понимаешь, с кем разговариваешь, – сжала зубы и махнула рукой, рассекая воздух, крутанулась на каблуках. — Здесь все мое. Ты на мою территорию явилась. А я тебе не девочка. Которую напугать можно, рассказав страшную сказку. Ты зря пришла, Надя. И ты отсюда не выйдешь.
— Вот как? – она изогнула бровь, всерьез меня не приняла, и ее надменное лицо лишь придало мне уверенности.
— Марат, – позвала помощника, который с любопытством топтался у входа в зал. — Скажи, чтобы гостью проводили наверх. Она остается. Понравилось ей у нас.
— Это шутка что ли, – Надя скривилась и чуть попятилась, выставила руку вперед. — Демьян к дьяволу твое казино разнесет, дорогуша, если меня сейчас же не выпустят.
— Посмотрим, – хмуро кивнула Марату. — Уводи ее отсюда. Побыстрее. И если Демьян позвонит – скажи, я в больнице у Лары.
Прижала сумку с пистолетом к груди и двинулась к выходу.
Пора нам серьезно поговорить.
Глава 28
Ненавижу оружие, но расстаться с ним не могу. Если придется защищаться – буду стрелять в любого. Может, хоть у моего ребенка будет шанс на нормальную жизнь? Мне бы выжить, найти способ выпутаться из всего этого, и просто уехать. Малыша воспитывать, самой постараться стать счастливой.
Мечты…
Эмоции кроют меня, разрывают, бьют по сердцу, смешиваясь с гормонами, и мне попросту невыносимо. Задыхаюсь я. Эта Надя своим приездом, своими безумными фразами сумела отравить меня еще сильнее.
Из-за той шлюхи в казино я просто злилась. А к Наде я дико ревную, и выместить это не могу ни на ком. Как представлю, что Демьян планирует наиграться, убрать меня, и зажить с НЕЙ… Боже, да я растерзать их обоих готова. В клочья!
— Может, есть хоть какое-то лечение? Любые варианты? – я сидела рядом с сестрой, и пропускала ее пряди волос среди пальцев. — Заграница, современные методики, экспериментальное лечение?
— Мы делаем все что можем, Алина Руслановна. Наша клиника отлично оборудована.
— Ларисе не стало хуже?
— Она стабильна, – ответил мне врач.
Я выдохнула. Каждый раз спрашиваю, и каждый раз получаю этот ответ – Лара стабильна. Камень с души.
— Это хорошо, – я улыбнулась, глядя на безмятежное лицо сестры.
Скоро, милая. Скоро ты придешь в себя, ты обязательно поправишься, и тоже поймешь, что эта грязь только губить способна. Мы вместе уедем, я найду способ. Ты только поправься!
Врач оставил меня, в палату тихо проскользнула медсестра. Я привычно вручила ей конвертик с деньгами за уход, поцеловала Ларису в лоб, и вышла.
Так, пора снова собраться с силами, нельзя позволять себе быть слабой. Хоть я и ненавижу оружие, но наличие пистолета в сумочке придает мне сил и уверенности. Забавно, некоторые женщины, чтобы так себя чувствовать, надевают красивое кружевное белье, а у меня вот пистолет.
— Коваль, – услышала я знакомый грубоватый голос.
Подняла голову. Напротив меня Демьян. Чуть не врезалась в него, потерявшись в своих мыслях. Я нашла в себе силы не вздрогнуть при нашей встрече, не опускать глаза.
Взглянула на него прямо и смело. Ответил мне злой, жадный взгляд. В нем и ярость, и что-то чисто мужское, темное. От таких взглядов краснеют, теряются, а ночами стонут, вцепляясь в мужские плечи… а еще дают пощечины.
Именно это я бы с радостью сейчас сделала.
— Демьян, – усмехнулась, — надо же, какая встреча. Такое чувство, что у нас не город, а хутор. Куда взгляд ни кину – везде ты.
— Надеюсь, ты ничего лишнего себе не напридумывала? – процедил он в ответ. — Мелкие идиотки любят фантазировать о том, чего нет.
— Может, не такие уж идиотки? Уж не преследуешь ли ты меня? – сузила я глаза.
— Коваль. Ты не так уж незабываема, – он кривовато улыбнулся, и от этой улыбки, больше похожей на оскал, сердце заныло еще сильнее. — У меня есть и более важные дела. Гораздо более важные, – подчеркнул Демьян.
Важные дела, больница… Я снова разозлилась. Чертовы эмоции бьют волнами, одна сменяет другую. Это беременность играет со мной злые шутки.
— Ты… хорошо себя чувствуешь? – я не могла не спросить об этом, вырвалась моя тревога об этом уже не моем мужчине. — Рана не тревожит? Ты восстановился?
— Ты серьезно хочешь об этом поговорить? Может, показать тебе? Черт, жаль мне уже перевязки не нужно делать, а то пригласил бы.
Демьян издевается, и даже не думает смягчать. Я знаю, он может и жестче словами давить, сама это видела. Но и того, что есть мне достаточно.
— Можно пройти? Спасибо, – плечо задела чужая сумка, я подвинулась к перилам.
Мы с Демьяном на лестнице. Ни я, ни он и не думаем отступать, расходиться по своим делам. Стоим, как дуэлянты, друг напротив друга, и нет никаких сил развернуться и оставить другого за своей спиной.
— Это был вопрос вежливости, – выдавила я. — А твои важные дела не Надей зовут?
Он еле заметно вздрогнул.
— Пронюхала? Да, Надей. Навестить приехал. Тебя это смущает?
— Твои девки меня не смущают.
— Она не девка, – жестко парировал Демьян. — Хочешь, объясню тебе отличие шлюхи от нормальной женщины, а, Коваль?
В ушах противно зазвенело, я вдохнула сквозь зубы. Знаю я, что мне может сказать Демьян – оскорбления. И ладно бы они, я выдержу, но вот сравнений с Надей я, боюсь, стерпеть не смогу.
— Я отличия знаю, а вот ты, кажется, нет. Но не будем об этом.
— Ну почему же? – сузил он глаза. — Можем и про Надю поговорить, я не против. Даже интересно, чем она успела обидеть нашу «королеву».
— Хм, может, тем, что приехала ко мне с обвинениями и угрозами? И чуть не столкнула меня с лестницы? Твой интерес, надеюсь, удовлетворен.
Я выплюнула это ему в лицо. Зрачки Демьяна расширились в тревоге. За Наденьку свою переживает, а она явно ненормальна.
— Надя? Тебя? С лестницы? – нахмурился он. — Ты…
— Да, Надя. Кстати, Демьян, – я уже не в силах говорить про эту Надю, — до меня дошли сведения, что ты в обход меня перегоняешь оружие. У нас здесь целый склад, так? Почему же без разрешения, ты ведь знаешь правила. Или тебе нужно их объяснить?
Я не удержалась. Такая обида душит с
