Читаем без скачивания Спроси у ветра (СИ) - Беннет Эль

Все тело Фредрика было напряжено. Его сердце забилось чаще, когда он почувствовал присутствие Олив. Он чувствовал ее, знал ее мысли и эмоции.

Она была такой прекрасной, такой красивой внутри и снаружи. У его пары была чистая добрая Душа и золотое сердце. В ней плескался океан доброты, света и любви ко всему живому, а самое главное к нему — к человеку, который жестоко отверг ее когда-то.

Когда Фредрик затевал весь этот план с ее похищением, он даже не предполагала какую силу высвободит ее близость. Тоскуя по тому, что ему было неведомо, он мог только предполагать о связи близнецовых пламён, тем более в его окружении никогда не было примера любящей друг друга пары. Теперь Фредрик задумывался, а не дело ли рук это Англии, которой не выгодно было показывать Фредрику то, что любовь возможна и нормальна. В их реальности нормой был разврат, жестокость, холодность, пренебрежение и безразличие. Вот, что его родители сделали нормой для него. Фредрик горько рассмеялся про себя. Неудивительно, что он был полным ублюдком раньше.

Но это время с Олив, которое раскрыло его Душу наизнанку, выпотрошило все остатки его темноты, и заполнило любовью, светом и теплотой — после такого Фредрик был поражен, разрушен для старых смыслов. Он чувствовал, что обратно дороги нет. Его "норма" восприятия реальности изменилась и поднялась на другой качественный уровень.

Фредрик вспомнил синие как небо глаза своей любимой, ее мягкие шелковистые волосы, ее нежные и сладкие губы, то как она улыбалась ему, или смотрела с подозрительным прищуром… Святое мироздание, как он обожал ее. Всю ее суть. Ему жутко нравился ее характер. Она могла быть спокойной и нежной, но через секунду становилась ураганом. Поистине, стихия воздуха подходит ей лучше всего. Фредрик считал, что они идеально сочетаются друг с другом. А их сексуальная совместимость была просто невероятна. Олив была страстной и чувственной любовницей, которая любила экспериментировать в постели. Так же как и он сам. Он вспомнил, как утром она отдавалась ему со всей страстью и пылом. Как он ласкал ее груди и бедра, как мощно брал ее на их кровати. Олив громко стонала и просила еще. Это чувство соития, единения на всех уровнях окрыляло и уносило в нирвану. Фредрика заполнило любовью и жар растекся по его телу… и он внезапно почувствовал изменения в себе. Пружина внутри как будто немного стянулась и стало легче дышать. Фредрик, не веря в происходящее, прислушался к своим внутренним ощущениям. Он даже смог пошевелить пальцем правой руки. Это очень взволновало его. Может у него есть шанс все исправить, может он может преодолеть приказ матери и не убьет Олив?

Мысли Фредрика прервал голос Ангелии:

— Дорогой, выпей фитторы. Ты какой-то напряженный, — весело сказала Ангелия. Голос Ангелии сразу же низверг его в состояние злости и агрессии. Если бы он мог только дотянуться своими руками до ее шеи. Фредрик почувствовал как пружина в груди снова сильно натянулась.

— Я не буду пить, — сквозь зубы проговорил Фредрик.

Глаза Ангелии блеснули.

— Я приказываю тебе выпить это, — она поднесла бокал ему.

Когда тело Фредрика стало делать то, что он не хотел, ярость еще больше захлестнула его. Пружина в груди натянулась еще сильней.

Он залпом выпил бокал и протянул его Ангелии.

— Хороший мальчик, — она ласково потрепала его по щеке.

— Ненавижу, — проговорил Фредрик. Англия раскатисто рассмеялась и уселась на трон. Она была исключительно довольна собой. Фредрик дернулся всем телом, но оно было как каменное. Стало совсем тяжко сопротивляться, а напряжение в теле усилилось. Ему срочно нужно было вернуть контроль. Его мозг стал судорожно работать. «Думай, думай, Фредрик. Что было до того, как ты смог пошевелить пальцами» — он вел внутренние диалоги с собой в надежде разрешить эту загадку. Ветер снова прошелестел ему какие-то слова.

«Твоя любовь к Олив» — услышал он.

И тут его осенило. Конечно! Все стало на свои месте. Те два раза, когда ему удавалось вернуть хоть какой-то контроль над своим телом, он думал об Олив, о своей любви к ней. Темная магия усиливается низкими вибрациями, а в эмоциональном эквиваленте это злость, ярость, ненависть… Когда он злился на мать, то его сразу сковывало и тело словно пронизывало иголками, а когда думал об Олив ему каждый раз становилось легче. Любовь это самая высокочастотная энергия во вселенной, она очищает и возносит. Там, где любовь, нет места темной материи. Потому что свет поглощает тьму. Ветер ударил в его лицо, словно радостно подбадривая.

Фредрик попытался сосредоточиться и подумать об Олив. Он представил ее раскатистый смех и мелодичный голос, и его снова окутало чистой энергией любви. Он попытался нарастить эту энергию… Он представил себя и Олив в саду, как обнимает ее всем телом, он вдохнул воздух, словно его любимая была рядом, и будто бы на самом деле почувствовал ее сладкий запах.

Любовь и свет охватили Фредрика. В его груди, в области сердечной чакры, разлилось тепло и стало распространяться по-всему телу. Мучившая его пружина стянулась и Фредрик почувствовал, как заклятие слабеет. В этот раз он смог пошевелить всей рукой. Но этого все еще не достаточно для того, чтобы высвободиться из под власти Ангелии.

Но одно Фредрик знал точно. В этот раз, в этом же бальном зале, в котором он встретил Олив тысячу лет назад, Фредрик будет бороться за свою любовь всеми силами своего существа. И он победит.

Глава 35

Ангелия была в предвкушении. Все ее тело было словно наэлектризовано. Еще никогда она не была так близка к абсолютной свободе, к абсолютной власти. Больше она никем не будет ограничена, больше ее ничто не сдерживает. Конечно, очень жаль, что пришлось поработить собственного сына. Она этого не планировала, на самом деле. По крайней мере в ближайшее время. Все таки, Англия всегда была честна с собой и теперь не будет лагать себе — в тот день, когда стало известно, что ее сын станет вераксом, в ее сознании появилась мысль о том, что в будущем его силу можно использовать во благо. Только не на всеобщее, а ее личное благо. Потому, в принципе, все шло как и должно было идти. Просто один из ее сценариев реализовывается чуть раньше. И в конце концов, не потеряла же она сына. Он жив и здоров. Просто порабощен.

Она столько труда вложила в его воспитание. С самого детства она целенаправлено и планомерно окружала его низкими вибрациями, взращивая и культивируя в нем самые темные аспекты его Души. Гордыню, тщеславие, похоть, чрезмерность, жестокость, безразличие к чужой боли — все это Ангелия поощряла; а доброту, способность сопереживать, благодарность, всепрощение и милость — нет. Она старалась убирать из его окружения совестливых и добрых людей. Все няни тщательно проверялись на отсутствие эмпатии и светлых побуждений, а сверстники, которые отличались хорошим воспитанием, где во главе были честь и порядочность, — не подпускались к ее сыну. А когда он принял силу веракса и стал одним из самых могущественных существ во всех мирах… О, это только подпитало его уже испорченную на то время натуру. Но все изменилось из-за этой стервы.

Как же Ангелия ненавидела эту дешевую потаскуху. Она забрала у нее сына, убила в нем то, что было в нем от его родной матери. Заронила в нем это бестолковое семя морали, которое разрослось в его Душе словно ядовитый плющ. О, она приготовила для этой суки самую лучшую месть — смерть от руки того, кого она любит. От этой мысли Ангелия рассмеялась диким смехом. Она будет смотреть и наслаждаться тем, как Фредрик дематериализует ее. Звук из коридора привлек ее внимание. Ангелия встрепенулась и встала с трона. Она очень удивилась, когда в зал влетели пламенные языки ярко-оранжевого цвета. Огонь разросся и облетел все пространство зала.

Ангелия быстро наколдовала защитный щит для нее и для Фредрика, но она не смогла защитить демонов-приспешников, которые кричали леденящим скрипучим криком. Она стояла под защитным энергетическим куполом и в панике смотрела на гибель темных сущностей, которые помогали ей и подпитывали ее силу. От беспомощности она закричала и стала палить заклятиями в разных стороны. Но огонь не стихал, а продолжал неумолимо сжигать демонов. С каждым уничтоженным демоном Ангелия чувствовала, как становится слабее.