с неугодными таким замысловатым способом. А дельце сложное — если у тебя нет огромного магического резерва, нужного результата не будет. Даже сам не покалечишься.
Да и во вводной части руководств упоминалось, что нельзя экспериментировать и резко высвобождать энергию — ничего хорошего от этого не происходит.
— Ну-ну, дружок, спокойнее, — произнёс я. С такими лучше не быть резким — лучше создавать иллюзию безопасности, пока он не решил глотку мне перегрызть. — Сейчас я тебя освобожу.
Щёлк!
Наручники упали с рук Кенты. Я медленно попятился, стараясь особо не двигаться и не топать. Кента же отодрал себя с пола и рассмеялся.
— Я свободен! Сейчас я всем покажу! Меня нельзя просто взять и запереть!
Быстро же меняется его настроение!
Роберт встал в оборонительную позу, готовясь дать младшему Мори по лицу в случае чего. Хороший порыв. Да и здорово иметь рядом с собой мясной щит, готовый прикрыть тебя по доброте душевной.
Предложить парню на меня работать что ли? Ну а что — отсутствие жилья и денег явно его не смущает, а в силу высокого уровня совершенствования и некоторых моральных качеств, кандидатура отличная. Лучше, чем всё, что у меня есть: малолетка-бандюган, десятилетний мальчик и моя служанка. И тех тренировать нужно с нуля.
Да и Хару из этого списка лучше вычеркнуть. Что-то мне подсказывает, что ничего хорошего из неё на поле боя не выйдет.
Наши с Робертом взгляды встретились, и я кивнул в сторону дальней стены. Комнатка маленькая, прятаться особо негде, но лучше на пару шагов дальше от Кенты, чем совсем вплотную. Нас разделяло метра три-четыре, не больше.
К счастью, освободившийся Мори не питал ко мне никакого интереса — по крайней мере, сейчас. Маниакально смеясь, он бросился к закрытому проходу, вытянув руки. Прижавшись к перегородке, он воскликнул:
— Ни одна дверь меня не остановит!
Надеюсь, он переродится слизняком.
А затем был свет.
Много света и взрыв, если быть точным. Обхватив голову руками, я, пока не собиравшийся умирать (или надеющийся не умереть — тут уж как посмотреть), переждал взрыв и грохот обломков. Кенту не было слышно — зато Роберт вскрикнул от испуга, падая рядом со мной.
Затем я открыл глаза. Пыльно, в горле першит, и пахнет жареным мясом. По стене будто снарядом зарядили — теперь там была красочная дыра в высоту чуть выше того, кто её проделал. А внизу, накрытое камнями, лежало его тело.
И я-то понадеялся, что всё пошло по идеальному пути, и он умер, но вдруг его рука — единственное, что я мог чётко рассмотреть, — пошевелилась, а сам он захрипел:
— Б-больно…
Конечно, больно. Послушал человека, которого хотел продать, и подорвал себя, как бомбу. Ну что за идиотизм, в самом деле.
— Что он сделал? — разинул рот Роберт. — Т-ты… ты что, сказал ему совершить самоубийство?
— Ну, не этими же словами, — пожал плечами я и запоздало подумал, что лучше мне не казаться злодеем перед человеком которого планирую нанять. Да ещё и заставить пахать за бесплатно. — Моё дело — просто предложить. Он и сам хотел убить меня, кто бы его остановил?
Это была не совсем ложь. Что бы ни говорил Кента, когда вёз меня сюда, он наверняка желал мне самого худшего из слепой зависти к человеку, у которого жизнь в сотни раз хуже. Ещё и теперь точно вознамерился меня убить. Ну заслужил же? Мне кажется, да.
И вообще, будь здесь настоящий Сабуро, он бы Кенте обзавидовался. Да и я тоже — вот в таком теле я бы пожил. Молод, волен идти, куда хочешь, клану ничего от тебя не надо…
Да как ты смеешь?!
Желание.
Цель твоей жизни — желание Сабуро.
У тебя не может быть своих.
Кем ты себя возомнил?
Я упал на землю схватившись за ошейник. В этот раз сдавило ещё сильнее, чем прежде, и мне казалось, будто моя шея вот-вот сломается. Это длилось секунд двадцать, но они тянулись слишком долго. Дышать было нечем, горло страшно болело — так, что даже слеза выступила. Кажется, я успел расчесать кожу до крови, прежде чем наконец отпустило; я чувствовал себя едва живым.
Как только кажется, что всё хорошо, происходит это! Ну в самом деле, что за хрень?!
— Сабуро! Боже мой, ты в порядке? Что случилось? — затараторил Роберт, пытаясь меня поднять. — Не чеши шею, у тебя же кровь!
— Нужно уходить, — упрямо просипел я. Было больно, и говорить едва удавалось, но я лучше расслаблюсь в месте поспокойнее.
Роберт тоже это понимал. Убедившись, что я могу стоять (а многочисленные приступы удушения уже научили меня сравнительно быстро приходить в себя, и не то чтобы это навык, который я правда хочу иметь), он пошёл вперёд, настороженно и с явной готовностью к бою. Я отправился следом, переступая через груды обломков, покрытые кровью.
Кажется, сюда вот-вот сбегутся все преступники. Как их тут называют, якудза? Ещё и все вооружены… попытка, конечно, не пытка, но вот я опять остался без плана. Что ж, метод тарана так метод тарана. Как будто у меня есть выбор — не ждать же, когда мои ноги отправят моей семейке, чтобы придать им стимул выкупить меня поскорее? Учитывая ещё и то, что выкупать меня никто не намерен.
Роберт выскочил в коридор и огляделся, прежде чем поманить меня рукой.
— Я не совсем помню дорогу, — с сомнением произнёс он.
Мне пришлось поднапрячь память. Стоит сказать, запомнил путь я ужасно, но это лучше, чем ничего. Зато я знал, что сказать блондину сейчас:
— Налево.
Роберт показал какой-то жест рукой — соединил большой и указательный палец, делая своеобразный круг, и вытянул наверх остальные. Кажется, я и так уже перенапряг свой-не свой мозг — никак не могу понять, что это.
Я хотел было выйти следом за Робертом, когда мою ногу схватила горячая и липкая рука.
— Куда это ты собрался, обманщик?
…
Упс. Все эти штучки с памятью делают меня слишком рассеянным — я даже забыл добить младшего Мори.
Глава 22
— Куда это ты собрался? — прошептал Кента загробным голосом. Я даже моргнуть не успел — он мигом повалил меня на землю, резко дёрнув за ногу. Падение было отнюдь не мягким — на камни плюхаться вообще неприятно, это тебе не груда подушек.
Я зашипел. Краем уха я слышал крики Роберта и какой-то шум — видимо, его уже настигли. Моей же проблемой был младший Мори. Чёрт! Надо было убедиться, что он
