чтобы забрать его прогеноиды…
Кар мотнул головой и ментальной командой поставил на карте ретинального дисплея маячок, чтобы потом по возможности вернуться. Он обернулся и на миг его глаза расширились.
Перед легионером раскинулся выжженный солнцем солончак, на самом краю которого в небо поднимался исполинский змей черного маслянистого дыма. Похоже, эта часть «Гнева Нуаду» отделилась за пару секунд до того, как упал сам корабль.
Воин скосил глаза на расчеты когитатора силовой брони. Судя по ним, отсюда до дымящегося остова флагмана всего четыре с половиной километра. Кайден несколько раз моргнул, сменив режим сканирования. Авгуры брони ничего не дали. Ауспексы показывали только тепловые вспышки от многочисленных пожаров.
Кар несколько минут побродил вокруг, но никого не обнаружил. Затем авгур вывел на ретинальный дисплей одиночную сигнатуру на востоке. Экзактатор посмотрел в том направлении, скорректировав фокусировку визора. В километре от него стоял дроп-под. Воин не увидел его раньше из-за оптических искажений перегретого воздуха, застывшего в безветрии над почвой, переполненной легкорастворимыми солями.
Кайден поспешил в направлении дроп-пода, все время проверяя показания сенсоров и осматриваясь. Если он не увидел десантный шаттл, то и врага может упустить! Одновременно он просматривал сводки с «Гнева Нуаду», которые передавались на когитатор его доспеха до самого последнего момента.
Сводки не радовали. С флагмана стартовало меньше десяти тысяч спасательных капсул, около сотни «Громовых птиц» и восемьсот дроп-подов. За братьев Кар не волновался, у них были все шансы. Но смертные… Хорошо, если четверть спасательных капсул достигла земли в целости. И где они все? Сколько он провалялся без сознания?
От размышлений его отвлекла болтерная очередь, а вслед за ней раздался протяжный электрический треск. Кар отлично знал этот звук. Псайкерская молния. В следующую секунду треск прозвучал сразу несколько раз подряд, потом снова заговорил болтер, сквозь грохот которого можно было различить отдельные ругательства на фоморском.
Бой разворачивался с противоположной стороны дроп-пода.
Экзактатор ускорился, машинально проверив магазин собственного оружия. Он активировал вокс, сразу переключившись на самый широкий канал. Но ему ответил лишь монотонный гул статики.
Едва Кайден завернул за пласталевую опору дроп-пода, рядом с ним что-то взорвалось. Авточувства успели предупредить об опасности, а визор затемнился, компенсируя всплеск фотонов снаружи.
Кар перекатился, встал на одно колено и открыл огонь от бедра в ту сторону, откуда его атаковали. Слева глухо зашипело. У экзактатора не было времени осматриваться, но он ни с чем не спутал бы звук набирающего энергию ствола Сол-Милитарис.
Едва дым от взрыва рассеялся, Кар увидел своих врагов.
– Люди? – невольно вырвалось у него. К дроп-поду с трех сторон широким полукольцом подступали изможденные существа, одетые в лохмотья, а некоторые – совершенно голые. Их глаза были затянуты грязными бельмами, рты раскрыты. Меж прогнивших зубов и черных распухших десен ворочались желтушные слизни пораженных язвами языков.
И все же, это были люди. Псайкеры. Они атаковали группу воинов у дроп-пода, используя весь свой псионический арсенал. Некоторые были слишком слабы и падали после очередной атаки, оставаясь лежать без движения.
Времени на раздумья не было. Кайден Кар выпустил по наступающим псайкерам еще одну очередь, бросил в них разрывную гранату и побежал к воинам у десантного шаттла.
Первого космодесантника он узнал по символам луны и пламени на наплечнике. Это был Ансгар Лэйс. Фламиник бросил взгляд на экзактатора и коротко кивнул ему, а затем перехватил посох и выпустил в противника волну оранжевого огня.
По обе стороны от фламиника сражались легионеры Второго копья. Тот, что стоял слева, выделялся за счет своего оружия. Кар не ошибся – на плече воина располагалась плазменная пушка Сол-Милитарис, или «Гелиевое пламя».
Эта модель с дуплексным магнасердечником редко применялась в других легионах из-за колоссального веса и слабого бронирования баллонов с топливом. Но Опустошители Авангарда Терры питали к Сол-Милитарис трепетную страсть. Они применяли модификацию с дополнительными керамитовыми пластинами для защиты баллонов, что становилось возможным благодаря их облегченной броне.
Сенсоры доспеха Кайдена фиксировали еще одну биологическую сигнатуру внутри дроп-пода рядом с массивным механическим объектом. Но проверить данные он не успел – псайкеры снова атаковали.
Экзактатор получил удар психической молнией в грудь и его бросило на корпус шаттла. Тяжело ударившись спиной, он шлепнулся на пятую точку и тут же открыл ответный огонь, ощущая, что его сросшиеся ребра с левой стороны треснули. Но легионеру, который стоял справа от фламиника досталось хуже. Он, как громоотвод, поймал сразу несколько молний и его тело буквально разорвало на части в фонтане кроваво-керамитового месива.
– Магос, сколько еще? – проревел по общему воксу Ансгар. Его зычный голос хорошо перекрывал помехи и Кайден отметил, что на близком расстоянии связь между легионерами действует.
– Тридцать четыре целых пятнадцать сотых секунды, – прошелестел в ответ механический голос. Очевидно, в дроп-поде находился адепт Механикум.
– Прикройте меня! – скомандовал Лэйс. Хотя сейчас командование должно было перейти к Кайдену, как к старшему по должности, спорить было глупо. Фламиник, похоже, гораздо лучше разбирался в происходящем. А главное – он знал, что делать.
Кар и воин с Сол-Милитарис переглянулись, кивнули друг другу и синхронно выступили вперед. Кайден продолжал поливать псайкеров веерными очередями. Не имело смысла терять время на прицеливание, промахнуться было невозможно.
Плазмаган высокого воина выкашивал десятки противников за один выстрел. А пока чудовищное оружие перезаряжалось, Опустошитель методично отстреливал врагов из болт-пистолета.
Кар пригнулся, уворачиваясь от очередной психической молнии. Затем был вынужден откатиться в сторону, чтобы не попасть под огненный ливень. Все это время он продолжал стрелять. Воин с плаземнным орудием на плече почти не двигался, лишь иногда отклоняясь в сторону, чтобы псионические атаки проходились по его броне вскользь. Кайден позавидовал его выдержке и изумился реакции легионера.
Фламиник прорычал что-то себе под нос и выставил посох параллельно земле, удерживая его обеими руками. Его пси-капюшон пылал черным пурпуром, из глаз библиария струился психический свет. Он встал на колено и скомандован:
– Прекратить огонь!
Кайден и воин с плазмаганом послушно опустили оружие, несмотря на то, что псайкеры приблизились почти в упор. Через секунду раздался хлопок, психический иней выступил на доспехах легионеров и покрыл землю вокруг. Перед Ансгаром разлилась прозрачная полусфера, закрывшая воинов Авангарда от псионических атак.
– Я Кайден Кар, Первый среди равных, – представился экзактатор на случай, если кто-то не узнал его по отметкам на доспехе. – Как давно вы здесь?
– Почти сорок минут с момента приземления, – ответил фламиник, тяжело дыша. – Все это время нас атакую эти…
