Итог вам уже известен. Потому Морри права — этим летом мы не загорали, так как после Зойкиного крема, по словам дерматолога, на солнце безопасно было появляться не раньше, чем через три месяца…
— Но ты хоть точно уверена, что эффект будет именно тот, что нужен?
— Да точно, точно, Эль, не сомневайся. Я хорошо помню этот рецепт. Заодно и для волос средство приготовим. Вот прямо с рассветом за травками и выдвинемся, пока наши спят.
Э-эх, мне бы насторожиться…
— Ты-таки сделала нас негритосинами, — ноги разом ослабели, пришлось присесть на ближайшую кочку. Вместо вопля, который очень хотелось воспроизвести, от переизбытка чувств вышел хриплый шёпот. Зеркало подрагивало в каким-то чудом удерживающей его руке. Ну всё. Убью.
— Как-то Вы, кажется, потемнели, нуови, — Нил старательно вглядывался в моё ново-экзотическое лицо. Как же надоели эти лица. Своё хочу! Уже начала понемногу забывать, как выгляжу на самом деле.
— Я такая с рождения! — раздражение так и прёт. Мало мне счастья ходить с подобной харей, так ещё и ненаглядный издевается! Я зло дёрнула себя за вороно-чёрную после подругиного средства прядь.
Морка загипнотизированным кроликом замерла чуть поодаль, виновато потупившись, и молчала, как партизан. Ещё бы! Ей ещё крупно повезло, что к месту событий так вовремя подоспели ребята, в поисках хвороста совершенно случайно — а может и не совершенно случайно — наткнувшись на облюбованную нами полянку. Возмездие издевательнице пришлось временно отложить.
Глава 17
— Ну всё, Морри, настал час расплаты.
Парни наконец ушли, оставив нас в гордом одиночестве.
Я грозно надвигалась на мелкую пакость с на редкость зверским выражением лица. У меня зверским, Моркина физиономия выражала такую гамму чувств, что словами описать её было несколько затруднительно. Особенно ясно читались опасение за целостность своей шеи и возмущение моей неблагодарностью — как же, гарпия-то наша уж так расстаралась, так расстаралась, а Эльке вечно всё не нравится.
— Эличка-а! Я честно-честно… — эта мелкая пакость старательно заламывала руки, исподволь косясь на меня, чтобы в случае чего успеть отбежать на безопасное расстояние, хотя знает ведь, я в таком состоянии её везде достану. — Ой, что это там?! — тыча пальцем мне за спину. Ничего не скажу, маневр удался — я обернулась, а подруга, судя по шуршанию за спиной, отпрыгнула на относительно безопасное расстояние.
— Элечка! Да ладно тебе. Пощади нашу изобретательницу. Тебе ж самой скучно без неё станет.
Я обернулась. Посреди поляны переминался с ноги на ногу Дух, как бы невзначай перекрывая своими широкими плечами подступы к Морри. Защитничек, блин, невинно забижаемых!
Царящая вокруг благодать прямо располагала к нездоровому спокойствию. Птички поют сладостно-зазывно, бабочки порхают яркие да красивые. Зелень радует буйством красок и густотой. Правда, на мой взгляд, как-то немного излишне она буйствует. Не могу объяснить возникшее чувство, но померещилось мне нечто неправильное в окружающем пространстве.
— Тебе легко говорить, орясина нежно-салатовая! Не тебе ж щеголять в столь экзотическом виде перед повелителем своих грёз!
— А ты в каком виде перед ним щеголять собиралась, поборница правды и справедливости, а? В истинном облике, небось, явиться решила? Ой, вот терзают меня по данному поводу смутные сомненья.
Гад! Ишь, вывернулся! Ну да, да, не собиралась я представать перед ребятами в своём нормальном виде. Ну и что? Дак и негрой африканской рассекать по округе совсем не улыбается.
— Мор, я-таки тебя прибью! Ну что такое?! Просила же — только не негры!
— А я виновата?! В этом месте магический фон избыточный, от мощи аж волосы искрят! — Ага! Не зря мне что-то в окружающем пейзаже неправильным показалось. — Вот травки-то силу и поднабрали.
— У тебя вечно стрелочник виноват, локомотив, блин, сверхскоростной на разные пакости!
— Да откуда ж мне было знать?? — Морри с возмущением вертела уже практически перед моим лицом поднятым вверх указательным пальцем, позабыв о технике безопасности при обращении со злой подругой. — Как лучше ведь хотела! По мне — так вообще давно пора рассекречиваться. Это тебя, любительницу шпиёнских игр, вечно на маскировку тянет!
— А ты мне тут не финти! Не ф…
Нас как всегда прервали на самом интересном месте.
— Сестра. Сестрёнка. Элино! — я подскочила.
— В чём опять дело?!
— Ты не узнала меня?
— Нет! — я сорвалась с места, хватаясь за голову и волевым усилием пытаясь вытеснить из черепной коробки чужое присутствие.
— Это твой брат, — я начала старательно размышлять, какого дюделя понадобилось старшему братцу, да настолько, что он аж здесь до меня достучался.
— Твой названный брат. Веррен. — Ой! Какие люди!
— Я тоже безумно рад тебя слышать, — мысли читает, гадёныш мелкий! А язвителен-то прям не по годам. От кого только набрался?
«Мы не будем показывать пальцем», — ехидно прозвучало в многострадальной голове — Хранитель, кто ж ешё. И правда, не черепушка, а проходной двор!
— Слушай и не перебивай — я еще не научился долго держать связь. Вчера было ещё одно нападение. По счастью, у нас гостили столичные чародеи, явившиеся с разбирательством касательно недавних событий. Всё обошлось, но кое-о-чём хотел тебя предупредить. Некромант, что приходил с нежитью, старательно выискивал след. Как мне показалось, именно ваш след. К тому моменту, как его настигли волшебники, слепок твоей и Морриной ауры он снять уже успел, и за мгновение до попадания в него убийственного заряда сумел телепортироваться. Так что поберегись, сестрёнка — чую, ищет он вас.
И голос затих, исчез, как не было.
— Ау! Братец! Чтоб тебя… Вот ведь, юное дарование, взбаламутил, а толком ничего не объяснил! — я снова и снова пыталась докричаться до малыша, но будто кто-то блокировал мои потуги, пресекая саму попытку налаживания ментальной связи в зародыше.
— Что?
— Что случилось? — подняв на друзей мутный взгляд, я столкнулась с двумя парами встревоженных глаз — Морри с Хранителем, старательно тряся меня каждый за своё плечо, раз за разом повторяли один и тот же вопрос.
— Да отцепитесь вы, клещи высокопородистые! Меня укачи-ва-ет! — руки тут же разжались.
— Веррен это был, — потирая разом занывшие плечи. — Сказал, некрот нас ищет. Ищет старательно. Как бы чего не вышло… Терри. Терри! Выйди уже наконец из астрала!
Замерший на коленях Хранитель поднял на меня мутный взор.
— Так, девоньки. Чую, нездоровое что-то в округе творится. Живо к спутникам! — Терри выглядел не на шутку обеспокоенным, внимательно оглядываясь по сторонам и энергично подталкивая нас с подругой — вот когда хочет, может быть материальным сверх всякой меры — по направлению к разбитому лагерю.
