плохо, а помогать другим хорошо? Никто. Просто животные, следующие своим инстинктам.
Столько вопросов, но почему-то нету ответов. Если Бог не заботится о нас сейчас, то почему мы должны верить в рай? Забота — это очень длинный путь. Мы в ответе за тех, кого приручили, за тех, кого родили. Значит, Бог в ответе за нас, за те ужасы, что происходят с людьми, за насилие, боль, страх, смерти. Почему он всё это допустил? Почему считается, что он один? Разве их не может быть много? Почему Бог мужчина? Было бы логичней, если бы это была женщина. Почему дети должны рассчитываться за грехи родителей через воспитание? Почему при повреждениях мозга люди ведут себя по-другому, если есть душа? Почему мы такие? Ведь мы промах эволюции, ошибка природы, мы неидеальны, как и наши органы чувств. Мы легко умираем, а животные во многом нас превосходят, и это венец творения? Создавать нас такими — проявление неопытности. Почему люди не верят в эволюцию, если в женском теле точно так же из очень простого организма создается человек, только уже по протоптанной дороге? А ведь есть ещё техническая эволюция, действующая по тем же принципам. А какой шутник сконструировал область между ног? Парк аттракционов, построенный прямо в канализационном отстойнике. Неужели лучше быть овцой в стаде, чем происходить от обезьяны?
Религии — это опиум для народа, ты получаешь кайф, тебе хорошо, это вызывает привыкание, и ты хочешь больше, но это также убивает тебя, медленно, изнутри. А рай? Истинный рай — это вечная тьма.
И ведь насколько грамотно люди всё продумали? Ты можешь нападать на религии и их ложь, но для них это будет лишь выгодно. Они постоянно вдалбливают пастве свои догмы. «Весь мир против нас. Мы истина, они ложь, поэтому нас не любят». Благодаря такому ходу любая попытка вмешаться и помочь расценивается как нападки и подтверждение истинности своих убеждений.
Они вдалбливают эту веру своим ещё совсем маленьким детям. А если дети не поддерживают их, то готовы отказаться от них в пользу Бога. Правильно, нахуй сына, нахуй дочь, лучше Господу помочь. Господь создал Вселенную, но без вашей жалкой помощи он не проживёт, а дети — дети справятся как-нибудь.
Миром правят знания, а не слепая вера. Хотя и здесь есть ложка дёгтя. Ты можешь быть правым во всём, но в этом не будет никакого смысла, если всем похуй. Если люди не готовы тебя услышать. Правда бесполезна без доказательств, и принять её могут лишь те, кто готов посадить своё эго на цепь.
Если бы религии тратили деньги не на кормление своей жадности, а на науку, каких бы высот мы могли достичь? На какие вопросы ответить? Лекарство от всех болезней, идеальное общество. Узнали ли бы, что внутри чёрных дыр. Замедляется время? Искажается пространство? Замедляются ли процессы на атомарном уровне? А что, если разогнать чёрную дыру до скорости света или раскрутить до скорости света? Что тогда будет со временем, с пространством?
— Тебе пора приступать к заданию, а потом вернёшься сюда, и мы закончим этот долгий и тяжёлый путь.
Привычка жить в шумном мире здесь оставляет меня всегда в неведении, что кто-то пришёл. Они удивительно тихо ходят.
— Да, конечно.
— Это то место, куда тебе предстоит отправиться, прямо сейчас они устраивают там собрание главных лиц. Тебе нужно будет убить их.
— Довольно мрачненькое место.
— Это обусловлено тысячами лет проживания на той планете. Там другие условия, не столь благоприятные.
— Всё, я отправляюсь?
— Да, костюм позади тебя.
А-а-а… Это боль. Я уже отвыкаю от нее. Сейчас даже приятно вновь почувствовать это. Представляем место и… И вот оно.
Как-то странно она сейчас меня отправила. Без всяких пояснений. Даже неловкость какая-то возникла. Ну да ладно, покончим с этим.
Я стою в тени у стен. По центру тот самый стол, что она мне показала, красный, с узорами. За столом на больших резных и точно очень удобных стульях сидят они. Тёмные эльфы. Серо-голубой цвет кожи, утончённые фигуры. Настолько утончённые, что не сразу и заметно, что это все мужчины. На каждом из них подчеркивающие их утончённость одеяния. Насколько я понимаю, это тот же тип брони, что и у светлых. Только здесь она чёрная, с различными узорными выступами. У большинства длинные чёрные волосы, лишь у двоих причёска короткая. Все с оружием. У кого-то мечи стоят рядом, у кого-то сзади, как будто висят в воздухе.
Надо действовать, пока они не узнали обо мне. Нужен меч. Да, меч подойдёт. Буду атаковать ближайшего со спины, просто сделаю — минус голова. Этот костюм не ограничивает меня, в отличие от моего тела. Я быстрее и сильнее. Итак. В бой.
Что??? Рядом сидящий эльф даже не повернул головы в мою сторону, просто выставил руку с кинжалом и остановил мой удар. При этом его рука даже не дрогнула.
Так, соберись, ещё один меч с другой стороны.
Что??? Опять. Теперь уже сидящий ко мне спиной эльф остановил удар защитой на предплечье. Как мне с ними сражаться? Можно было предупредить хотя бы.
Они все вскочили и приготовились к бою. Один из них — похоже, главный — что-то сказал на столь же красивом и столь же непонятном языке, и шестеро из них побежали к выходу. Осталось ещё пять, ведущих себя довольно самоуверенно, смотря в глаза смерти. Стоят, ждут, что я сделаю, готовые к бою. Это будет нелегко, но я справлюсь.
— Давай я.
Что? Голос в голове. Явился — не запылился. Отвали, не до тебя сейчас.
— Я помогу. Я знаю…
Отвали.
Не знаю как, но я справлюсь. Попробуем серпы.
Телепортируюсь за спину крайнему слева. Быстрое движение, но удаётся лишь слегка укоротить его причёску. Он мгновенно отпрыгивает от меня, а в меня летят стрелы, эти светящиеся странные стрелы. Боль от них просто дикая, но я справлюсь.
За спину следующему. Серп выбивают у меня из рук. Атакую вторым, но он тоже летит в сторону. Нужно что-то потяжелее. Молот. Не остановят. Опять телепорт. Удар. Красивый красный стол разлетается в щепки. Попасть не удалось, они слишком быстрые. Нужно что-то такое же быстрое.
— Просто прикоснись к ним и расщепи их.
Да отстань ты. Это мой бой. Хотя идея отличная.
Два серпа — и снова телепортируюсь, уже за спину лучнику. Изрядно надоел даже за столь короткий срок. Он успевает увернуться и даже выстрелить. Вот только сейчас уже моя цель — просто задеть его. Серп проходит мимо, но
