Читаем без скачивания КСАПА ХУЛИГАНКА - Павел Шумил

- Ксапа Давидовна, это есть выдающийся нарушение техники безопасности, - кричит нам вслед Фрэд-надзорщик. Мы ему руками машем. То ли "привет", то ли "отвяжись".

Назад Ксапа идет пешком. А Еврежка отгоняет экскаватор на стройку. Я уже давно замечаю - геологам только бы канаву с отвесной стенкой найти. Полдня восхищаться могут, землю в пальцах мнут, камешки рассматривают.

- Клык, какие же вы молодцы, что бассейн вырыли, - радуется Ксапа. - Детишки плавать научатся.

- А Вадим говорит, из-за них воду пить нельзя.

- Пить из старого будем. Бассейн важнее!

До родного вама так и не доходим. Ксапа в вам к Мудру заглядывает. И через три слова, поздороваться толком не успели, уже спорят. Я один домой возвращаюсь. Мечталки нет, Жамах нет, одна Лава с тремя малышами возится. По шкурам перед собой разложила, пройти страшно. Как будто у Баламута своего вама нет! Ну, раз так... Велю ей похлебку в котле разогреть, выдаю пару консервных банок и поручаю накормить Мудра и Ксапу. А то ведь они до вечера голодные проспорят.

Эта нахалка без спроса тащит из рюкзака Жамах рацию и вызывает Туну. Ну совсем степнячки от рук отбились. Отругал ее хорошенько, чтоб по чужим вещам не лазала, потом пришлось банку сгущенки дать. Терпеть не могу, как степнячки плачут. Как дети - во весь голос.

Приходит Туна, приносит четвертого малыша. Один начинает ныть, остальные подхватывают. Ужас! Бегу на стройку, там спокойнее.

Вечером два события случаются. Первое - Сергей геологов из дальней разведки привозит. Они где-то по дороге девку-айгурку отловили. Говорят, за ней охотники гнались. Сергей машину между ними и девкой посадил. Охотники вертолета испугались, остановились. А Бэмби девку догнала, остановила, уговорила в вертолет сесть.

Когда мы степнячку ловим, руки-ноги свяжем, если время есть, на плечо забросим и несем как тушу оленя. Бывает, по голове стукнем, чтоб не вопила. А чудики, наоборот, накормили, напоили, нож на ремне подарили. С другой стороны на ремень фляжку подвесили. И все это - вшестером, с улыбками и смешками. Девка не знает, кому досталась. Из языка Чубаров всего десяток слов знает, а Бэмби по-айгурски вообще не понимает.

И вот Бэмби таскает айгурку за руку по всему поселку, лопочет сразу на четырех языках. У нас народ к новичкам привычный. Видят, нож да фляжка на поясе - значит, девка чудиков. Не трогают. Только испуганная Евражка к Жамах прибегает жаловаться, да Жамах хмурится, желваками играет.

Тут другое событие начинается. Открытие второго водопровода. По канаве слабенький-слабенький ручеек путь прокладывает, а чудики раздеваются до трусов, глиной на груди полосы рисуют, прыгают вокруг, в железные кастрюли стучат. Вокруг малыши в восторге скачут. Дикари на воле, как Ксапа говорит. Айгурка испугана, а Бэмби ее за руку к нам тащит. Чудики за руки хватаются, хоровод устраивают. И меня втягивают, и Жамах, и всех, кто рядом. И Бэмби с айгуркой. Бедная девка только тут понимает, что на какой-то праздник попала, улыбаться начинает.

Затем чудики лезут отмываться в холодную воду. А кто поумнее - бежит к третьему озеру. Ну а дальше - как всегда. Котлы, полные супа, щей и мяса, шашлык над углями, бутыли с квасом и соком.

Пока все едят, уважаемые люди собираются вокруг костра Мудра и решают, пусть для начала Бэмби за айгурку отвечает. А что с ней делать, решим, когда девка говорить научится. Зовем Бэмби, и Жамах объясняет ей наше решение. Радуется, бестолковая. Еще не знает, какая ответственность - контактером быть.

- С этим надо что-то делать, - жалуется Ксапа непонятно на что. - все слишком быстро развивается.

- Да что за беда? - удивляется Жамах. - Объясни толком.

- Экспансия в этот мир слишком бурно нарастает. Да ты не знаешь этого слова. Я должна тебе расстановку сил показать, иначе не поймешь.

Ксапа зажигает электрический фонарь, вешает повыше, решительно сдвигает все вещи к стенкам. И рисует круг на земляном полу.

- Это мир, откуда я пришла.

Рядом появляется второй круг.

- Это наш мир.

Сбоку появляются еще два круга.

- Это миры, которые открыли америкосы и австралийцы. У нас на Земле много народов. Народ - это племя по-вашему. Только большое-большое. Самый сильный народ - американцы. Когда мы дразнимся, их америкосами зовем. Самый многочисленный - китайцы. Всем народам нужны металлы и нефть. Металлы ты видела, а из нефти делают ту вонючку, которая в бочках, на которой наши машины летают и ездят. Ну, еще много чего нам надо. И особенно - земли. Тот народ, который открыл новый мир, становится очень сильным и богатым.

- Понятно, - кивает Жамах. - Но я была в вашем мире. Он богаче нашего.

- Погоди, не перебивай. Ваш мир тоже очень богатый. Только богатства вашего мира пока в земле лежат. Вы о них не знаете, вам они пока как бы и не нужны. И самое плохое - ваши земли уже заняты. На них вы живете. А пройдет время, и те богатства, которые в земле, вам самим потребуются.

Жамах ничего не сказала, только посмотрела словно сквозь стену вама в ту сторону, откуда вертолеты чудиков прилетают, да желваками заиграла.

- А теперь - о расстановке сил. Америкосы и австралийцы очень не хотят, чтоб мы, русские, ваш мир осваивали. Сейчас они самые сильные, а с этим миром мы наравне с ними силу получим. Они двумя руками против колонизации этого мира. Мол, занят уже, и не фиг русским тут делать.

- Колонизация - это что за слово?

- Колонизация - это когда мы лезем к вам в мир и тут живем как дома. Хызы строим, детей заводим... Учти, нас очень-очень много.

- Ясно, продолжай.

- Остальные народы тоже не хотят, чтоб мы усилились. Но они сами хотят поймать новые миры, поэтому открыто выступать за запрет боятся. А вдруг им тоже обитаемый мир попадется? Их тактика - тянуть время. Чтоб ни вашим, ни нашим. В общем, за три года мышиной возни образовались две главные силы. Это комитет по надзору, цель которого следить, чтоб русские не обижали бедных аборигенов. Вас, то есть. А на самом деле, всеми силами тормозить освоение этого мира. Самый главный у надзорщиков - Питер. Ты его видела, он со мной прилетал.

А с другой стороны - квартирьеры во главе с Михаилом Медведевым. Ты его тоже хорошо знаешь. Медведев выглядит скромно, но за ним стоят огромные силы. Он к президенту без стука входит.

- Кто такой президент?

- Самый главный у нас. Вроде Мудра здесь. Когда мы что-то решаем, слово президента самое веское. Так вот, цель Медведева - протолкнуть в этот мир как можно больше всего из нашего мира. Людей, вещей, обычаев, знаний. А цель надзорщиков - не допустить этого. И те, и другие делают вид, что все это - для пользы местных жителей. Такие у нас дурацкие законы. Все знают, что ложь, но обязаны подчиняться.

И вот тут начинается самое интересное! Из-за наших дурацких законов слово Мудра, оказывается весомее слова президента. Хотя у Мудра меньше тысячи человек, а у президента - больше ста миллионов. И вот Михаилу приходится подлаживаться под слова Мудра. Разрешил Мудр еще двух шабашников прислать - Михаил завтра же их пришлет. А с ними - много-много вещей. Чтоб мы, значит, привыкали. И не сомневайся, самые лучшие пришлет.

Только опять заковыка. Все подряд присылать нельзя. Особенно оружие. Надзорщики очень строго следят, чтоб в этот мир не попало, чего нельзя.

- Но если Михаил присылает только то, что Мудр разрешил, то чего мы боимся?

- Перехода количества в качество. Загляни завтра в любой вам. Везде пустые консервные банки для чего-то приспособлены. Скоро бабы жить без них не смогут. А год назад о них кто-нибудь слышал? И так во всем. У нас уже половина как чудики одеваются. Хоть на себя посмотри. А через год и заречные так одеваться будут. Через десять лет половина народа на русском будет лучше меня говорить. Этот мир постепенно станет русским. Чего и добивается Михаил.

- Так нам-то что делать?

- Кабы я знала. Русским этот мир все равно рано или поздно станет. Но надо, чтоб при этом он себя не потерял, вот что главное! А как это сделать - не знаю.

- И на елку влезть, и жопу не поцарапать... Ты что глаза вылупила?

- Жамах, у нас точно так же говорят.

- Так я эту присказку от Толика слышала.

Только на пятый день вижу, сколько страшных шрамов появилось на Ксапе. До этого она при мне из майки не вылезала. Из правой груди словно волк кусок выкусил. На ребрах синие шрамы, под ребрами синие шрамы, и на спине - тоже.

- Этот гад наконечник дротика никогда не мыл. А кончик отломился и у меня в спине между ребрами застрял. Такое воспаление началось, чуть не померла ненароком! - объясняет Ксапа.

- Степняки наконечники старым жиром смазывают, - поясняю я.

- Сволочи, правда? Это просто бактериологическое оружие. Его в ООН запретить надо. Но главное - легкое спасли. А грудь... Если хочешь, я пластику сделаю. Шрамы останутся, но по форме будет как новая.

Тискать Ксапу пока нельзя, но губами можно. Я только собрался, но Жамах интересуется, что такое пластика груди. Пока Ксапа рассказывает, я засыпаю.