– Жаль, что ловятся здешние обитатели ничуть не лучше, чем в той ивентовой локе. Хотя, если подумать, то монстры, которых мы встречали, не такие уж и сильные, – вот тут я был с ним полностью согласен. Как оказалось на болотах водилось не так уж и много монстров. В основном, это были комары, гигантские пиявки, змеи и ящерицы. Учитывая тот факт, что сюда мы пришли за монстрами с хорошим контролем, то никто из вышеперечисленных нам особо не подходил. Даже пойманные нами Аиндеры, и то были больше ловкачами дамагерами, нежели контроллерами.
– Ну, так как уходить отсюда мы в ближайшее время пока не собираемся, то я уверен, что мы найдем тут еще как минимум несколько интересных экземпляров, – ответил я Атаману.
– Будем надея…, – хотел было ответить Суммонер, но его речь обрывается на полуслове, и его тела начинает заваливаться назад. Резко вскакиваю с коряги, и вижу, как за его спиной, буквально из воздуха, начинает проявляется тело доселе невиданного монстра.
– Призыв! Шадоуран! – не медля ни секунды, вызываю я темного пса. – Теневой хлыст, – приказываю я, и хвост моего Суммона удлиняется и превращается в грозное оружие. – Атакуй! – даю я новую команду и мой пес бросается в атаку.
Спустя несколько минут.
– Фуууууух, я думал, что точно помру, – отряхивая с себя болотную жижу, сказал Атаман. – Ну а ты, как всегда везунчик! – в этом бою, Суммонеру не пришлось принять участия. Дело в том, что мы с Атаманом пользовались свитками магической брони, которая впитывала урон, но не защищала от негативных эффектов типа ошеломления, заморозки, возгорания и так далее. Как раз под один из таких эффектов и попал Атаман.
Монстр, с которым мне пришлось сражаться звался Мантиксом, и имел он двадцать восьмой уровень. Внешне, он очень напоминал гигантского богомола, кобальтового цвета, передние конечности которого заканчивались огромными серпами, один из которых, как раз и проткнул Атамана. Не будь не нем магической брони, удар бы точно оказался фатальным.
Когда я призвал Шадоурана, монстр-богомал сразу же потерял интерес к телу Атамана, и переключился на возникшую угрозу. Как выяснилось позже, на лезвиях серпов Мантикса выделялся очень сильный парализующий яд, которым он и обездвижил моего товарища.
Схватка длилась не долго, на за те несколько минут пока она шла, мне пришлось сменить двух Суммонов, ибо парализующий эффект его серпов отправил и Шадоурана и Лаксара в аут, и в итоге победу одержал мой неоспоримый Айсфанг.
– Не то, чтобы мне уж прям сильно везло, – ответил я Атаману. – Может, буст о серебряного аккаунта прокнул, вот я его и подчинил, – добавил я.
– Может быть, – Суммонер пожал плечами.
– Может, мы еще таких встретим, – попытался взбодрить я товарища.
– Вряд ли. Он же имеет ранг “очень редкий”? – спросил Атаман, и я кивнул. – Тогда шанс очень мал. Это не данж, и не ивентовая локация. Как правило, такие монстры бывают один-два на локацию, – задумчиво произнес Суммонер. – Кстати, как он вообще?
– Понятия не имею. Я еще не смотрел, – честно ответил я. После того, как ледяной волк его заморозил, и я подчинил богомола, я сразу же начал готовить противоядие для Атамана, поэтому просмотр инфы о новом Суммоне, ушел на второй план. – Погоди, сейчас линк скину, – открываю информацию, и копирую ее в чат.
Классификация – насекомое(богомол), стихия – тьма/земля
Сила – 45
Ловкость – 50
Выносливость – 20
Здоровье – 25 (250 хитпоинтов)
Интеллект – 20 (200 маны)
Обучаемость – 6
Привязанность – 1
Защита физическая – 30
Защита магическая – 15
Способности:
Камуфляж(активная)
Парализующий яд(пассивное)
Увеличенный шанс критического удара(пассивное)
Скрытная атака(пассивная)
Сопротивление стихии тьмы – 60%
Сопротивление стихии земли – 50%
Уязвимость стихии огня – 50%
Уязвимость стихии света – 50%
Вот так и выглядели характеристики монстра, которого я недавно поймал.
– Идеальный Суммон для ПКшников, – произнес Атаман, разглядывая информацию о Мантиксе. – Сидишь ты такой где-нибудь в кустах, видишь жертву, вызываешь богомола, отправляешь его в инвиз и атакуешь. Если на жертве броня, то он получает парализующий яд, и ты добиваешь его или тем же Мантиксом, либо же призываешь другого, и делаешь свое грязное дело, – Сумомнер хищно улыбнулся.
– Я подобным заниматься не собираюсь, – спокойно ответил я.
– А я ничего и не говорю, – Атаман пожимает плечами. – Я лишь сказал, что любая ПКшная гильдия была бы рада информации, где можно словить такое чудо. Кстати, монстры с невидимостью очень редки. Учитывая весь мой опыт игры, а я между прочим играю ОЧЕНЬ долго, у меня было от силу два монстра, которые могли становиться невидимыми, – парень задумался. – Призови, кстати, его.
– Призыв! Мантикс! – вызываю я богомола.
– Прикажи ему использовать камуфляж. Хочу узнать, как сейчас отображается Суммон в невидимости для своего призывателя.
Хмммммм, а ведь Атаман прав. Это действительно интересный вопрос.
– Камуфляж, – приказываю я Мантиксу, и тот “растворяется” в воздухе.
– И как?
– Я его не вижу, – честно отвечаю я.
– Понятно, значит механика невидимости, скорее всего, работает также как и раньше, – Суммонер почесал затылок.
– А как она работала раньше? – у меня прежде, не было Суммонов, которые могли становиться невидимыми.
– При большом уровне привязанности, между Суммонером и Суммонов возникает нечто вроде телепатической связи. При ней отпадает надобность в словесных командах, и ты можешь отдавать приказы напрямую с помощью мысли. С Суммоном, у которого была невидимость, мне чуть-чуть не хватило докачать уровень привязанности до максимума, но мои друзья говорили мне, что если как только привязанность монстра достигает максимума, то ты сможешь спокойно видеть его, будто бы он и вовсе не в невидимости. Как-то так, – ответил Атаман, чем очень сильно озадачил меня. Раньше параметра”привязанности” не было, и я понятия не имел, что существуют такие плюшки, вроде приказов Суммонам с помощью мысли…
– Понятно, не знал что такое вообще возможно, – честно признался я Суммонеру.
– Вообще, качать привязанность до максимального значения у основных Суммонов, это залог успеха. Представляешь, вот сражаешься ты с каким-нибудь Суммонером, который выкрикивает приказы своему монстру. Услышав их, ты уже по сути знаешь, что будет делать его Суммон, и соответственно предпринимать определенные меры. Если же ты подаешь команды мысленно, противник не будет знать, что сделает твой монстр, и это ощутимое преимущество, – в принципе, все что сказал мне Атаман, я и так понимал.
– Кроме как кормить Суммонов этими “конфетами”, другого способа увеличить привязанность монстра к себе никак нельзя? – поинтересовался я.
– Есть. Обычно, привязанность повышается, если ты делаешь то, что нравиться твоему Суммону. Вот например Линнерэй очень любит плавать и охотиться в воде за какой-нибудь жвностью. Сейчас я этим не занимаюсь, ибо времени практически нет, но раньше я частенько нанимал какую-нибудь лодку, и отпускал Линнерэя поохотиться. Несколько подобных прогулок, и единичка привязанности, считай, в кармане.
– А какая цифра в графе “привязанность” является максимальной?
– А вот с этим все сложнее. Раньше это была цифра тридцать. Сейчас у каждого монстра свое значение.
– Как все сложно…
– И не говори. Самое сложное, это определить, что нравиться твоему Суммону. Одни любят когда с ними играют, другие хавать мертвичину, третьи сражаться, причем против определенных монстров, и так далее. В общем, геморой тот еще.
– Это ты правильно сказал, – я почесал затылок. Вот что, например, мог любить Айсфанг?
– Зато это делает игру еще интереснее, – весело произнес Атаман. – Ладно, идем дальше! нам еще кучу Суммонов нужно поймать! Кстати, раз уж мы близко к предполагаемому данжу, может сразу заглянем туда?
