— Не имели, значит.
— Видите ли, «Лиллаби» работает на контрактной основе… И администрация подключается только тогда, когда художественный руководитель принимает окончательное решение — брать или не брать того или иного артиста в постановку. Никаких данных об Афине Филипаки Роман мне не предоставил. Из чего я делаю вывод, что вопрос с приглашением этой актрисы оставался открытым…
— Легко свалить все на мертвого, а, Леонидыч? — дружески подмигнул Бычье Сердце директору.
— Вы… На что вы намекаете? — взвился директор.
— Ни на что. — Куснув Векслера, Бычье Сердце снова вернулся в порядком пересохшее официальное русло. — В конфликте между Валевским и Куницыной участия не принимали?
— Какой конфликт? Не было никакого конфликта. Я уже говорил вам, у нас работают единомышленники, сотворцы. Это — основа процветания «Лиллаби»…
— Да бросьте вы, Максим Леонидович.
Следствию известно, что в последнее время Валевский и Куницына, мягко говоря, не очень-то ладили. И яблоком раздора послужила как раз Афина Филипаки. Валевский прочил ей главную роль в новой постановке, с чем Куницына была категорически не согласна. Главную, а не одну из главных, как вы изволили здесь заметить.
Гла-вну-ю.
Векслеру наконец-то удалось взять себя в руки. Шейный платок был заново повязан, пот с брылей испарился, а лоб очистился от порочных морщин вожделения.
— Возможно, Роман и предложил этой девушке главную роль, — с достоинством произнес директор. — Так сказать, кулуарно. Но теперь это не имеет никакого значения, как вы понимаете. Романа больше нет.
И спектакль будет ставить другой человек.
Если этот человек решит, что лучшей кандидатуры на Сильвию Баррет не подобрать, протеже Валевского получит роль. Если нет — то нет. Я не вмешиваюсь в творческий процесс.
— И кто же этот другой человек? — поинтересовался Бычье Сердце. — Евгений Мюрисепп, не так ли?
— Евгений Мюрисепп был вторым балетмейстером, он стоял у истоков проекта.
Естественно, что руководство будет поручено ему. Во всяком случае, на данном этапе.
— Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло, — сделал простодушный вывод Бычье Сердце. — При Валевском у Мюрисеппа не было никаких шансов возвыситься, а теперь, пожалуйста, постановка переходит под его полный контроль.
— Это не совсем так, майор. Роман был человеком с именем и, я бы даже сказал, — с харизмой. Женя… Евгений Мюрисепп таким влиянием не обладает. Даже в «Лиллаби». Думаю, все вопросы по шоу будут решаться теперь коллегиально.
Коллегиально, коню понятно. И состав коллегии тоже определен: толстопузый шалун, стерва-балеринка и балеринкин подкаблучник. Рома-балерун, равно как его потенциальная пассия Афина Филипаки, не имеет отныне права голоса. Отныне они никто, ничто и звать никак.
— Мне нужен адрес Афины Филипаки, — сказал Бычье Сердце.
— Помилуйте, майор! Откуда же я могу знать ее адрес?.. Я ведь уже говорил вам, в штате она не числится.
Глаза Векслера сделали очередную попытку вырваться из клети орбит. В них было столько преувеличенного недоумения и детской обиды, что Бычье Сердце сразу же понял: добрейший Максим Леонидович лжет. Неважно — по принуждению или по собственной инициативе, но лжет. Сюжет с новой примой был более разветвленным, чем могло показаться на первый взгляд.
Очевидно, Роману Валевскому удалось отстоять свою протеже и на административном уровне. И Лика начала действовать и угрожать своему бывшему мужу, когда узнала об этом. И уж не сам ли засланный казачок Максим Леонидович сообщил ей об этом?
Бычье Сердце легко поднялся, обошел стол и вплотную приблизился к расплывшемуся в кресле директору «Лиллаби». Через секунду он уже наматывал на кулак концы векслеровского щегольского платка.
— Значит, так, лосяра, — почти любовно прошептал Бычье Сердце, глядя в жидкую сморщившуюся переносицу директора. — Со мной такие вещи не проходят, заруби это на своем вялом члене. Или ты бросаешь фуфло засаживать и сообщаешь мне все, что знаешь об Афине Филипаки, или через десять минут тебя увозит отсюда карета «Скорой помощи». С паховой травмой.
И конец твоим забавам. И с женой, и с любовницами, хоть коллегиально, хоть как.
— Отпустите, — прохрипел Максим Леонидович. — Я буду жаловаться вашему начальству!
— Ах, ты будешь жаловаться, дятел, рвань дохлая, — несказанно обрадовался майор, еще туже сжимая концы платка. — Ну, тогда сюда не «Скорая помощь» приедет, а труповозка. Катафалк. Что решаем?
— Хорошо… Я покажу…
Бычье Сердце ослабил хватку, а потом и вовсе отпустил Максима Леонидовича. Несколько секунд Векслер просидел, хватая воздух посиневшим ртом, после чего полез в стол. И на свет божий была извлечена тоненькая папка.
— Вот. Это все.
В папке оказался трехстраничный контракт, где сторонами выступали театр современного балета «Лиллаби» в лице его художественного руководителя Романа Валевского и Афина Филипаки. На последней странице маячили реквизиты сторон и подписи. Вернее, подпись была только одна — самого Романа Валевского. Автограф же Афины Филипаки отсутствовал.
— Она его не подписала? — удивился Бычье Сердце.
— Она должна была его подписать. В этот понедельник.
— И?..
— Мы договорились с ней на одиннадцать утра. Я специально передвинул несколько встреч ради этих одиннадцати часов…
— И?
— Она не приехала. Ни в одиннадцать, ни в двенадцать. Дольше ждать я не мог, уехал по делам. Ну, а во вторник… Вы сами знаете, что происходило в «Лиллаби» во вторник. Тут уж было не до какой-то там артисточки.
— Вы хотите сказать, Максим Леонидович, что актриса в «Лиллаби» не появлялась и к контракту проявила завидное равнодушие?
— Хочу, — подтвердил Векслер.
— А сами вы не пробовали с ней связаться? Все-таки — главная роль. Ведь Роман Валевский протащил ее на главную, да?
— Вот именно — протащил. Продавил.
Я с самого начала не очень одобрял эту затею… Человек со стороны, тем более — на ведущую партию… Тем более не звезда, это было бы понятно, а девчонка с улицы…
А ведь у нас работают суперпрофессионалы, даже в кордебалете. Некоторые ждут своего шанса годами. А здесь какая-то пришлая актрисулька, которая нигде до этого толком не работала… Ни в одном из известных мне коллективов, я имею в виду… Это могло вызвать недовольство труппы, вот чего я опасался. Теперь, слава богу, все вернулось на круги своя… — Векслер осекся.
— Теперь тишь, гладь и божья благодать? — закончил вместо Векслера Бычье Сердце. — Все довольны, все смеются.
А Сильвия Баррет снова перешла к Куницыной, так?
— Почему же перешла? Лика репетировала ее с самого начала…
Детский лепет директора «Лиллаби» больше не волновал Бычье Сердце. В конце концов, он узнал главное — адрес Афины Филипаки. Другое дело, что Филипаки не явилась на подписание контракта. Найти объяснение этому легкомысленному поступку майор не мог. Лу Мартин сказал ему, что девчонка пробовалась в кордебалет и пришла на отбор в третьей сотне. Смутно надеяться на крохотную, малозаметную ролюшку и получить вместо нее главную роль в широко разрекламированном проекте…
С перспективами триумфа не только в родном отечестве, но и на проклятом Западе — это даже не один шанс из тысячи, это один шанс из миллиона. И потерять этот потрясающий шанс, не придя на подписание контракта? Это не укладывалось даже в голове далекого от мира шоу-бизнеса Бычьего Сердца. Впрочем, он в самое ближайшее время посетит несостоявшуюся Сильвию Баррет и узнает все из первых рук. Не только относительно контракта, но и относительно самого Романа Валевского. Ведь если верить звериному чутью Куницыной и ее воплям на автоответчике, у Валевского и Филипаки наметился адюльтерчик.
И адюльтерчик этот по времени вплотную примыкал к убийству. Не исключено, что таинственная Филипаки сопровождала танцевального божка как верный паладин и даже грела ему постель. А в постели можно многое поведать друг другу, это Бычье Сердце знал на своем опыте.
— Теперь-то вы оставите меня в покое, я надеюсь? — снова напомнил о себе Векслер.
— Почти. Только один вопрос.
Максим Леонидович осторожно снял шейный платок. А потом так же осторожно отодвинул ящик стола и принялся исподтишка сбрасывать туда ручки, карандаши, ножницы и пару степлеров — все то, что могло составлять потенциальную угрозу для мягких и не очень частей тела. Последним в недра стола полетело пресс-папье. Обезопасив себя таким незамысловатым образом, Максим Леонидович снова воззрился на Бычье Сердце.
— Какой вопрос, господи?
— Как вы думаете, почему она не явилась на подписание контракта? Это странно, согласитесь. Главная партия в спектакле популярного балетного коллектива… С дальнейшей перспективой творческого роста, я так понимаю. От подобного не отказываются и уж тем более не исчезают в самый последний момент…
