туда залить с помощью водной грани.
Я кивнул, и как я сам сразу не догадался?
— Да, такой способ будет куда проще, — согласился я и приступил.
Дальше началась наша почти что хирургическая операция. Мы надрезали нежити на радужке глаза, и я, тоненькой струйкой начал заливать туда чернила. Действовать приходилось осторожно, вводить по капле, формировать чернила в пределах радужки — одно неверное движение, и они могли расползтись по всем глазу. И все же у меня неплохо получалось, я капал, формировал гранью воды, буквально создавая новую радужку. Где-то расплывалось, но было не слишком заметно, и я успевал поправить.
Все это длилось довольно долго. Хаген в какой-то момент, усевшись на полу и прислонившись головой к стене, уснул, а Эрион продолжал следить и помогать. Наконец, уже к рассвету мы закончили.
Тогда я разбудил Хага и мы начали собираться. Нужно было уехать поскорее, оставлять нежить одного надолго было не слишком безопасно. В любой миг к нему мог нагрянуть кто-нибудь из гвардейцев.
Напоследок, прежде чем уйти, я как следует подморозил Тобарда, вернуться же мне сюда предстояло через час.
После мы с Хагеном вернулись в покои, в которых якобы ночевали, и вышли в коридор. У дверей Неспящего никого не было, а вот у соседних покоев стояли гвардейцы, видимо, это и были комнаты герцогини Линетт.
Мы прошли мимо, никакого интереса у гвардейцев мы не вызвали, но стоило пройти пару метров, как позади послышался скрип дверных петель и из комнаты показалось осунувшееся, грустное личико Линетт. Она словно бы караулила нас за дверью.
— Некро-мастер, — она явно обращалась ко мне.
— Да, ваша светлость, — приветственно улыбнулся я ей и поклонился.
— Вы уже уезжаете? Ведь еще так рано, — в ее голосе послышалось сожаление.
— Да, нам уже пора, — сказал вежливо я. — Лучше отправиться сейчас, пока солнце невысоко.
Она грустно улыбнулась, кивнула, кажется, она хотела еще что-то сказать и даже подалась вперед, желая выйти из дверного проема, но гвардеец ее тут же остановил:
— Вам лучше вернуться в покои, ваша светлость, — настойчиво произнес он.
Линетт затравленно посмотрела на него, затем смущенно глянула на меня, выдавила вымученную улыбку и печально произнесла:
— Была рада знакомству, Теодор Фел.
— И я, ваша светлость.
Она кивнула, снова тоскливо улыбнулась и вернулась в комнату.
Как только мы отошли и скрылись за поворотом коридора, Хаген усмехнулся:
— Это что такое было, Тео? Ты очаровал герцогиню Линетт?
— Нет, не думаю, что я ее очаровал. По-твоему, это было похоже на флирт? Я думаю, что ей нужна помощь.
— Нет, — строго произнес Хаген, — не вздумай в это вмешиваться. Она невеста императора.
— Я и не собирался вмешиваться, просто жаль ее. Ей явно приходится несладко. Не представляю, что там с ней делают, но думаю, ничего хорошего.
Хаген нахмурился, какое-то время молчал, затем сказал:
— Ты уверен, что справишься с делом? Твоя рана еще свежа, и ты потерял много сил. Это опасно.
— А разве у нас есть выбор? Ты, Хаг, даже если возьмешь силы из жизненного запаса, тоже вряд ли сможешь это провернуть. Или… или ты уже взял эти силы?
Хаген не ответил, отвел глаза, но ответ и не нужен был, понятно, что он взял резервные силы. И зачем в таком случае геройствовать? Но Хаген больше не продолжал эту тему, видимо,
